— Нежная, добрая и способная защитить себя. Самая прекрасная, — прошептал мне друид на ухо, — ты станешь моей женой?
И он задержал дыхание.
— Да, — прошептала я.
— Тогда, призовем лес в свидетели. — Его губы легонько коснулись моих губ, и я ответила на поцелуй.
Магический лес тихонько убаюкивал нас шепотом крон. Поднявшийся прохладный ветер насвистывал знакомые мелодии, а воздух пропитывал густой аромат жасмина.
Эпилог
Полгода спустя
На смену летнему теплу пришла прохладная осень. Тропинку и лужайку под липой засыпало желтыми листьями. Природа готовилась к приближению зимы.
Можно было убрать все опавшую листву одним взмахом руки, но мне захотелось почувствовать в руках тяжесть метлы. И заодно размяться.
И я принялась увлеченно сгребать метлой желтые листья, пока в одном из мест, неподалеку от липы, от моих усилий в земле не наметилась круглая лунка.
Нахмурившись, я присела на корточки и потрогала ее рукой. Пальцы утонули в земле. И в самом деле, кто-то здесь проводил раскопки.
Странно.
Рабочим этот участок двора был неинтересен. По всем планам местного архитектора, лавку и другие постройки решено было восстанавливать в стороне от липы. После пожара здесь нашла покой только часть остова сгоревшего дома, и все.
Рассуждая, я зачерпнула руками несколько горстей рыхлой земли.
Надо принести сюда почвы с огорода и прижать ее булыжником. После пожара липе эта ямка нипочем, но лично меня она напрягала.
Я зачерпнула еще пару горстей. Неожиданно мои ногти прошлись по чему-то шершавому и твердому, отчего по телу пробежало неприятное ощущение. И я пошутила про себя, что, похоже, я нашла клад. Сходила за лопатой и поддела свою находку.
Через несколько минут я держала в руках круглую банку из-под леденцов. Ее облезлые и ржавые бока еще сохранили остатки золотистой краски. А на крышке среди ржавчины проступала надпись: «Монпансье».
Ух ты. До чего любопытный этот мир. Если бы не магия и герцогство, я бы решила, что попала в середину двадцатого века. А так это явно какая-то параллельная реальность.
Отложив лопату в сторону, я крутанула крышку. Она со скрежетом открылась, а я замерла на месте. Металлическая банка до самого верха была наполнена золотыми монетами.
Похоже, Настя получила по заслугам. Портал, который эта безмозглая девица открыла у себя во дворе, сжег не только постройки и липу, защищавшую Ведуны от темной магии. Под пепелищем оказался ее тайник с золотом.
А что, сила есть — ума не надо. И я ей едва не посочувствовала. Видимо, она была в панике.
Засыпав ямку землей, я прижала ее камнем, вернулась в дом и с нетерпением принялась ждать Элиана.
Вскоре звякнула калитка, в сенях загрохотали шаги.
— Что ты собираешься с ними сделать? — спросил он, выслушав историю находки.
— Я бы хотела их пожертвовать детскому дому. Что скажешь?
— Так и сделаем, — кивнул Элиан. — А пока у меня к тебе есть вопросы.
Он разложил на столе план нашего будущего дома, строительство которого шло полным ходом.
— Уже собрали несущие стены, накрыли все крышей. Осталось уточнить планировку. Вот — на первом этаже у нас будет кухня, гостиная и три большие комнаты. На втором наша спальня и детские.
— Мне все нравится, — посмотрела я на план. — Спальня просто огромная, детские просторные.
— Две или три детских? — Уголки его губ поднялись вверх, а глаза хитро сощурились.
— Три, — кивнула я.
— Принято! И еще один момент, — он сосредоточенно посмотрел на план. — Твой дед, беспокоясь за Настю, разместил защиту от темной магии в подвале. Может, и нам защитить дом на всякий случай?
— От попаданки с темной магией он все равно не защитит, — хмыкнула я. — Я увидела эту защиту, как только начала изучать основы светлой магии и у меня прорезалось магическое зрение.
— Не думаю, что в герцогстве появится еще один такой попаданец. — Его веселый тон исчез, и следующую фразу он произнес предельно серьезно: — Разреши мне защитить тебя.
