— И ты еще сомневаешься? — фыркнул вездесущий Морри. — Даже не думай! Полумна ведь отнеслась совершенно спокойно.
Луна… девушка все это время стояла чуть в стороне и улыбалась этой совей понимающей улыбкой. Раньше бы Гарри подумал, что она витает в облаках, а теперь догадывался — это означает, что она просто видит чуть больше остальных и не делает из этого трагедии. Неожиданно захотелось что-нибудь сделать для нее, поэтому Поттер протянул ей руку со словами:
— Пойдешь с нами?
— Конечно!
Так они и вошли в большой зал: Гарри между Роном и Полумной, а чуть сзади Гермиона и Джинни. И вроде никто не заметил, как надулась младшая Уизли.
Появление «мальчика-который-выжил» в зале вызвало всеобщий фурор, во всяком случае, за гриффиндорским столом. Каждый хотел убедиться, что это он, спросить, где он был. Гарри был очень рад видеть их всех, даже неугомонного Криви, и, кажется, что-то от сердца отлегло, когда он увидел Симуса, а потом и робко улыбающегося Невилла — всех тех, с кем делил спальню.
Но радость радостью, а от расспросов это Поттера не спасло. К счастью, подходящая легенда давно была заучена и разве что от зубов не отскакивала, да и Рон с Гермионой не подвели, поддакивая в нужных местах. Гарри было неприятно лгать сокурсникам, но он понимал, что другого выхода нет. Слишком многое поставлено на карту.
Если не считать многочисленных взглядов, которые Гарри постоянно ловил на себе, церемония распределения и последующий ужин прошли нормально. Ровно до того времени, пока Джинни не склонилась к самому его уху (пожалуй, можно было и не так близко) и не сказала, специально понизив голос:
— Ты что, успел чем-то насолить Снейпу?
— С чего ты взяла?
— Он временами так на тебя смотрит…
— Не порть ему настроение, сестренка, — вклинился Рон.
— Ладно, — охотно согласилась Джинни, но отодвигаться не спешила. — Гарри, а ты теперь будешь учиться вместе со мной? Ты же пропустил год…
— Нет, — покачал головой Поттер, сам отодвигаясь подальше. — Я буду учиться индивидуально. Это условие директора, чтобы я закончил Хогвартс в этом учебном году.
— Понятно, — разочаровано протянула девушка. — Ну, мы хоть будем встречаться в гриффиндорской гостиной!
На это Гарри лишь покачал головой. Вряд ли стоит просвещать Джинни на предмет того, что жить в гриффиндорской башне он теперь тоже не будет. Определенно, нужно будет поговорить с Роном и Гермионой, и чем быстрее, тем лучше.
Оказалось достаточно одного взгляда, чтобы с друзьями придти к взаимопониманию в этом вопросе. Пришлось постараться, чтобы незаметно отбиться от остальных, но прежняя слава гриффиндорского трио сыграла им на пользу, и менее чем через полчаса друзья встретились в своем старом убежище — туалете Плаксы Миртл.
Сама Плакса поприветствовала их на редкость спокойно и даже… почтительно, и поспешно удалилась.
— Чего это с ней? — удивился Рон.
— Боюсь, это из-за меня.
— То есть? Ты ее запугал что ли?
— Нет, не в этом дело, — вздохнул Гарри, посмотрев на своих друзей.
Поняв намек, Гермиона наложила на дверь заглушающее заклятье и велела:
— Рассказывай! А то после твоего письма летом вообще все непонятно стало!
И Гарри рассказал. Почти все. Умолчав только о Морри и о подробностях их со Снейпом «интимных отношений». Поттер и не понимал до сих пор, насколько его это мучило, и как сильно назрела потребность выговориться. Правда, излив душу, он с некоторой опаской посмотрел на друзей, пытаясь предугадать, как они отнесутся к этому.
Гермиона от чувств даже прижала ладонь ко рту, Рон сначала покраснел, как помидор, потом побледнел так, что даже половина веснушек исчезла, затем выдавил из себя:
— Тебе пришлось спать со Снейпом, а потом еще и доказывать это?
Гарри кивнул, от чего друг побледнел еще сильнее, пробормотав:
— Это ужасно!
— Честно говоря, могло быть и хуже, если бы Северус не постарался сгладить углы, — вынужден был признать Гарри. — Нам и так хреново, поэтому мы решили не усугублять.
— Все равно дичь!
— Даже не верится, что Дамблдор поставил тебе такое условие, — покачала головой Гермиона. — Наверное, у него не было выбора.
— Даже думать об этом не хочу, — отмахнулся Поттер.
— И из-за этого ультиматума ты сломал свою палочку, — девушка словно размышляла вслух. — Немудрено.
— Ну и попал же ты в переплет, дружище! — вздохнул Рон.
— Я в нем с рождения, — буркнул Гарри. — И, кажется, моя принудительная личная жизнь шокировала вас куда больше чем то, кем я стал.
— Потому что это ранит тебя куда больше, — Гермиона приобняла парня за плечи. — А то, что ты Некромант… Ну и что? Нет, в надвигающейся войне это только дополнительный плюс, но для тебя ведь никаких убытков, скорее наоборот, я права?
— В принципе, да.
— Я о Некромантах только в легендах слышал, — Рон привалился к другу с другой стороны. — А теперь вот знаю лично. У тебя нет желания захватить мир?
— С ума сошел? Я тебе Воландеморт что ли? Единственное, что я хочу, чтобы меня оставили в покое и дали жить той жизнью, которой я хочу, — возмущенно фыркнул Гарри.
— Узнаю старого друга! — рассмеялся Рон, своими длиннющими руками без труда одновременно обнимая его и Гермиону. — А все остальное неважно!
— Рон прав, — согласилась девушка. — Что бы ни случилось, ты наш друг.
— Спасибо! — выдохнул Гарри, боясь окончательно расчувствоваться. — Мне вас очень не хватало, ребята!
— Так надо было просто прислать сову! — упрекнул Рон.
Судя по всему, Грейнджер была с ним согласна, но удержалась от упреков, вместо этого сказав:
— Нам надо поработать над твоей легендой, Гарри. Чтобы никто из нас по незнанию не ляпнул что-нибудь не то. Скажи, я правильно поняла, что в гриффиндорскую башню ты не вернешься, а останешься жить в подземельях?
— Правильно. Так у меня меньше шансов себя выдать.
— Логично. Вот только как это объяснить остальным? Впрочем, все привыкли, что ты особенный, и им не обязательно знать, где ты живешь. Будем всем говорить, что твой особый курс обучения требует отдельного жилья.
— Ты умница, Гермиона.
— Ерунда, — отмахнулась девушка, похоже, продолжая обдумывать нюансы легенды.
— А Снейп знает, что ты, ну… Некромант? — спросил Рон.
— Нет, — спохватился Гарри. — Кроме вас никто не знает. И я надеюсь на ваше молчание.
— Что, даже Дамблдор не знает?
— После всего того, во что он меня втравил, я не слишком-то ему доверяю, — тихо заметил Поттер. — И если он или кто-то еще узнает, я бы хотел, чтобы от меня.
— Я понимаю тебя, — кивнула Грейнджер. — Ты вправе сам распоряжаться собой.
— Спасибо. Мне до сих пор ужасно не по себе от всего этого.
