же бедны, как мы, как все в то время. А потом это изменилось.
– Почему?
Мистер Пелтер раздражённо посмотрел на неё:
– Ты спрашиваешь, почему некоторые становятся богаты, а другие нет?
– Нет-нет, – возразила Хармони. – Я хотела узнать, как Маховлицы разбогатели.
– Разве я не сказал уже?
– Должно быть, я прослушала.
– Должно быть, прослушала? Разве ты не знаешь, что это недопустимо? Что мир не позволит… – Тираду мистера Пелтера прервал приступ ужасного кашля. Он всё кашлял и кашлял. Я оставила одеяло в покое и ушла с кровати. Хармони тем временем поднесла стакан к губам Пелтера и дала ему попить. Кашель прекратился. Пелтер как-то странно взглянул на Хармони, будто увидел её в новом свете. – Скажи ещё раз, как тебя звать?
– Хармони.
– А кошку Принцесса?
– Да, сэр.
Он кивнул.
– Вы думаете, я сумасшедший старик, которому снятся кошмары про детство.
– Я не…
Мистер Пелтер попытался сделать глубокий вздох, но получилось у него что-то вроде всхлипа.
– Сухой закон, – сказал он. – Вот как разбогатели Маховлицы.
– Я не понимаю.
– Сухой закон, Хармони, это когда алкоголь под запретом. Но запрещён он был лишь в старых добрых Штатах Америки. А севернее, в Канаде, всё оставалось без изменений. А у нас куча народу, разумеется, по-прежнему мечтали о выпивке. Всякие там подозрительные личности в Нью-Йорке – например, завсегдатаи ночных клубов, любители вечеринок и прочие подобные. Гангстеры зарабатывали кучу денег, поставляя им алкоголь. Главная проблема была в том, чтобы ввезти его.
– Это вы про контрабанду говорите?
– Разве не ты спрашивала, как Маховлицы разбогатели? Так вот – на контрабанде и разбогатели. Алкоголь везли из Монреаля, по ночам пересекая границу просёлками. Мой папа подъезжал и встречал их по эту сторону границы – он был лучшим шофёром мистера Маховлица. Разумеется, на дорогах стояли посты. Но он знал все просёлочные дороги, все старые просеки. В южной части штата дороги уже не блокировались, так что к югу от горы Мисти можно было ездить почти безопасно. Гангстеры встречали моего отца там и забирали груз. Просека пересекает тропу Сококи и заканчивается на старой трассе Семьдесят семь.
– Но на Мисти нет просеки, – возразила Хармони.
– Нет? Тогда расскажи мне, где это случилось.
– Случилось что?
– Это твоё убийство.
– В каком смысле?
– А потом это всё кончилось. Последняя поставка. Тип из Монреаля и тип из Нью-Йорка прежде никогда не встречались лично. Никто никому не верил. Время от времени ньюйоркец приезжал и прятал деньги на несколько следующих поставок. Они прятали их в укромном месте, каждый раз в новом. И потом появлялся тип из Монреаля и выкапывал их. И лишь они двое знали, где деньги. Но в последнюю поставку, незадолго до отмены сухого закона, эти ребята встретились лично и поубивали друг друга. Один на один, без участия кого-либо. Никто даже не знал, что случилось, пока мы с отцом не нашли их тела.
– Вы, мистер Пелтер? Вы же были ребёнком!
Мистер Пелтер закрыл глаза.
– Мой отец был суровым мужчиной. Хоть, может, и не таким жестоким, как некоторые. Он бы не взял меня туда, если бы знал, что мы увидим. Один зарезал другого ножом, а тот успел выстрелить. Мы нашли их в объятиях друг друга, прямо перед пещерой.
– Ох, – вздохнула Хармони. – Должно быть, вам трудно пришлось.
В углу глаза мистера Пелтера показалась слезинка. Он отвернулся.
– Беда никогда не приходит одна, – сказал он.
– Что вы имеете в виду?
– Не твоё дело.
Хармони покачала головой и сказала:
– Я должна знать.
Мистер Пелтер сморгнул:
– С какой это стати?
– Потому что вы сами сказали: беда никогда не приходит одна. Я думаю, она всё ещё здесь.
– Мне наплевать. Я скоро умру.
– Не говорите так.
– Не будь дурочкой: у меня уже все органы отказывают.
Теперь слеза появилась в углу глаза Хармони. Она сморгнула:
– Мне так жаль.
Мистер Пелтер пожал маленькими костлявыми плечами. Хармони предложила ему стакан воды, но он отрицательно покачал головой. Хармони опустила стакан и, заговорив, смотрела на него, а не на мистера Пелтера:
– Вы вызвали полицию?
– Вызвать полицию? Если твой папа – контрабандист? Некоторые тайны нужно хранить всю жизнь. Мы спустились с горы, и мой папа рассказал обо всём мистеру Маховлицу. Потом они вместе вернулись туда и похоронили тела, Флорио и того канадца. Не помню, как его звали.
– А Флорио – это нью-йоркский гангстер?
– Ага. Мой отец и мистер Маховлиц похоронили их и отправились на поиски клада.
– Какого клада?
– Денег за поставку – чем ты вообще слушаешь? Спрятанные сокровища. Я же вроде уже говорил? Флорио приезжал из Нью-Йорка и прятал их где-нибудь на горе. А потом второй тип – Лемэр его звали…
– Лемэр???
– …Он являлся из Монреаля и выкапывал клад. Пятнадцать тысяч долларов – целое состояние по тем временам. Но даже с картой они так и
