– Великолепно! Просто потрясающе! Пошли, Джек. Спасибо за помощь, доктор Милфорд. Я прослежу, чтобы Омфалос был доставлен Маркусу в собственные руки.
– Ты хочешь оставить его у меня?
Инди не рвался взять камень с собой, но предложение Милфорда понравилось ему ничуть не больше.
– Возьму с собой.
– Как будет угодно. Если вы не против, я прилягу на эту кровать. Мне давно пора быть в постели.
Инди приподнял крышку и посмотрел на черный конический предмет с похожими на сеть каменными кружевами, врезавшимися в его поверхность. Поразительно, сколько бед из-за столь невзрачной, неприглядной реликвии! Инди не очень-то верил тому, что говорилось в золотом свитке о жизни Мерлина, но одно место насчет Омфалоса было правдивым – он действительно с неба свалился. Это метеорит, которому в древние времена придали нынешнюю форму – вероятно, при помощи абразивной обработки в проточной воде.
Инди оттянул карман куртки и опрокинул коробку над ним. Омфалос острием книзу упал в карман, немного выдаваясь наружу. Но Инди надежно застегнул карман и похлопал по оттопырившейся куртке, ощутив дополнительный вес.
– Ладно, пошли!
Инди и Шеннон покинули комнату, прошли через лабиринт коридоров, в конце концов оказались в церкви и решительно двинулись к выходу. Одновременно толкнув половинки двустворчатой двери, они резко остановились – дверь не поддалась.
– Заперто! – воскликнул Инди.
Шеннон попятился.
– И что теперь?
– Я знаю, где выход! – крикнул им Рэнди с противоположного конца церкви. – Идите за мной!
– Пошли, – пожал плечами Инди.
Они пересекли церковь и через другие двери вышли в коридор, ведущий к выходу с противоположной стороны здания. Рядом стоял запряженный кабриолет.
– Я буду править, – заявил Рэнди. – Вам понадобится моя помощь.
– А как этому отнесется твой отец?
– Нормально. Я тоже поеду, – отозвался подоспевший Уильямс и неохотно добавил: – Мы и так в беде, и не хотим попасть в худшую передрягу.
Инди забрался вместе в Рэнди на козлы, а Шеннон и Уильямс уселись в экипаж. Отъехав от монастыря, они направились в Стоунхендж. Инди понятия не имел, чего ждать, но догадывался, что ночка в руинах выдастся неспокойная.
* * *
Дейрдра лежала в своей плетеной клетке возле Алтарного камня. Она осознавала, что Пауэлл держит речь перед толпой, и некоторые друиды стоят всего в нескольких футах от нее, но желания звать на помощь не было. Ей было как-то абсолютно все равно. Она ощущала тяжесть во всем теле, сонливость и рассеянность. Магический сон, как назвал это Адриан. Может, он добавил чего-то в воду, которую она пила, а может, все дело в речах Адриана. Он ехал вместе с ней в кузове грузовика и все говорил, говорил и говорил о друидах, о солнечном боге и Мерлине, о преисподней и ином мире, а она гадала, как член Парламента мог дойти до такого.
Но теперь, слушая в его изложении кельтский миф, она уловила связь. Речь шла о мальчике, охотившемся в то время, когда многие люди края лишились силы воли и пали духом. Мальчик набрел на замок Короля Страданий и во внутреннем дворике углядел золотую чашу. Он обнаружил, что чаша обладает способностью воскрешать мертвых и исцелять недужных, а когда похитил чашу из замка и показал людям, те воспряли духом и укрепились телом. Дейрдра поняла, что это метафорическое изложение борьбы Пауэлла с образованием Содружества, в котором он видел причину ослабления родной державы, а в сторонниках проекта – слабовольных и павших духом.
Откуда-то издалека до ее слуха донесся мерный рокот барабана и пение труб. Но Пауэлл продолжал говорить.
– Золотая чаша подобна золотому свитку, который я принес вам, как и обещал. Он несет нам великую надежду, возвращает могущество Омфалосу и Хороводу Великанов. Слушайте же повергающий в изумление рассказ Мерлина.
Затем она услышала, как Пауэлл читает свиток. Вцепившись в прутья клетки обеими руками, Дейрдра сумела подняться на ноги. Увидев стоящего на Алтарном камне Пауэлла, она разглядела, что читает он не по свитку, а по листу бумаги. Должно быть, какой-нибудь высокообразованный закадычный дружок сделал ему перевод. Закончив чтение, Пауэлл с ритуальной многозначительностью провозгласил:
– Начертанное здесь в древние времена подтверждает то, что нам было известно, но ставилось многими под сомнение. Друид Мерлин действительно был строителем Стоунхенджа. Он посланец Омфалоса, он прозревал нынешний день, когда врата могущества вновь распахнутся для Хоровода Великанов.
Ныне мы зароем Омфалос, а на рассвете, когда таинство свершится, могущество Омфалоса войдет в мир; Аполлон и Мерлин сольются воедино, а я, ваш слуга, займу их место во плоти. Верьте моим словам, соратники из великих орденов! Если же я солгал, да обрушится небо мне на голову, да уничтожит меня пламя божественного гнева!
«Да будет так!» Эта мысль пришла Дейрдре в голову словно со стороны, заставив задуматься о своем затруднительном положении, и о том, что происходит. «Что я тут делаю? Надо отсюда вырваться!»
Барабанный бой приближался; трубный глас напоминал завывание дикого, буйного ветра. Дейрдра оглядела море белых одежд и увидела, что Адриан переместился в центр внутренней подковы трилитов и опустил что-то на землю. Выпрямившись, он посмотрел прямо на нее, приковав к себе ее взгляд.
Как Дейрдра ни старалась, отвести глаза она не могла. Наконец, он улыбнулся, она перевела взгляд на толпу и не могла поверить своим глазам. Захлебнувшись воздухом, Дейрдра изумленно разинула рот и зажмурилась, отказываясь смотреть. «Этого не может быть. Не верю!» Затем она заставила себя бросить взгляд на толпу, и со странным облегчением узрела облаченных в белое друидов. Что с ней стряслось? На мгновение Дейрдре показалось, что перед ней большое стадо баранов.
– Сегодняшняя ночь предназначена не для речей, но для шумного веселья и высоких дерзаний, – прокричал Пауэлл. – Слушайте же приближающиеся барабаны и трубы! – Голос его был полон гипнотической, завораживающей силы. – Раскройтесь навстречу ночи, отдайтесь ей, парите, летите вслед за ней! Раскройтесь навстречу ночи, отдайтесь ей, парите, летите вслед за ней!
* * *
Рэнди остановил экипаж у стоявшего возле руин грузовика.
– Вот на нем они и привезли сюда клетку, – указал мальчишка на грузовик.
Они подошли к машине, но едва Инди увидел, что там никого нет, как сосредоточил внимание на древнем монументе. Там звучала музыка, дергались и кружились темные фигуры.
– Пойдемте-ка, взглянем поближе, – бросил Инди спутникам.
– Лучше останься тут, сынок, – велел мальчику отец.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
