— Все говорят по телефону, — на губах брюнета появилась надменная полуулыбка, — это не повод относить человека к категории «плохие» или к категории «хорошие».
— Но не все требуют убить Миа!
Фраза прозвучала, словно выстрел, затем установилась гнетущая тишина. Тихо было минуту, затем другую — Фрэнки не смел прерывать мысли брата, а Джо пытался осмыслить услышанное. Он не мог понять, правда это или просто детские глупости на почве нелюбви к человеку.
Но Франклин никогда не был тем, кто врёт, так уж их научила мать. Джозеф продолжал молчать, глядя под ноги, будто это магический шар у гадалки, и ответ на вопрос о правдивости должен появиться по велению высших сил.
— Послушай, Фрэнк, — заговорил, наконец, мужчина, — ты понимаешь, в чём сейчас обвиняешь Габриэль? Это не шутки.
— Я говорю правду! — мальчик вскочил на ноги. — Я слышал, как она это говорила. Если бы она этого не говорила, я бы не говорил это тебе! Ты мне не веришь? — в его глазах застыли слёзы детской обиды, и Джо неожиданно увидел в нём себя.
— Нет, я верю, Фрэнк, — Джозеф подошёл к брату и положил руки ему на плечи, — расскажи мне всё, — он кивнул в сторону дивана, предлагая сесть.
Он внимательно слушал младшего брата, вникал в каждое сказанное им слово и не мог поверить, что всё это — правда. А в правдивости он не сомневался — не мог ребёнок придумать такие ужасные вещи, не мог и всё, даже если бы был озлоблен на кого-то.
— Я разберусь, — заверил он Франклина, как только тот завершил свой рассказ, — а ты спокойно поезжай домой, мама уже, наверное, заждалась. Спасибо, что ты рассказал мне всё.
— Не за что… — Фрэнк поднялся и улыбнулся брату.
— Иди, — Джо устало кивнул и, как только мальчик вышел за дверь, подошёл к окну — кажется, кого-то сегодня ждёт неминуемый ад.
***
Предпраздничный Сиэтл поражал ещё больше, хотя, казалось бы, разве может этот город превзойти себя? Если вы здесь не были, если вы здесь не жили, никогда не поймете волшебного очарования заливов и улочек, не распознаете того вдохновения, что сидит на каждой лавочке парков, что блуждает между маленьких домиков на окраинах и высотных башен в центре. Здесь всё по-настоящему, здесь нет того безумия, что живёт в Лас-Вегасе, здесь нет той бесконечной шумной спешки, что настигнет вас в Нью-Йорке, или ложного пафоса, что непременно встретится в Лос-Анджелесе.
Перед каждым Рождеством город, прозванный изумрудным, постигал новые грани, он неизменно преображался, впитывал в себя волшебство. Так и хотелось остановиться рядом с деревом, украшенным разноцветными гирляндами, загадать желание и непременно верить, что оно исполнится.
Компания друзей, что решила отпраздновать праздник немного загодя, остановилась рядом с воротами парка, готовая проститься. Зима дала о себе знать мокрым снегом, который начался очень уж неожиданно, застигнув их врасплох, уже никому не хотелось оставаться на холодном ветру.
— До встречи, мои милые! — звонко проговорила Лили, обнимая первой Миа.
— Надеюсь, ты хорошо отдохнёшь, — Уолтер улыбнулась новой подруге, — Гавайи чудесны в любое время года… мне кажется, — спохватившись, добавила она.
— Всегда хотела отметить Рождество и Новый год на горячем песке, — рыжеволосая девушка засмеялась и оказалась в объятиях Хорхе. — Но я буду по вам скучать, очень-очень.
— Охотно верим, — Кевин тоже рассмеялся, последним обнимая подругу. — По домам?
— Да, — уверенно произнесла Миа, — кому как, а мне, например, утром на работу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— И не напоминай! — драматично изрёк Хорхе. — Нам по пути? — он повернулся к Лили, после чего та утвердительно кивнула, и, попрощавшись, молодые люди направились в нужную им сторону.
— Ты не хочешь прогуляться? — Кевин Торн несмело кивнул на ворота.
— Ну, я не знаю, — Миа спрятала руки в карманы куртки и поёжилась от порыва холодного ветра.
— Ладно тебе, мы не долго.
— Ладно.
Но стоило лишь оказаться в парке, как Миа сильно пожалела о своём согласии. Тот самый парк, то самое место, вдалеке то самое колесо обозрения, где они с Джозефом впервые поцеловались. Воспоминания задевали за живое, девушка помнила тот вечер до мелочей, словно всё произошло вчера, а не два года назад. Они тогда играли в дружбу, хотя прекрасно знали, что не могут просто дружить.
Кевин уверенно шёл к кассе, где продавались билеты на аттракционы, задумав, кажется, развлекаться, а Ми медленно брела следом, боясь, что прямо сейчас расплачется от нахлынувших воспоминаний. Они были такими тёплыми и любимыми, они грели девушку изнутри. Хотелось вновь оказаться рядом с Джо. Пусть на пару минут, но прижаться к его широкой груди, услышать такое заветное «детка», почувствовать его сильные руки на своей спине.
Но, увы, мисс Уолтер могла лишь вспоминать, ей пора понять, что у до сих пор любимого мужчины есть другая, она, наверное, чем-то лучше, и это не изменить. Было больно, в какой-то степени даже обидно, но она сама ушла. Она приняла решение не прощать, а двигаться дальше самостоятельно, но что делать сейчас, когда она понимает, что не может без него?
— Ты не хочешь на колесо обозрения? — весело поинтересовался Кев, с улыбкой глядя по сторонам. — По-моему, очень здорово, город такой красивый, погода не такая уж страшная…
— Послушай, Кевин, — резко прервала Миа, решившая расставить все точки над «i», — мне слишком дорого это колесо, хотя это и звучит глупо, я не хочу портить воспоминания чем-либо, понимаешь? Я вообще не хочу ничего портить. Всё самое лучшее было в прошлом, и я не могу это просто взять и забыть, смять и выбросить. Я не хочу отношений, и дело не в тебе, оно во мне и в моём прошлом. Я не тот человек, который тебе нужен, пойми, наконец. Я заранее прошу у тебя прощения, но ты поступаешь глупо, пытаясь… что-то выстроить со мной. Я не буду с тобой никогда, прости. Я, — девушка уже едва сдерживала слёзы, — я не могу. Я люблю другого человека, и плевать, любит ли он меня. Ты словно пытаешься перечеркнуть всё, что у меня с ним было, но, наверное, это не сможет сделать никто.
— Фиби! — Кевин всплеснул руками. — Ты понимаешь, насколько глупо себя ведёшь? Хватит уже жить этим своим прошлым, о котором сейчас твердишь, просто попытайся, а не сиди в своих развалинах. Сама же говоришь, что он тебя не любит, позволь другому человеку любить тебя, тому, кто действительно этого хочет.
— Я не хочу, чтобы меня любили! — закричала Ми, привлекая к себе внимание некоторых людей, что находились неподалёку. — Я не хочу, чтобы ты меня любил, пойми это! Мне не нужна эта любовь! Я, может, и не права сейчас, но не нужно меня любить, чёрт возьми!
— Ты понимаешь, что сейчас несёшь?! Ты мне не безразлична, понимаешь?! Не без-раз-лич-на! Я хочу и буду тебя любить, даже ты сама не сможешь запретить мне это сделать!
— Он бы тебя придушил, — прошептала девушка, затем развернулась и быстро пошла прочь.