«В самом деле, дополнительная защита не помешает», — подумала я и кивнула.
***
Дорогу за окном подсвечивали первые лучи заката, когда я измельчила охапку сухой травы козлятника и потянулась к весам, чтобы развесить получившуюся массу по десять граммов, достаточных для приготовления одной порции отвара.
Самая первая из которых предназначена Рае. И я в предвкушении, как напитаю отвар целебной магией, которая вместе с козлятником приглушит диабет сельчанки, поставила настоящую водяную баню на магическую горелку.
Пока я прогревала керамическую кастрюльку, за спиной послышались тихие шаги.
— Анастасия, можно мы и завтра придем помогать? — Рома Рябцев, как самый смелый, заговорил от лица всех троих мальчишек.
— Роман, завтра у нас выходной, — твердо произнесла я. — Мы же договорились. Или ты забыл?
— Ну еще один раз… Пожалуйста! — присоединился к просьбе светловолосый Сережа.
— Да, что нам в делать весь день? А так мы поможем вам и книжку вашу почитаем, — третий мальчишка зыркнул на мою фармакопею.
— Новый директор ничем вас не развлекает? — поджала я губы.
— Развлекает. Игровую комнату нам выделил. Машинок купил в нее, — Рома презрительно скривился. — Анастасия, ну какие машинки? Нам здесь хорошо.
— Ладно, ребята, будь по-вашему. Приходите завтра, но давайте договоримся, что следующее воскресенье уже точно выходной. Идет?
— Идет! — закивали мальчишки, но я по их хитрым мордочкам видела, что ни разу они не согласны и через неделю этот разговор повторится.
— Тогда до завтра. И не приходите рано — часа в два или три пополудни. Слышите?
— Слышим, — прозвучало довольно тихо. И я покачала головой.
Ребята скрылись за дверью, которая за ними тихонько закрылась и снова открылась, пропуская очередную посетительницу. Тяжело дыша, она стянула с головы платок. Неопрятные волосы рассыпались по ее плечам.
— Здрасьте, — пожилая женщина, сжимая платок в кулаке, прошла к прилавку. — У вас есть что-нить для индеек?
Припомнив, что Элиан однажды лечил молодого питончика, индейкам удивляться я не стала. Да и нечему было удивляться. За полгода я немало повидала живности, пусть и менее экзотической.
— Добрый вечер. — Я глянула в окно, окрасившееся лучами заходящего солнца. — Что с ними случилось?
Глаза-бусинки пожилой женщины изучали меня слишком придирчиво, а потом переключились на лавку. Не пропуская ни одной детали, она просканировала взглядом стены, пол и потолок и снова посмотрела мне в лицо.
— Я все лето за ними ходила, а они вчера сели на поезд и поехали.
Отводить от меня взгляд она и не думала.
«Это уже становится неприличным», — подумала я, но ничего не сказала. Только внутренне напряглась.
— На поезд? — нахмурилась я, вспоминая, где здесь проходит железная дорога. — Он же далеко.
— Так и есть, так и есть, — покачала она головой. — Ты ничего не помнишь. Ошалеть можно.
— Вы о чем? — нахмурившись, я посмотрела на посетительницу.
— Я живу около железной дороги. Каждый день мимо моего дома мотаются туда-сюда поезда. Шура я. Неужто ты и правда все забыла?
— Забыла.
Она покачала головой, но все еще не сводила с меня пристального взгляда, от которого мне становилось не по себе.
— Я думаю, про переселение души — это сказки все и ты так хитро́ выкрутиться решила. — Она покачала головой. — И всю вину за Гришку на одну меня спихнуть. Так знай, Настя. Все равно я тебе не верю. Прохиндейка ты. Друида нашего обвела вокруг пальца — так он мужчина, с ними проще. А меня не обманешь.
Проговорила она и перевела дыхание. Ее лицо чуть побледнело, а на лбу проступил пот.
— Что вам нужно? — дослушав ее тираду, сухо проронила я, намереваясь поскорее выставить Шурочку за дверь. Полгода ее не знала и ничего не потеряла.
— Соли. Сын на мотоцикле догнал поезд, на остановке согнал с него и поймал индюшек. Я их сейчас зарублю, а мясо засолю. Не в мои годы бегать за ними.
