Стихотворения «На перекрестке улиц Эола и Виссы» и «Рождение» печатаются по тексту публикации журнала «Иностранная литература», № 3 за 1965 г. Стихотворения «Речь рук» и «Дело поэтов» переведены впервые.
НА ПЕРЕКРЕСТКЕ УЛИЦ ЭОЛА И ВИССЫ
Человек на тротуаре словно меряет взглядомвремя, расстояние, яркость света.Куда идти? Туда? Сюда? Он, видно, не знает.Он подносит ко лбу холодную ладонь и вглядывается пристальнее.Солнце нашего века светит не очень ярко.(Было время, он шагал,он прыгал и танцевал. Было время, когда восходило солнце,и, поднимая голову, он видел его.Он помнит девушку в красном, парк,море, сад.) А войнаснова грозит прийти. И сжечь его память и его деревянную ногу.
РОЖДЕНИЕ
Что за буря, боже мой! Как ты промокла!Как спутались волосы твои, Мария!Что же ты встала в дверях? Проходи.Погрейся у моего огонька. Я сварю тебе чай.(Заработок у меня мизерный, а у наших друзейнет и этого. Таков уж наш круг.) Вот тебе шаль.В доме беспорядок. Ты оглядываешь его с любопытством.Входи же. Незадолго до твоего приходав этих яслях родилось стихотворение.Незадолго до тебя пришла и здесь родилапечаль мира.
РЕЧЬ РУК
Чуть ли не час говорили со мной твои руки,мне доводилось слышать песни рек и лесов,но эту песню я слышал впервые —ее исполнили руки твои. Кузнечикна сосне приумолк. А там, где пылал закат,вертикали лучей почудились мне следами, —их оставили крылья слетевших на землю богов. В сумерках,окутавших мир, только они и звучали,только они и слышались — руки твои.
Десять сверчков на десяти твоих пальцах,глядя в далекое небо, в экстазепели — и тут мне опять показалось,почудилось, будто следы от крыльевсложились в пять нотных линеек.
ДЕЛО ПОЭТОВ
Поэты живут вне страха.Подобные солнцу, что прямо лучи свои направляет,прямо они говорят. Нет ладони, способнойрот им закрыть, заковать вдохновение. Знают оницену династий и тронов; не свод королевских законовВысший закон они чтут.И правду запретную, как тюремный сигнал,повторяют… Поэт —это дух земли, он над нею встает,когда опускается мгла, и сверху сияет,как кусочек молнии, на большойвысоте, в ночи.
ОДИССЕАС ЭЛИТИС
Перевод Юнны Мориц
Одиссеас Элитис (наст. фамилия — Алепуделис). — Родился в 1912 г. на Крите. Свои первые стихотворения опубликовал в 1935 г., в 1940 г. выпустил сборник «Ориентации». Один из основателей «новой поэтической традиции» верлибра в Греции. Прозрачные и радостные стихи раннего Элитиса проникнуты чистотой восприятия, доверием и любовью к жизни, к природе. В 1940 г. Элитис принял участие в греко-итальянской войне. Картины страданий и смерти, разрушившие в сознании поэта светлый миф о безграничной радости, запечатлены им в поэме «Песнь героическая и скорбная о младшем лейтенанте, погибшем в Албании» (1945).
В поэме «Достойно есть» (1960) поэт приходит к философскому осмыслению радости как награды за борьбу со злом, за веру в конечную победу добра.
Стихи Элитиса на русский язык переведены впервые.
ГРАНАТОВОЕ СУМАСШЕДШЕЕ ДЕРЕВЦЕ
Не в этих ли белых дворах, где южный ветер пылитИ в каменных арках скулит — скажите, не здесь лигранатовое сумасшедшее деревце,Которое так на свету трепещет и рассыпает свой смех плодоносный…С капризами ветра и лепетом ветра, — скажите, не здесь лигранатовое сумасшедшее деревце,Которое искры зари рассыпает над свежей листвой,Разжигая вселенские краски с ликующей дрожью?
