– Слушайте, как блеет агнец перед принесением священной жертвы, – вещал Пауэлл.
– Откройте же глаза, это ведь женщина, – заорал Инди.
Узкоглазый ткнул ему пистолетом между лопаток.
– Тебя никто не слышит. Они не верят, что барашки умеют говорить, вот и не слышат ничего.
«Хоть кто-нибудь должен и слышать, и видеть нас, – лихорадочно размышлял Инди. – Никто не в состоянии держать в повиновении столько умов одновременно». Но сейчас было не время предаваться раздумьям о том, что же видит толпа. Как только землю вокруг деревца разровняли лопатой, друиды отступили, и Пауэлл поднес нож к горлу Дейрдры.
Инди расстегнул карман.
– Пауэлл, а ведь Омфалос-то у меня! Твой был подделкой.
Вынув оракул из кармана, Инди поднял его над головой.
– Стой, Джонс, – приказал Узкоглазый, – буду стрелять!
Но Инди шагнул к Пауэллу, пропустив угрозу мимо ушей. Послышался ропот толпы:
– Кто этот человек? Откуда он взялся? Он из наших?
Теперь Инди увидели, тут сомневаться нечего. Узкоглазый не решился нажать на курок.
Пауэлла это застало врасплох. Он опустил нож, а противник был уже в нескольких дюймах от него. Инди не знал, что делать дальше, но внезапно, когда он прижал камень к груди, все на свете перестало его волновать.
Он увидел орла. Своего орла. Он знал этого орла. Орел принадлежал его прошлому. Орел – защитник и покровитель. Последний раз Инди видел его, когда держал Омфалос в Дельфах. А теперь орел здесь, парит над руинами, описывая четкий круг над трилитами.
– Что я должен сделать? – спросил Инди, даже не зная, произнес эти слова мысленно или вслух.
Орел завершил первый круг, и вдруг Инди увидел, что камни озарены эфирным светом – казалось, сияние исходит от них. Теперь камни выглядели иначе. Сарсеновый круг и остальная часть храма были на месте. На том месте, где всего лишь миг назад лежал алтарный камень, теперь стоял еще один трилит.
Инди был так захвачен этим зрелищем, что не сразу заметил стоявшего слева высокого человека в сером плаще. Взгляд человека был обращен прочь, на плече его сидел филин. Инди была видна часть длинной седой бороды, но ничего более.
– Спрашивай, – заговорил человек.
– О чем?
– Попробуй еще раз.
– Где я?
– Ведаешь сам.
– Но все выглядит по-другому.
– Семьдесят окон взирают на Вселенную и вселенский разум.
– А где все?
– Здесь.
Инди пристально всматривался в человека, пытаясь разглядеть его получше.
– Кто ты?
– Ты уже читал мою повесть, хоть и счел ее лживой. У меня много имен, и не столь уж много лет спустя я буду возрожден под именем Гэндальфа. Мне нравится это имя. – Он слегка обернулся; Инди увидел бледное морщинистое лицо с длинным носом и тонкими губами, сложившимися в едва уловимую усмешку. – Но не теряй времени. Спрашивай о том, чего пока не ведаешь.
Инди не знал, о чем спросить.
– Почему его называют Хороводом Великанов?
– Пляшущие боги некогда насытили энергией камни, ставшие великими источниками могущества и целительства.
– Можно ли употребить их силу во зло?
– Энергия ни добра, ни зла. Она есть.
– Станет ли Адриан Пауэлл премьер-министром?
– Да будет тебе ведомо, один из членов братства станет премьер-министром. Но ты можешь остановить Пауэлла.
– Как?
– Отдав ему то, чего он алчет.
Ощутив рывок, Инди поглядел вниз и увидел пару рук, вцепившихся в Омфалос. Он вдруг обнаружил, что они с Пауэллом вырывают оракул друг у друга. Все вернулось на свои места. Незнакомец в длинном плаще исчез, а вместе с ним и орел. Но слова старого кудесника еще звенели у Инди в мозгу. Он разжал руки, Пауэлл крепко притиснул Омфалос к груди, словно не в силах поверить, что Инди так легко сдался. Потом выражение его лица изменилось. Его будто оглушили. Разинув рот, Адриан сделал неуверенный шаг и упал на одно колено.
Узкоглазый бросился к Пауэллу и спросил, не дурно ли ему. Пауэлл поднялся на ноги. Глаза его выкатились из орбит, он таращился на Узкоглазого, но вроде бы не узнавал его и не понимал, что тот говорит.
– Теперь церемонию следует довести до конца, – монотонным голосом сказал Пауэлл. Отведя Омфалос от груди и сжимая его одной рукой, другой он извлек из одеяний церемониальный нож. Быстрым движением всадив нож Узкоглазому в живот, Пауэлл повернул клинок и вспорол соратника снизу-вверх до самого подбородка. Кровь хлынула потоком из разверстой груди и утробы, Узкоглазый попятился на заплетающихся ногах и рухнул.
Инди выхватил Омфалос у Пауэлла, прижал его к себе и хотел броситься за Дейрдрой, но замер в полушаге. Его взору снова явился парящий над руинами орел. Орел скользнул вниз и сел Инди на плечо. Инди понял, что находится под защитой. Человек в сером плаще стоял рядом с ним среди руин, переставших быть руинами. Чародей поднял руку, будто знаком приглашал Инди говорить. На сей раз Инди не колебался.
– Что происходит?
– Больше, нежели ты зришь, – рассмеялся высокий старик.
– Что увидел Пауэлл, когда держал Омфалос?
– Ландшафт собственного духа. Духа великой силы, но столь же великой алчности, почти не тревожащегося о других. Все рушилось вокруг него, даже само небо над его головой. Он утратил свое видение.
– Но если не Пауэлл, то кто же из друидов станет премьер-министром?
– Сие не твоя забота. Не тревожься о том. Он будет могучим лидером, но не слишком хорошим друидом. – Он погладил по голове сидящего на плече филина. – Не правда ли, Черчилль?
И в последний раз обернулся к Инди.
– Теперь же узри, что происходит.
Инди почувствовал толчок и увидел, что Пауэлл снова вырвал Омфалос у него из рук. Держа Омфалос над головой, Адриан попятился.
– Я непобедим! Сила моя безмерна! Я властвую!
И тут Инди увидел позади него Узкоглазого. Тот снова был на ногах, шатаясь и истекая кровью. Пауэлл спиной наткнулся на него, Узкоглазый охватил Адриана руками и они закачались, как два танцора.
– Отпусти! – вопил Пауэлл. – Что за чудовище меня схватило?
Затем, в последнем порыве, Узкоглазый толкнул Пауэлла вперед, к костру. Оба исчезли в огне. Пламя взревело, будто в знак одобрения.
Инди прижал Дейрдру к груди, не в силах поверить увиденному.
– Кончилось. Все кончилось.
Но Пауэлл вдруг снова показался у края костра. Его обугленная кожа дымилась и пылала, но он по-прежнему прижимал Омфалос к груди. Мгновение Инди казалось, что Пауэлл ринется на них. Но тот с последним пронзительным воплем ужаса рухнул навзничь, и геенна огненная поглотила его.
25. Стрела Аполлона
Над усыпанным золой кострищем вилась тоненькая струйка дыма. Дейрдра смотрела, как озаренные первыми лучами рассвета Инди и Шеннон понемногу пробираются к ней. Она не хотела участвовать в их поисках и вообще не собиралась приближаться к жутким останкам. Она и так за ночь хлебнула ужасов сверх всякой меры и хотела лишь спать, спать, спать – долго и без сновидений. Ей хотелось забыть обо всем, и только.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
