пока не ответишь, Ева! — снова вцепилась в меня своей клешнёй и тряхнула. — Это мой внук?! Я звоню Владу!
Ее грозное рычание словно вернуло меня в прошлое. Я отчаянно вскрикнула и почувствовала, что кружится голова. Ещё мгновение и я рухну на пол.
В следующую же секунду я почувствовала опору. К нам мигом подскочил Федор, который меня придержал.
— Я не хотела ее напугать, я сама в шоке, не видела давно, волновалась, она моя невестка, — слышу, как бывшая свекровь оправдывается перед Федором.
— Ева, девочка, водички? Прости что напугала, не нервничай.
К моим губам прикасается пластик бутылки.
Я делаю глоток и понимаю, что темнота накрыла меня. Шум вокруг привел меня в чувство не сразу. Думала, что свекровь мне привиделась, но нет. Я лежала на кушетке в кабинете бывшего гинеколога. Вокруг меня бегала и Марина, и доктор. Инга Степановна стояла рядом и причитала. Федор кому-то звонил.
— Федор, не надо, мне лучше.
Мужчина повернулся ко мне и посмотрел тяжёлым взглядом. Недолго. Повернул голову к людям, наполнявших комнату и гаркнул:
— Все разошлись, а вы, женщина, покиньте кабинет.
Она сжалась под его взглядом, согласно кивнула, вся такая непривычно испуганная и покорная.
— Сделай еще глоток, девочка, ты бледная как смерть, и вообще, оставь себе, тебе нужнее, я себе новую куплю. Все, ухожу-ухожу, — оставляет мне бутылку, поднимает руки вверх, и пятится к выходу.
— У вас низкое давление, Ева, — рядом оживает доктор, который измерял мое давление.
А я не хочу больше здесь быть, пусть меня Федор увезёт. Сейчас желание просто прижаться к Гураму и услышать его слова, что все будет хорошо. Мой взгляд падает на воду, хватаю бутылочку. Вот я растяпа, свою в машине оставила. Хотя, я же не думала, что здесь задержусь, и мне станет плохо.
— Федор, увезите, пожалуйста, меня отсюда.
Протягиваю руку мужчине, который, не молвив ни слова, уводит меня из кабинета, а потом из этого медцентра.
Он помогает мне сесть в машину, пристегнуть ремень. Затем тянется к подстаканнику и достает мою бутылку с водой, протягивает мне.
— А эту мне отдай, пей свою. И никогда не бери и не пей ничего ни у кого с рук. Я, быть может, параноик, но все истории с "подпоить" начинаются вот с таких невинных угощений, — хмуро зыркает на воду свекрови.
Меня начинает критически тошнить. Я распахиваю дверь авто и вылетаю на свежий воздух. Не хватает кислорода, когда вспоминаю один момент из прошлого.
Федор немедленно подхватывает в свои сильные руки, страхует.
— Ева, скорую, командуй, девочка.
— Я же пила из этой бутылочки, — немного, но пила и теперь от страха у меня ноги отнимаются, — она когда-то меня опоила и подложила в постель постороннего мужика. Больше некому, понимаете?!
— Гм. Да, имеет смысл. Это я отвезу знакомому в лабораторию. Лучше перебдеть, чем… Если там найдется что-то, мы ее посадим, Ева. Она ответит за всё зло, которое сделала тебе.
Только бы там ничего не было. Паранойю свою я как-то переживу, если ошиблась. Но с такой женщиной лучше перестраховаться.
— Я новому доктору все расскажу, отвезите меня туда.
Прием у нового доктора, Андрея Петровича, была эмоциональной. И у него, и у меня. Я сразу же рассказала о ситуации, которая со мной случилась. Тут же взяли кровь на экспертизу. Федор обещал проверить воду, которую мне дала свекровь. Очень странно, эта бутылочка была запечатана. Мой охранник долго размышлял, но в свои мысли не посвящал. Он с кем-то созвонился и по пути завёз бутылку в лабораторию.
Пока делали анализ крови и другие анализы, доктор вел со мной довольно углубленную беседу, пока листал карточку. По выражению его лица я понимал, что многое из написанного ему не нравится.
— Вы здоровы, и я не понимаю, почему у вас с мужем, у которого показатели в норме, не было детей. Я не исключаю нюанс "несовместимость", но всё равно, что-то не так. Жаль, что в своё время вы не обратились к другому специалисту.
А мне как жаль. Я была тупой овцой, когда беспрекословно прислушивалась к советам Влада и свекрови.
— Не отчаивайтесь, Ева Георгиевна, теперь у вас есть о ком думать. Пол ребенка узнавать будете? — улыбнулся и предложил пройти осмотр УЗИ.
— Очень жду этого момента.
— Ваш мужчина предпочитает сына?
— В последнее время говорит только о дочке, — улыбаюсь и наблюдаю, как доктор внимательно изучает экран.
Выражение его лица довольно позитивно, он доволен, это однозначно.
— Прекрасный плод, все в пределах нормы. И что же, поздравлю вашего мужчину. Его желание сбылось.
Я забыла, как дышать, наблюдая за экраном. Доктор понял, что я в эйфории и рассмеялся.
— Продолжим разговор, когда вы приедете в себя, Ева....
Если бы не встреча в медцентре, этот день я бы назвала самым счастливым в моей жизни. Столько новостей держу в себе, что побыстрее бы увидеть Гурама. И анализы чистые, что говори о том, что моя паранойя на счёт свекрови не сбылась.
— Фёдор, что-то известно об анализах? — спрашиваю сразу, как только села в салон.
— Я отвезу тебя домой к Сагаловым и поеду за твоим благоверным, потом поговорим, хорошо? Пока сохрани эти сияющие глаза до приезда Гурама, — подмигнул Федор и завел автомобиль.
Легко сказать сохрани. Стася же сразу меня расколет, а врать я уже не хочу. А так хотелось, чтобы эту новость мы узнали вместе.
Стараюсь не грустить, потому что все равно у меня внутри так тепло и легко, как никогда.
— Конечно, спасибо большое за все хорошее, Федор.
Гурам
Выхожу из такси около столько нелюбимого мной строение и захожу внутрь. Вид у меня такой, что никому не хочется со мной задираться и хамить. Слишком вежливо спросили, кто я и к кому. Следак встречал с фразой:
— Гурам Данилович, извините, что оторвали от ваших дел, но это срочно.
Молча киваю. И не извиняю. Нет ничего более срочного, чем моя малышка и наш ребенок. И только ради того, чтоб вернуть себе свое доброе имя, я здесь. Чтобы и Ева, и наш малыш могли гордиться отцом семейства, и чтобы все открытые дела закрылись, зверье, которое полезло в нашу семью, сидело в клетках и не угрожало нам больше.
Агата и ее муженек до сих пор отбывают сроки, и Сагаловы могут быть спокойными. Я знаю, что Стася помогла ее дочерям и финансово, и они попали все втроем в одну приемную семью благодаря ее усилиям. Теперь я должен убедиться, что тот, кто попатылся очернить меня, будет надежно
