Для постороннего наблюдателя такое поведение кажется не совсем нормальным — срок в 10 лет вполне достаточен, чтобы прийти к простейшим умозаключениям. Не будет иностранных инвестиций в российскую экономику, и причины этого сейчас уже даже не важны. Российская экономика настолько непривлекательна для иностранного инвестора, что, несмотря на полную свободу и вопреки опасениям части нашего общества, иностранцы не кинулись скупать российские промышленные предприятия, а попытки выплатить часть долгов акциями лучших предприятий ("принудительная продажа") встречаются Западом в штыки. Мы все должны будем делать сами, и за все — сами платить.
Причины нашей неконкурентоспособности и инвестиционной непривлекательности очевидны, их много: объективные (высокие производственные издержки вследствие чрезмерного расхода энергоносителей и транспортных издержек, иная, отличная от "среднемировой" структура производственного сектора) и субъективные, связанные с менталитетом и общественными традициями. Причем субъективная составляющая еще менее поддается компенсации, чем объективная. Для понимания ситуации было бы вполне достаточно простого здравого смысла, если бы не сильнейший прессинг как извне, так и изнутри психики среднего постсоветского гражданина.
Надежды на автоматическое разрешение инвестиционного кризиса за счет кризиса фондового рынка в США, как и давно муссируемые эпохальные, но никому не нужные прожекты, вызваны все той же, неутоленной и неутолимой в принципе жаждой. Нет, даже в случае полного краха фондовой биржи США сами фонды — производственные и технологические — там останутся, как останутся Западу незамерзающие и чрезвычайно дешевые морские коммуникации. Это касается и магистрали Восток-Запад. Конечно, существование Транссибирской магистрали жизненно важно для нашего государства, и ее надо поддерживать. Конечно, ее полная загрузка транзитными грузами нам выгодна, но надежды на иностранного инвестора призрачны. Над проектом дамокловым мечом висят низкие цены морских перевозок: из Японии в Европу стандартный 30-футовый контейнер доставляется морем всего за 1200 долл., а средний контейнеровоз берет на борт несколько тысяч контейнеров, заменяя несколько десятков железнодорожных составов. Можно ли конкурировать? Тут нужен точный расчет, а не эмоции.
Совершенно независимо от того, что происходит с экономикой окружающего мира, мы, если захотим вести себя разумно, будем вынуждены решать три задачи: адаптироваться к постепенному истощению природных ресурсов, развивать собственное производство, чтобы занять рабочие руки, и бороться с утечкой производственного капитала из страны. Также совершенно независимо от того, какими будут превалирующие в нашем обществе механизмы, распределительными или рыночными, для решения этих трех задач придется: ограничивать потребление ресурсов (акцизами или распределением), снижать доступность иностранных товаров для нашего потребителя (таможенными тарифами и др. процедурами) и ограничивать вывоз капитала (государственным контролем над банковскими и внешнеторговыми операциями). Легко видеть, что в результате всех этих мер произойдет снижение потребления, на первом этапе, возможно, резкое. Как и при любом изменении жизненного уклада, в обществе будут группы, которые потеряют от такого изменения больше других — в абсолютном или относительном исчислении. Поэтому такое изменение будет обязательно сопровождаться сопротивлением этих групп. Здесь и потребуется то, что называется "политической волей".
6. ЧЕМ ПЛОХА ДОРОГАЯ НЕФТЬ ДЛЯ РОССИЙСКОЙ ЭКОНОМИКИ
Пока толстый сохнет, худой сдохнет
Восторги по поводу резкого подорожания нефти маскируют стыдливо умалчиваемую истину: нефть, экспортируемая из России, уже не российская. Это нефть экспортеров — хотя и при всех ограничениях и квотах. Непосредственно в российский бюджет попадают только налоги с прибыли нефте-, газо- и прочих экспортеров. Такая ситуация нормальна для многих стран. Для других, где нефтегазовый комплекс национализирован, она была бы ненормальна.
Рост цен на нефть привел в 2000 году к увеличению валютной выручки, 75 % которой выкупается Центробанком. Валютные резервы растут, но какой ценой? Какими рублями государство платит? Естественно, излишними, непредусмотренными ранее никакими бюджетами. А куда они деваются? В стране растет денежная масса. Эти рубли давят на потребительский рынок. Конечно, некоторое время можно закрывать глаза на очевидное, но рост цен несколько превышает объявляемые проценты инфляции, а декларируемый рост производства опять-таки сводится просто к росту цен на продукцию нефтегазового комплекса.
