— Такое ощущение, что Дамблдор — энергетический вампир.
— Кто, прости? — Северус никогда не жаловался на слух, и услышанное заставило его удивленно приподнять бровь.
— Магглы считают энергетическими вампирами людей, которые подпитываются чужими эмоциями, как правило, отрицательными, порой специально провоцируя их, — как мог, объяснил Гарри.
— Любопытное мнение, — фыркнул Снейп. — Но, вынужден тебя разочаровать, Альбус таковым не является, хоть и может быть весьма… докучливым.
— Знаю. Просто устал. Ты, правда, согласен заниматься со мной?
— Я не имею обыкновения бросать начатые дела на половине, — сухо ответил зельевар, явно не настроенный на дальнейшее общение.
Похоже, оба сильно устали сегодня от выдавшихся треволнений, хотя вряд ли Снейпа удалось бы заставить признаться в этом. Да и Гарри не был врагом себе, чтобы настаивать на таком признании, так что ограничился пожеланием супругу спокойной ночи и удалился в свою комнату.
Ожидать, что ученики явятся в Хогвартс с самого утра, было бы глупо. Поттер прекрасно помнил, что Хогвартс-Экспресс прибывает вечером, но так нетерпелось встретить старых друзей! Правда, становилось немного не по себе от мысли, что придется объяснять им, куда он девался на целый год, и почему больше не будет учиться вместе со всеми. Конечно, легенда была заранее заготовлена, но от этого было ненамного легче.
Наверное, Гарри извелся бы от ожидания, но сразу после завтрака Северус увел его в лабораторию, напомнив о намереньях догнать сверстников по школьной программе, и думать о постороннем стало просто некогда.
Как ни странно, первыми Поттеру встретились вовсе не Рон с Гермионой, а Полумна Лавгуд. Одного взгляда хватило, чтобы резко понять, что со дня их последней встречи прошло больше года. Девушка стала какой-то совсем эфирной, еще больше «не от мира сего», но без противопоставления реальному миру. Слово она обрела определенную гармонию с этим своим странным для остальных внутренним миром и стала взрослее. Гарри почувствовал в ней нечто, похожее на понятие «родственная душа», и это чувство усилилось, когда Луна приветливо ему улыбнулась, проговорив:
— Здравствуй, Гарри! А я все гадала, когда ты появишься.
В этом вся Лавгуд — никаких вопросов или праздного любопытства. Просто констатация факта, словно ей уже давно все известно. И это сейчас было как бальзам на душу. Гарри улыбнулся в ответ:
— Я скучал по тебе и остальным.
— Нам всем тоже не хватало тебя. Но ведь ты не мог так просто вырваться, — почти робкая и такая понимающая улыбка, от которой стало и не по себе, и спокойнее одновременно. А еще голос…
Голос девушки почему-то очень беспокоил Гарри, словно о чем-то напоминал, вот только он никак не мог понять, что именно. Так бы и не догадался, наверное, если бы Морри не подсказал:
— Пророчество. То самое, о Некроманте. Оно было произнесено очень похожим голосом.
— Точно!
Это заставило по-новому посмотреть на подругу, на что она лишь еще раз улыбнулась едва заметной улыбкой, и Гарри решился спросить:
— Луна, ты ведь знаешь, кто я?
— Ты — Гарри Поттер, — ответила девушка, ничуть не удивившись вопросу.
— Нет, я не совсем об этом, — стушевался парень, не зная толком, как объяснить то, что он хочет услышать, но Лавгуд и не требовались объяснения:
— Я вижу твою новую силу. Все хорошо и так и должно было быть.
Гарри порадовался, что они одни в коридоре, но все равно подошел почти вплотную к девушке, прежде чем спросить:
— Ведь это ты произнесла пророчество?
— Нет, я повторила то, что уже было произнесено, чтобы волшебники вспомнили, — просто ответила Луна, словно речь шла о выученном уроке.
Поттер немного запутался в этом объяснении, но одно понял совершенно ясно: Лавгуд — предсказательница.
— Нет, она не предсказательница, а пифия, — поправил Морри.
— А в чем разница?
— Предсказатели пытаются предугадать прошлое, настоящее и будущее определенными способами, а пифии его просто видят, это дар, не наработанный навык.
— Хм… Трелони тоже пифия?
— Нет, поэтому ее предсказание и не непреложно.
Гарри готов был задать своему «второму «я» еще десяток вопросов, и задал бы, если бы Луна не сказала:
— У тебя занятная вторая часть души.
— Ты его видишь? — сразу насторожился Поттер.
— Не совсем. И подслушивать невежливо, ведь так? — дождавшись растерянного кивка, Луна предложила: — Пойдем в зал, там, наверное, уже все собрались.
— Пошли, — сразу согласился Гарри, тем более до них уже доносились голоса вошедших в замок учеников. По дороге парень думал, что, наверное, стоит с кем-то посоветоваться насчет того, что он узнал. Вот только никаких подходящих кандидатур для этого не было. Разве что Снейп…
За следующим поворотом все мысли разом вылетели у Гарри из головы, так как он оказался в медвежьих объятьях Рона, а в следующий миг едва не лишился слуха от его вопля:
— Гарри! Дружище!
— Рон! Я тоже очень рад тебя видеть, только пожалей мои ребра! Гермиона, привет!
— Привет! — девушка открыто улыбнулась и, чуть помешкав, тоже обняла друга.
Отпрянуть друг от друга их заставило презрительное фырканье. Драко, бледный, словно свежевыстиранная простыня, прошел мимо, в кои-то веке воздержавшись от комментариев. И почему-то Гарри это насторожило куда больше обычных оскорблений. Он проводил хорька внимательным взглядом, и поэтому пропустил момент, так что его чуть не сбило с ног очередное «приветствие». Или это семейное, или дурное влияние старшего брата, во всяком случае, Поттер едва ли не оглох повторно от радостно воскликнувшей Джинни:
— Гарри! Как я рада тебя видеть!
Наверное, ее услышали все, а те, кто не услышал, увидели. От этой мысли Гарри стало не по себе, и он уже думал, как бы вырваться из этого объятья, оказавшегося неожиданно душным, как Джинни отстранилась сама, смутившись, но, как и с Драко, это настораживало почему-то даже больше. Особенно когда девушка нарочито беззаботно защебетала:
— Где ты пропадал все это время? Мне никто ничего не говорил!
— Так было нужно Джин, — осадил сестру Рон, переглянувшись с другом.
— Поспешим в зал, скоро начнется распределение первокурсников, — поторопила всех Гермиона.
Друзья в очередной раз готовы были придти к нему на выручку, и от этого становилось теплее. Пусть жизнь частенько поворачивалась к Гарри задницей, но у него есть настоящие друзья. Вот только справятся ли эти друзья с информацией о том, кем он на самом деле стал?
— И ты еще сомневаешься? — фыркнул вездесущий Морри. — Даже не думай! Полумна ведь отнеслась совершенно спокойно.
Луна… девушка все это время стояла чуть в стороне и улыбалась этой совей понимающей улыбкой. Раньше бы Гарри подумал, что она витает в облаках, а теперь догадывался — это означает, что она просто видит чуть больше остальных и не делает из этого трагедии. Неожиданно захотелось что-нибудь сделать для нее, поэтому Поттер протянул ей руку со словами:
