ты. Все вы такие же, как и раньше. Простые и предсказуемые.
Я уже не такая.
Эта мысль пронеслась в моей голове в ту же секунду, как я увидела, что на столе лежит телефон Ксении. Тот самый, в котором видео. Может, где-то еще есть копия, может быть, я слишком рискую. Но если это поможет выиграть время, и Ксения не успеет его отправить в то же мгновение, как раскусит меня, то я должна хоть что-то сделать. Не верю я ей. И не могу просто так сидеть и ждать спасения.
Я перевела взгляд на ноутбук. Копия видео может быть и в нем. Для верности мне нужны оба.
— Кхм, кхе, — я закашлялась, сильно и долго, — можно мне водички? — попросила я у телохранителя.
Тот глянул на Ксению вопросительно, и она кивнула в ответ, занятая своим делом. Бугай вышел из комнаты, отправившись на кухню. А я вся подобралась для рывка.
— Боже мой, кто это? — я изобразила испуг, глядя в окно за спиной Ксении.
Она резко обернулась, как мне и нужно было. Я вскочила с дивана, в один шаг оказалась у стола и схватив с него ноут и телефон, со всей силы швырнула их в открытое второе окно.
Ксения развернулась слишком поздно, чтобы помешать мне, но вполне, чтобы увидеть и услышать звук разбивающейся об асфальт под окном техники.
— Ах ты, сучка! — она резко встала из-за стола, ошеломленно глядя на меня и окно.
— От сумасшедшей суки слышу, — попятилась я.
Глава 42
— Ты что натворила?! — закричала Ксения, бросаясь на меня из-за стола. Не знаю, что она хотела, вцепиться мне в волосы или свернуть шею, но я чудом увернулась.
Сашина бывшая была выше и жилистей меня, будто серьезно занималась спортом, хоть и худая. Я проскользнула между ее рук, обежала стол, стоящий почти посреди комнаты, и попыталась схватить с него свою сумку.
Мне нужен телефон, чтобы связаться с Сашей или хотя бы иметь при себе источник сигнала. Убегу без него, не найдет.
Ксения вцепилась в мое платье и дернула меня назад.
— Ты наглая пигалица, сейчас у меня… — не договорила, потому что я попыталась от нее отбиться, выворачиваясь.
Краем глаза я увидела, что в комнату на шум вбежал ее охранник, он тут же бросил стакан и уже сам поймал меня в захват. Обхватил и сдавил локтем за шею, прижимая спиной к широкой груди. Я задохнулась, вцепляясь в его мощное предплечье.
Ксения тут же распрямилась, поправляя прическу и одежду. Подала сигнал бугаю коротким кивком, чтобы не душил меня до конца. А у меня уже мушки перед глазами и темнеть начало. Он отпустил шею и перехватил меня за две руки, заломив их обе за спину.
— Сказала… убивать не соби… — собралась напомнить, но меня прервала пощечина, от которой у меня мотнулась голова и запылала щека.
Ксения встряхнула кистью и злобно глянула на меня.
— Решила проверить, да? — показала она зубы, — я говорила исключительно про себя и до того, как ты повела себя как полная дура!
— Зато никакое видео ты никуда не отправишь! — яростно выплюнула я слова, — я не верю, что ты не сделала бы этого потом! Или не стала бы шантажировать еще кого-то, даже самого Гордеева! Потому что ты подлая, мерзкая, болотная тварь!
Ксения резко приблизилась, хватая меня за лицо и не давая больше говорить.
— Вот ради чего ты себе жизнь портишь? — нависла надо мной, держа в болезненной хватке, — могла бы получить все по первому классу, новую жизнь, деньги. Начала бы все с нуля и не вспоминала бы даже про Гордеева!
— А я так не хочу, — с трудом выговорила я. — Не хочу его забывать. Я его… больше не брошу.
— Он мой! — крикнула Ксения мне в лицо, — твоим никогда не был и не будет! Я не позволю! — оттолкнула от себя, так что даже охранник едва удержал. — Свяжи ее, — коротко приказала.
Бугай с силой швырнул меня на диван, так что я не успела и среагировать, завалилась на него набок, теряя равновесие на высоких каблуках. Сверху на меня тут же навалилась тяжелая мускулистая туша, переворачивая лицом в пыльные диванные подушки.
С треском размотался скотч и начал слоями ложиться на мои скрещенные за спиной запястья. Он надежно и многослойно склеил мне руки, а потом грубо поднял за плечо в сидячее положение. Я сдула с лица растрепанные волосы.
— Иди собери все! — Ксения злобно вытолкнула своего охранника из комнаты, судя по всему, посылая за разбитым телефоном и ноутом. Надеется, что удастся ими воспользоваться? Третий этаж, они в дребезги!
— У тебя будут большие неприятности. Но мне тебя не жаль, — меня опять несло на грубости под действием адреналина, — тюрьма по тебе самой плачет или психушка на пожизненное.
— А я там была! — огрызнулась Любимова, — скучно! Но если очень хорошо себя вести и кушать таблетки, быстро выпускают. И в следующий раз выберусь, не переживай. А вот ты уже нет.
— Можешь угрожать, я не верю в твой блеф. С убийством ты не стала бы связываться, потому что тогда Саша отвернется от тебя навсегда. Он тебя забудет и проклянет, несмотря на все, что вас связывало в прошлом.
— Ты ничего не знаешь о нем! — она указала на меня пальцем, — и о нас! Нас связывает намного больше, чем ты думаешь!
— Ничего вас не связывает кроме твоей лжи. И ребенок был не его, и про любовь ты ему всегда врала! В тебе вообще нет любви!
— Не все в этом мире про любовь! — процедила она сквозь зубы, нагибаясь ко мне. Собралась сказать что-то еще, как вошел ее прихвостень, вернувшийся с обломками техники. Она тут же заговорила с ним, — посмотри, цела ли память и диски в ноуте.
— После такого удара? — он скептически покачал головой, раскладывая останки на столе, — вряд ли.
А я внезапно услышала тихий, но очень знакомый шум с улицы, звук, который так давно раздражал меня на дороге, но сейчас был милее всего на свете. Я бросила короткий взгляд за окно и увидела то, что так хотела. Сердце подпрыгнуло в груди, от волнения и радости. По дороге в сторону дома ехал чертов белый «звездолет», китайский подарок Гордеева.
Он нашел меня! Я и не сомневалась.
Сложно было сдержать радостную улыбку.
Ксения, поднявшая со стола кусок телефона, раздраженно отбросила его и оглянулась. Увидела, что я улыбаюсь.
— Довольна собой, да? Ты в мгновение ока разрушила всю мою работу! Ты