Не на равнинах ли этих, где просыпаются девочек голые стайкиИ золотистыми пальцами клевер срывают малиновый, —Не здесь ли оно, блуждающее в пространстве младенческихснов, — скажите, не здесь лигранатовое сумасшедшее деревце,Которое беззаботно бросает свой свет в их сырые корзины,Рассыпает журчанье их детских имен, — скажите, —Не здесь ли гранатовое сумасшедшее деревце,которое борется с пасмурной бездной мира?
В сердце дня, который от бешеной ревности распускает семь видов крыльев,Заграждая вечное солнце тысячью толстых призм,Ослепительных, жгучих призм, — скажите, не здесь лигранатовое сумасшедшее деревце,Ухватившее гриву, сто раз подстегнутую на диком лету,И не хнычущее, не унывающее, — скажите, не здесь лигранатовое сумасшедшее деревце,Которое криком гранатовым возвещает восход надежды?
Окажите, не здесь ли гранатовое сумасшедшее деревце,которое вдаль посылает приветы,Помахивая платочками листьев из свежего пламени,Мope, способное миру родить тысячу два корабля,Волны, способные совершить тысячу две попытки,Чтобы льнуть к берегам, неведомо пахнущим, — скажите, не здесь лигранатовое сумасшедшее деревце,Которое снасти трещать заставляет в прозрачном утреннем воздухе?
Высоко, с голубою гроздью, загорающейся для праздника,С гроздью, полной опасности, гордости, — скажите, не здесь лигранатовое сумасшедшее деревце,Которое светом своим в ненастье пронзает злого, черного духа,И шафранный воротник молодого дня простирает из края в край,Воротник, обильно расшитый песнями, — скажите, не здесь лигранатовое сумасшедшее деревце,Которое так торопливо расстегивает золотые шелка ароматного дня?
В нижней юбке первоапрелья и в цикадах зрелого августа, —Скажите мне, та, что злится, резвится и сводит с ума,Стряхивая с угрозы черные брызги гнева,И запуская за пазуху солнцу всех поющих, пьянящих птиц, —Скажите мне, та, что перья на вещей груди раздвигает,На вещей груди сновидений наших глубоких, — не она лигранатовое сумасшедшее деревце?
ЕЛЕНА
И было первой каплей дождевой убито наше золотое летонамокли все слова чье лоно прежде само рождало звездный блесквсе те слова намокли у которых была единственная цель — Твоя душа!Куда теперь мы будем руки простирать когда пренебрегаетнами времяна чем теперь мы остановим взор когда туманные изгибы дальнихлиний попали в катастрофу среди тучтеперь когдана всех пейзажах наших закрылись навсегдатвои ресницыи мы — как будто нас туман заполнил —живем в своем пронзительном сиротстве и в окружениитвоих портретов мертвых.Прильнув челом к туманному стеклу нет мы не умираемв новой скорбии нас не смерть убьет — ведь ты не тлен ты существуешьвечно и во всемведь существует вечно ветер свежий который сам в тебя вдыхаетжизнь тебя вблизи он одевает точно так жекак наша вечная надежда одевает тебя издалекаведь существует где-тозеленая равнина что простерлась — от смеха твоегодо солнца в небедо солнца — и ему твой смех вверяет тайну что мы с Тобоювстретимся опятьнет нет не смерть повисла перед намиа лишь малюсенькая капелька дождяосеннего дождя — всего и тольколишь чувство смутноесырой земли дыханье в наших душах которые уходят вечно вдальи если не в моей твоя рукаи если кровь моя течет не в жилах твоей мечты —свет в чистом небеи музыка незримая поет в нас О! печальнаясоюзница всего что держит нас еще в угрюмой жизни мирада! влажный ветер осень час разлукигорчайший способ опереться локтем о светлое воспоминаньекоторое всплывает в час когда стремится полночь нас от света отлучитьза тем окном квадратным и глядящим лишь в сторонуодной великой скорбиза тем окном — оно не видит ничегопоскольку стали музыкою пламя незримое в камине и ударбольших часов на каменной стенеи вот уже стихотвореньем стали одна строка сдругой и звук перекликающийся с каплейосеннего дождя и со слезами и со словамии со словами не такими как другие а с теми у которых есть однаединственная цель — Твоя душа!
МЫ ШЛИ…