Цены растут. Излишняя денежная масса могла бы быть погашена дополнительными объемами товаров, но есть ли они? С рынка продолжается вытеснение отечественного производителя, не защищенного протекционистской политикой. Для продолжения импорта рубли используются импортерами для конвертации в иностранную валюту.
Таким образом, рост цен на продукцию российского экспорта сопровождается инфляционными процессами и ростом спроса на иностранную валюту, что может привести к росту курса доллара. Возможна парадоксальная ситуация, когда при падении доллара у нас в стране он будет расти — за счет еще более быстрого падения рубля.
Таким образом, дополнительная выручка 2000 года просто "утечет сквозь пальцы", продлив на некоторое время нынешнее состояние экономики, но не решив существенных ее проблем. Основные из них: износ основных фондов, отсутствие инвестиций в расширение производства или хотя бы реинвестиций в существующее, — так пока и не нашли адекватной реакции у тех, кто управляет экономикой.
Ситуация "денежного навеса" над экономикой при условии свободного колебания курса уже однажды привела к "черному вторнику" — к немалому удивлению тогдашних экономистов. Силовое же удержание завышенного курса рубля (мягкий вариант "валютного коридора") быстро приведет к исчерпанию валютных резервов.
7. НЕИЗБЕЖНЫЕ МЕРЫ
В валютно-финансовой сфере, поскольку невозможно прекратить практику накачки рублевой массы за счет выкупа 75 % валютной выручки, необходимы меры по использованию этой рублевой массы на инвестиционные цели.
Желательно избежать конвертации внешних долгов, номинированных в долларах, в другие валюты и особенно в материальные ценности. Во внутриэкономической деятельности параллельно с развитием рыночных отношений, гарантируемых сильной юридической системой, необходимы действия, направленные на защиту собственного производителя и сохранение производственного капитала. Среди этих мер обязательно должны присутствовать:
— более жесткая система тарифов и пошлин, направленная на защиту собственного производителя (близкая к Таможенному тарифу 1893 года);
— снижение доступности иностранных товаров и услуг для собственного потребителя, другие меры по расширению внутреннего производства (в Южной Корее покупатель иномарки проходил внеочередную налоговую проверку; во многих странах турфирмы на одну путевку за рубеж должны привлекать в страну одного иностранного туриста);
— ограничение потребления ресурсов (акцизами и др. рыночными механизмами или распределением), стимулирование перехода от газа и нефти к другим источникам. Это возможно только путем постановки нефтегазопроизводителей в жесткие условия хозяйственной деятельности с обязательным восполнением амортизационных фондов и ресурсной базы. Рост цен на нефть и газ приведет, соответственно, к большей привлекательности иных источников энергии;
— ограничение вывоза капитала: в денежной форме (усиление контроля над банковскими и внешнеторговыми операциями); в материальной форме (усложнение вывоза сырья и энергии); производственного капитала (обязательное восполнение амортизационных фондов); образовательной форме (переход в системе высшего и специального образования к платному обучению с предоставлением кредита).
Отсутствие таких мер приведет к углублению инвестиционного кризиса и приведет к тому, что в последующие фазы общемирового ресурсного кризиса наша страна попадет в еще более тяжелом состоянии.
ГЛАВА IX
ЛАТИНСКАЯ АМЕРИКА: УРОКИ ДЛЯ РОССИИ
В конце 2000 года практически незаметной осталась новость, претендующая на оттенок определенной сенсации: правительство Сальвадора объявило о признании американского доллара в качестве национальной валюты. Решение властей этой небольшой центрально-американской страны стало последним аккордом программы "оздоровления экономики", осуществляемой под строгим контролем со стороны МВФ. Жесткая и, что самое любопытное, добровольная привязка к доллару фактически легализовала шедший уже долгие годы процесс долларизации экономики Сальвадора. Известие о том, что вчерашний бывший "заповедник" проамериканских военных диктатур объявил национальной валютой доллар не вызвало в Вашингтоне аллергии. Более того, глава министерства финансов США Лоуренс Саммерс приветствовал это решение, которое, по его словам, послужит "стабилизации финансовой системы страны, экономическому росту и дальнейшей интеграции Сальвадора в мировую экономику".
