Полли?
Полли чирикнула нечто, похожее на «растеряна». Старушка ответила:
– Ах, до чего же ты душечка!
Они ещё некоторое время ворковали подобным образом, а я всё ждала, когда старушка спросит свою Полли: «Хочешь, я тебя выпущу из этой клетки чуть-чуть полетать?» – но она этого так и не сделала. Во всяком случае, пока я была рядом.
Мы остановились у стола, где меня сразу заметила гораздо более юная женщина в ярко-жёлтой форме.
– Здравствуй, – обратилась она к Хармони. – Ты с командой пет-терапии?
– Хм, я…
– И как звать эту прелесть? – Потянувшись через стол, она через сетку потрогала меня за нос.
Разве я её знаю? А она меня? Эта грубая выходка оказалась для меня так неожиданна, что я даже не успела подумать о том, чтобы познакомить её с моими зубами раньше, чем она сделает своё чёрное дело.
– Её зовут Принцесса, – ответила Хармони.
– Прекрасно!
– А ещё… Мы пришли повидаться с мистером Пелтером.
– Замечательная идея! К нему почти никто не приходит. Комната сто тридцать шесть в Садовом крыле. Возьми план нашего здания. И не принимай слишком близко к сердцу то, что говорит мистер Пелтер. Он обычно ворчит, но на самом деле вполне дружелюбен.
Мы пошли по коридору. Хармони изучала план, а я смотрела прямо перед собой. Настроение у меня было не из лучших. Пылал ли гнев в моих глазах в этот момент? Я уверена, что да. Потрогать меня за нос? Невероятная дерзость!
Мы подошли к закрытой двери, на которой Хармони прочитала номер: «С136». Она постучала.
Изнутри послышался мужской голос – старческий, но вовсе не слабый. Скорее я бы назвала это криком.
– Что вам надо?
– О боже, – тихо сказала Хармони и затем, уже громче, добавила: – К вам гости.
– Гости? Какие ещё гости?
– Упс, – прошептала опять Хармони. – Что мне ему сказать?
Единственное, что я могла ей предложить, – сказать ему, чтоб он выпустил Полли из клетки, но Хармони, судя по всему, ждала чего-то другого. Я уже не первый раз замечаю, что люди имеют обыкновение упускать из виду самое важное.
– Это мистер Пелтер? – спросила она.
– А кто же ещё, по-вашему?
– Не знаю, сэр. Просто…
– Ты что, ребёнок? Ты разговариваешь, как ребёнок!
– Я ребёнок, – подтвердила Хармони. – Меня зовут Хармони. И я принесла с собой Принцессу. Это кошка.
– Кошка? Я люблю кошек. Вы из пет-терапии? Я вас уже заждался совсем.
– Мы пришли, – откликнулась Хармони через дверь. – И это чистая правда, – добавила она тихо.
– Так чего же вы ждёте? Дверь открыта. Она никогда не запирается, и это один из тех мерзких…
Хармони открыла дверь.
– …Обычаев, из-за которых я уйду отсюда при первой же возможности.
Старик сидел на кровати. Он был совсем крошечным – наверное, самым крошечным человечком, какого я когда-либо видела. Зато голос у него был, пожалуй, самым громким из всех, слышанных мною, хотя теперь, когда мы вошли внутрь, он его и понизил немножко. На нём была фланелевая пижама, застёгнутая на все пуговицы, а такие носы люди, кажется, именуют ястребиными клювами. Вообще весь он напомнил мне птицу, но не одну из тех, с какими я обычно имею дело, не кардинала или малиновку, а большую парящую высоко в небе птицу. Однажды я видела, как такая птица спикировала вниз и схватила кролика! Это заставило меня очень призадуматься.
– Здравствуйте, мистер Пелтер, – сказала Хармони.
– Хармони? – ответил тот. – Тебя же так звать?
– Да, сэр.
– Что это за имя такое?
– Каким назвали.
– Что? Я разве просил умничать? Впрочем, чего и ждать от человека с именем Хармони.
Хармони, казалось, чуть-чуть отпрянула – как от порыва ветра. Но она справилась с собой и ответила:
– В самом деле, сэр? Оно ведь означает «гармония», а гармония – это вроде как раз про то, чтобы всё было соразмерно.
Глаза у мистера Пелтера (совсем птичьи глаза!) стали злыми. Но это выражение быстро ушло с его лица, и голос тоже стал мягче.
– А где кошка? Мне обещали кошку.
– Здесь, мистер Пелтер. У меня в рюкзаке.
Взгляд мистера Пелтера внезапно перестал быть похожим на птичий, а стал очень старым и уставшим. Он посмотрел на меня.
– Ну, разве она не прекрасна? Говоришь, её зовут Принцесса?
– Да, это значит что-то вроде «королевна»…
– Очень подходящее имя, вне всякого сомнения. Вне всякого сомнения… – Мистер Пелтер сморгнул, как будто смутился. Снова посмотрев на меня, он спросил: – А почему ты держишь Принцессу взаперти?
– Вовсе нет: ей просто нравится…
– Выпусти её, пожалуйста, а?
Хармони отстегнула переднюю стенку, и я выскользнула наружу. Куда бы пойти? Одеяло мистера Пелтера выглядит очень привлекательно: кажется, оно мягкое и пушистое. Есть ли там, что поцарапать? Выяснить это можно лишь одним способом, так что в следующий момент я уже лежала на постели рядом с мистером Пелтером. От него пахло старыми газетами – против этого запаха я ничего не имею.
– Прелестно, прелестно, – проговорил
