часы. А наше обострённое обоняние позволяет нам гораздо быстрее находить выживших. К нам часто обращаются, когда в результате землетрясений рушатся местные здания.
— Это не землетрясение, — пробормотала Скарлетт.
— Да, — согласился он. — И это ещё одна причина обратиться к нам за помощью. Очевидно, что подобный террористический акт был совершён людьми. Сверхи не взрывают свои собственные грёбаные города.
Деверо помассировал затылок. Знакомая боль между лопатками, которая появлялась у него только тогда, когда он напрягался и беспокоился, ощущалась не столько как раздражение, сколько как будто кто-то вонзил топор в его плоть.
— Что ж, — сказал он голосом тёмным, как полночь, — мы получили ответ на один из наших вопросов, — он оскалил зубы и издал низкий рык. — Убийцы Солентино не пытались помешать ему совершать ужасные поступки. Они крали эти планы для себя.
Скарлетт повернула голову и выглянула в окно машины. Улицы были запружены людьми. Некоторые плакали. Некоторые обнимали себя и других людей, которые стояли рядом с ними. И все они выглядели испуганными.
— Иногда, — тихо сказала она, — я задаюсь вопросом, что случилось с нашим миром и куда он, возможно, катится, — она покачала головой. — Способность человечества уничтожать само себя невероятна.
— Не все люди такие, — сказал Деверо.
— Возможно, и не все. Но таких достаточно много.
Он взял её за руку, переплёл их пальцы. На этот раз она не отстранилась, а вместо этого прислонилась к нему, когда машина Моретти остановилась позади ряда ожидающих машин скорой помощи. Они все знали, что эта ночь будет ужасно долгой. Деверо на несколько секунд закрыл глаза, воспользовавшись кратким моментом затишья, чтобы собраться с мыслями и морально подготовиться. Затем они со Скарлетт вышли из машины вслед за Моретти и оказались в кромешном аду, который их ожидал.
Два солдата со стоически бесстрастными лицами, которые не могли скрыть ужаса в глазах, направили их в узкий переулок, что-то сообщая Моретти сквозь крики, вопли и завывания различных сирен и сигнализаций тревоги. Деверо не понимал слов, но уловил суть из их жестов. Остальные члены клана Лупо ждали своего альфу. И Деверо знал, что все они сделают всё, что потребует от них он и их город.
Он огляделся, и его нутро сжалось, когда он попытался хоть мельком увидеть сам Пантеон — или хотя бы то, что от него осталось. Однако разглядеть что-либо было невозможно. На пути было слишком много других зданий и людей, не говоря уже о густом едком дыме, заполнившем прохладный ночной воздух. Деверо оставил попытки разглядеть что-либо и зашагал вслед за Моретти, сопровождаемый Скарлетт, и, когда они завернули за следующий угол и он увидел большую группу ожидающих его оборотней, что-то внутри него успокоилось. Даже в самых тяжёлых обстоятельствах он находил утешение в себе подобных. Моретти отошёл, чтобы поговорить с человеком официального вида, который, казалось, ждал его прибытия. Деверо сжимал и разжимал кулаки, наблюдая за происходящей дискуссией, но не в состоянии был расслышать ни слова из неё. Это не его город, и он не здесь главный. Но, чёрт возьми, было трудно стоять в стороне и ждать указаний от кого-то другого.
Скарлетт, казалось, почувствовала, о чём он думает.
— Как только мы закончим здесь, — пробормотала она, — мы должны вернуться, забрать Герайнта Виссье оттуда, куда его увезли другие оборотни Лупо и, — она изящно облизнула губы, — выбить из него всё дерьмо. Это ни черта не изменит, но заставит меня чувствовать себя намного лучше.
Деверо одарил её слабой улыбкой.
— У меня такое чувство, что я знаю, кто стоит за всем этим, — сказал он ей. — За этим нападением и убийством Солентино. Я не думаю, что это грек.
Скарлетт перевела взгляд на него. Однако, прежде чем он успел сказать что-либо ещё, Моретти развернулся и начал говорить по-итальянски, ревя во весь голос, чтобы все собравшиеся оборотни могли его слышать. Деверо наблюдал за происходящим, и его всё больше раздражала неспособность понимать чужой язык.
— Я не очень хорошо говорю по-итальянски, — призналась Скарлетт, — но понимаю достаточно. Он говорит, что первоочередной задачей является поиск выживших. Некоторые части здания продолжают стоять, а другие полностью обрушились, но в целом это место небезопасно. Волкам Лупо нужно быть осторожными и использовать свой нюх, чтобы найти всех, кто, возможно, ещё дышит. Там есть люди, которые рассчитывают на то, что они их найдут, — она замолчала, поджав губы. — Он говорит, что они нужны этому городу.
Все оборотни, стоявшие перед Моретти, кивнули. Никто не выглядел нетерпеливым, но мрачное предвкушение предстоящего задания ни с чем нельзя было спутать. Затем Моретти продолжил.
— Они собираются разделиться на команды, — перевела Скарлетт. — Если кто-нибудь обнаружит под завалами хоть какие-то признаки того, что кто-то ещё жив, он должен завыть один раз и дождаться, пока к нему доберутся поисково-спасательные службы. У них есть технология, позволяющая выполнять тяжёлую работу.
Моретти указал на пятерых отдельных оборотней. Скарлетт прищурилась.
— Каждый бета-волк будет руководить командой. Каждый должен всегда следовать их указаниям и не делать ничего, что могло бы привести к дальнейшему обрушению здания или создать угрозу их собственной безопасности, — сказала она Деверо.
Он кивнул.
— Принято к сведению.
Первая группа волков сорвалась с места и помчалась в направлении разрушенного Пантеона. Деверо направился было за ними, но Скарлетт схватила его за руку.
— Подожди, — сказала она. — Ты уверен, что справишься с этим?
— Конечно, уверен, — прорычал он.
— Ты только вчера потерял сознание Дев. Если что-то подобное повторится и тебе понадобится помощь, ты причинишь больше вреда, чем пользы.
— С тех пор я отдохнул и поел, — отрезал он. — Я в порядке, — затем он нахмурился. Чёрт возьми. — Прости. Мне не следовало так с тобой разговаривать.
На лице Скарлетт отразилось понимание.
— Я понимаю. Я чувствую то же самое, что и ты, и тебе не нужно извиняться. Но ты должен быть уверен, что ты достаточно здоров для этого.
— Да, — просто сказал он. — Я обещаю. Тем не менее, тебе следует держаться подальше. У тебя не волчий нюх, Скарлетт. Будет лучше, если ты не будешь путаться под ногами.
— Деверо, — пробормотала она, — при всём моём уважении, иди в жопу.
Мгновение они смотрели друг на друга с полным пониманием.
— Хорошо, — сказал он наконец. — Давай будем действовать вместе и поможем нашим местным коллегам, насколько сможем, — он прикрыл глаза, позволяя своему животному выйти на первый план. Волк внутри него рвался на волю. — Я подвезу тебя, — сказал ей Деверо. — Так мы доберёмся до места быстрее.
Скарлетт моргнула, но слегка кивнула ему. Затем человеческое тело Деверо полностью уступило
