продольными полосами, вторые – с когтистым орлом Пястов) углядел Ивор пурпурно-синий стяг Володаря.
«Верно, вынудили его. Польский плен до добра не доводит. И Владимирко тож тамо, с отцом вместях. Да, дела худые», – размышлял Ивор, глядя из-за заборола стены на вражий лагерь.
Один из ратников отвлёк его от дум, окликнув:
– Боярин Ивор! Воевода Василий тебя кличет в горницу!
Поспешил сын Дмитра вниз по лестнице вглубь крепости.
В горнице тускло горели свечи. Кроме Василия Бора, не было здесь никого. Воевода велел Ивору сесть за стол и заговорил тихо, вполголоса:
– Дело к тебе будет, Ивор. Надобно по тайному ходу из Владимира выбраться и человека одного ко князю Мстиславу сопроводить. Ныне ведомо стало, что выступил князь Мстислав из Белгорода и стал лагерем на Стыри. Дам тебе одного известного тебе проведчика, проведёт ходом подземным за город, в лес. Тамо тебя будет тот человек сожидать. Он тебе такожде добре ведом.
– Исполню, воевода. Токмо что мне князю Мстиславу передать? Может, что важное.
– После узнаешь. Главное, тихо надоть тебе отсель убраться. А потом… Всё сведаешь. Я-то ить тож далеко не обо всём знаю. Княжеские дела, они заковыристы, не просты. Пути к постижению их извилисты.
– Оно так, – так же тихо промолвил Ивор.
Понимал он, что поручено ему опасное и важное дело.
Василий Бор скрылся за дверями горницы и в скором времени воротился, ведя за собой хорошо знакомого Ивору Арсения.
– Вот, Ивор. Сей отрок тебя проводит. Собирайся вборзе. Как стемнеет, пойдёте.
…Факелы в руках освещали дорогу по тёмному переходу. Мрачнели поросшие зеленоватым мхом стены, под ногами то и дело встречались крупные валуны. Долгим показался Ивору путь по тайному ходу. Арсений шёл впереди, довольно уверенно обходя то и дело встречающиеся на пути завалы из камней и земли. Видно было, что сей путь ему хорошо известен. Вот наконец дорога пошла вверх и упёрлась в довольно широкую дощатую дверь. Арсений осторожно открыл её. Свежий ветер ударил Ивору в лицо. Спустя мгновения он уже стоял на вершине небольшого холмика, озираясь вокруг. Густой лес обступал их, видны были могучие стволы и ветви вековых дубов.
Арсений издал пронзительный свист. Тотчас зашелестела листва, затрещали ветки, и выехал к холмику небольшой отряд с десяток вершников. Зажглись факелы, чей-то знакомый голос окликнул сына Дмитра:
– Ивор! Здорово!
С немалым удивлением узнал молодой боярин княжича Владимирку. Сын владетеля Перемышля лукаво подмигнул ему своим серым глазом, усмехнулся слегка, подъехал ближе, быстро спешился и заговорил так же, как и Василий Бор давеча, вполголоса:
– Дело важное у нас с тобою, боярин. Должен ты меня довести до князя Мстислава. Кое-что отец мой передать ему велел.
Ивору подвели свежего скакуна, слуги княжеские помогли забраться в седло. Поскакали вершники по лесу, по дороге, видно, хорошо знаемой им по прежним путям и походам. Густая чаща вскоре расступилась, сменилась редколесьем, затем они скакали вдоль берега большой реки. Уже на рассвете показались впереди воды Стыри и знамёна воинства.
– Стан князя Мстислава, – указал Владимирко. – Вот что, Ивор. Поезжай-ка наперёд с двумя моими людьми, передай князю Мстиславу, что хочу вельми я с ним свидеться. Ну и обратно вертай вборзе.
Послушно выехал Ивор к берегу Стыри, двое отроков свиноградских помогли ему пройти по броду, и вскоре уже окликнули его сторожи Мстиславовы. Провели они сына Дмитра в шатёр Мономахова наследника.
Мстислав, в кафтане цветастом поверх рубахи и тимовых сапогах с нарядной вышивкой, сидел спокойный, задумчивый. Выслушав Ивора, он одобрительно кивнул и, поглаживая рукой короткую начинающую седеть бородку, промолвил:
– Что ж. Приму Владимирку у себя. Тако и передай, Ивор Дмитрич. Догадываюсь, о чём молвь будет.
Слово в слово передал Мстиславову речь Ивор Володаревичу. Владимирко снова лукаво подмигивал и усмехался. Затем он велел сыну Дмитра ожидать его возвращения и вместе со своими слугами поспешил в лагерь Мстислава.
Воротился он поздним вечером, всё с таким же лукавым видом.
– Кажись, стронулось дело наше, – так же тихо сказал он. – Троих наших наперёд пошлю тотчас, к отцу. Вот тебе грамотка, – протянул Владимирко Ивору берестяной свиток. – Сам не читай, передай воеводе Василию. И если всё створишь, как надо, ведай: дело верное.
Не знал Ивор, что за дело такое, но догадывался, что творится нечто тайное и важное.
Ночью опять было не до сна, мчались они обратно чрез чащу леса, по ведомым свиноградским отрокам тропам. Рано утром увидел сын Дмитра знакомый холмик, заскрипела потайная дверь, и снова они вдвоём с Арсением шли по подземному ходу во Владимирскую крепость.
…Воевода Василий Бор, быстро прочитав бересту, бросил её гореть в печь. Сказал, супясь:
– Тако я и думал.
Обратившись к Ивору, скупо похвалил его:
– Молодцом, Дмитрич! Топерича ступай отдохни. Чай, две ночи без сна. После с тобою побаим.
Направил стопы усталый Ивор в свой покой внутри крепостной стены, растянулся на дощатой грубо сколоченной скамье да провалился в глубокий сон.
Сколько часов проспал он, не знал, но уже тёплое майское солнце стояло в зените за крохотным затянутым бычьим пузырем оконцем, когда потряс его за плечо скорым шагом вступивший в покой возбуждённый Василий Бор.
– Ну, Ивор, створились, сладились дела наши.
– Что ты, воевода? Какие такие дела? – недоумевающе протирая заспанные глаза, пробормотал сын Дмитра.
Он сел на лавке, вопросительно взирая на воеводу.
– Какие дела? Да ради которых ты до Мстиславова стана ездил.
– Да я, по правде говоря, тако и не сведал, что вы тамо со княжичем Владимиркой задумали. Всё разговоры какие-то тайные…
Василий Бор перебил его:
– Может, и к лучшему, что не ведаешь ты и не мешаешься в дела сии тёмные, – промолвил он. – Выйдем-ка на заборол, поглядишь, а я тебе тамо всё расскажу.
Они поднялись на глядень крепостной стены. С изумлением отметил Ивор, что поле перед крепостью, где ещё накануне стояли угры и поляки, было почти пустым. Не было видно ни Володаревых стягов, ни гордого орла Болеславова, ни хоругви Бесена. Где-то вдали, за Лугою, одиноко маячило знамя угорское с золотистой короной святого Стефана, но больше ни единого неприятельского отряда молодой воеводский сын не видел.
– Что ж случилось? Почто отступили они от стен? Али прознали, что наши рати идут со князем Мстиславом во главе?
– Нет, Ивор. Иное тут. – Василий Бор резко выдохнул и заключил: – Нынче поутру убит был князь Ярослав, или Бесен, как мы его называем!
– Как так убит?! Кем же?! – воскликнул поражённый Ивор.
–Объезжал он полки свои и соузные, и из засады близ ворот градских двое ляхов вдруг выскочили
