из уважения к силе «Подполья».
— Добровольно? — усмехнулся барон фон Рихтер, откидывая со лба грязные волосы. — Нас загнали сюда, перекрыв все пути снабжения. Для моего клана это не было никаким приглашением.
Я слушал их перепалку, оставаясь в тени. Пусть покипят и ещё раз покажут своё истинное лицо.
— Может, Скрежет решил нас убрать? — пробормотал один из головорезов Варуса. — Как Морга убрали…
— Морг был идиотом, — отрезала Вдова. — Он торговал наркотиками налево и направо, совсем не заботясь о собственных силах. Его участь была предрешена.
— А вы что, умнее? — прорычал Брут, вставая. Его когда-то огромная фигура всё ещё отбрасывала длинную тень на стены. — Что-то я не вижу вас в числе приглашённых в Цитадель.
В сгоревшее помещение к ним резко вошли два моих скелета в полных латных доспехах. Они заняли позиции по обе стороны от стола, замерев в абсолютной неподвижности. Следом себя показал уже я сам.
Никаких капюшонов и маскировки, только голые кости.
Помещение мгновенно погрузилось в напряжённую тишину. Главари банд замерли, уставившись на меня, кто-то привстал со стула.
Их реакция была предсказуемой — шок, смешанный с презрением и непониманием.
— Что за… — начал один из главарей, гоблин в потёртом кожаном жилете.
Брут откинулся на спинку кресла и расхохотался. Его смех был грубым, издевательским.
— Скелет⁈ — выкрикнул он, обводя взглядом остальных. — Кто-то издевается над нами! Где твой хозяин, костяной? Некромант трусит показаться сам, да?
Остальные главари заёрзали на местах. Они оглядывались по сторонам, словно ожидая, что из-за моей спины сейчас выступит настоящий хозяин — в чёрной мантии, с посохом и магическим кристаллом. Для них я был просто куклой.
Я остановился в нескольких шагах от стола и транслировал свой голос напрямую в их головы.
«Да что вы говорите, дорогие мои».
Эффект был мгновенным. Несколько главарей вскочили на ноги, хватаясь за оружие. Один из них — худой человек с крысиными чертами лица — попятился к стене, глядя на меня с нарастающим ужасом.
— Что… что это было⁈ — прохрипел он.
Брут замер, его смех оборвался. Орк медленно поднялся с кресла, сжимая рукоять молота. Его лицо исказилось от бешенства.
— Трюки! — рявкнул он. — Дешёвая магия!
Он сделал шаг вперёд. Его массивное тело напряглось, как сжатая пружина. В его глазах я читал не осторожность, а ту самую, почти забытую его телом уверенность хищника, который загнал добычу в угол.
Для него я был лёгкой мишенью, хрупкими костями, которые можно разнести одним ударом.
— Кто бы ты ни был, думаешь, ты можешь прийти сюда и говорить с нами⁈ — Брут взревел, выдергивая молот из петли на поясе. — Некромант! Покажись и ответь за это оскорбление!
Он бросился вперёд. Вялая туша орка пересекла расстояние за секунду. Молот взмыл вверх, готовый обрушиться на мой череп, Брут ревел, вкладывая в удар всю свою ярость и голод.
Но мои скелеты даже не шевельнулись. Я стоял неподвижно, глядя на эту безграничную тупость.
Мгновение спустя его молот уже завис в воздухе. Брут застыл, как замороженный, жилки вздулись на шее, мышцы рук дрожали, но оружие не двигалось ни на миллиметр.
«Я называю этот приём „Ментальный паразит“» — поделился я с ними.
Я вошёл в его разум, который был похож на грубую, примитивную конструкцию из ярости, жадности и страха. Там не было ничего сложного, никаких защит, только животные инстинкты. Затем нашёл нужный узел — центр контроля над телом и просто сжал его.
Далее Брут взвыл, его глаза были готовы вылезли из орбит. Молот выпал из рук и с грохотом упал на пол. Орк схватился за голову, царапая кожу когтями.
— Что… что ты делаешь⁈ — прежний грубый голос сорвался на птичий писк.
Я усилил давление. Его ноги подкосились, и огромная туша рухнула на колени. Из носа потекла кровь. Орк задёргался, хрипя и пуская пену изо рта.
Остальные главари уставились на эту картину в ужасе.
— Что, вашу мать, здесь вообще происходит⁈ Зачем Скрежет пригласил нас⁈
Я отпустил хватку.
Брут рухнул на пол, свернувшись калачиком и хватая ртом воздух. Его тело дрожало от шока. Он смотрел на меня снизу вверх, и презрение в его глазах сменилось слезами. Он был безумно напуган.
Я шагнул вперёд и остановился над ним. Мой холодный, бесстрастный голос снова прозвучал в их головах.
«Пригласил вас сюда не Скрежет, а я! Я же дал ему совершенно другую работу. Намного важнее, чем такой мусор, как вы».
Я обвёл взглядом остальных главарей.
«Дорогие, даю немного времени на размышления. Хотите подчиниться мне или умереть?»
Мой палец уже лёг на спусковой крючок. Щелчок тетивы арбалета — резкий, механический, почти незаметный на фоне рычания Брута и… Готово! Болт вошёл точно в затылок.
Мгновение тишины, Брут уже замертво лежал под моими ногами. Тогда я резким движением поднял его тушу за шкирку и оттолкнул на стол, к остальным.
Сразу за этим алхимическая смесь в наконечнике болта сработала.
Его голова взорвалась изнутри. Грязно, с осколками костей, дождём из мозгового вещества и крови. Всё это обильно окутало стоящих вокруг него главарей банд.
Визг, падающие стулья… Один даже упал под стол, обхватив голову руками.
Я спокойно перезарядил арбалет.
«Один болт», — сказал я. — «Стоит копейки и усилий не требует, но на одного ублюдка уже стало меньше. Есть ещё желающие?»
Но никто всё никак не отвечал. Страх — вот что я считывал сейчас из их разумов. Не обычная ненависть, желание убивать безоружных, грабить и насиловать, а просто животный, первобытный ужас.
Но я не сильно торопился, пусть осознают своё реальное место.
«Вносите его», — я озвучил для них свою команду скелетам. Все в шоке смотрели на происходящую перед ними картину и никто не рисковал лишний раз пошвелиться.
Вдруг двое моих костяных подчинённых втащили в сгоревший зал фигуру в цепях. Металлические звенья скрежетали по каменному полу.
Это был Морг. Точнее, то, что от него осталось.
Бывший глава «Ржавых Кинжалов» больше не был человеком в полном смысле слова. Его тело двигалось, ковыляло вперёд, но глаза были пусты. Челюсть беспорядочно дёргалась, изо рта тянулась слюна. Руки висели плетями, пальцы подрагивали в такт невидимым импульсам.
Зомби — живая марионетка, управляемая моей волей через телекинез и псионику. Тело без души и разума. Просто мясо, которое ещё помнило, как дышать.
Я вёл его как куклу, дёргая за невидимые
