Тильда села на диван рядом с матерью:
– Думаю, это вполне возможно. Клеа украла его деньги и знает, что он хочет их вернуть. Кажется, это огромная сумма. Но разве за убийство агента ФБР не полагается ужасное наказание?
– О Боже! А я еще сдала ему комнату! – простонала Гвен, прикладываясь к стакану. – Трудно поверить, что всего неделю назад я с радостью приветствовала любые перемены!
– Знаешь, все это кажется просто невероятным. Впрочем, как и история с ФБР. А что говорит Дэви?
– Его целый день не было. Не знаю, куда… – начала было Гвен, но тут же вздрогнула и выпрямилась.
– Ты же не думаешь, что он уже…
– Нет. Его не так-то легко убить, – покачала головой Тильда. – Но как только он придет, мы обязательно поговорим.
Гвен приподняла пузырь со льдом.
– Скажи, что между вами происходит, если это не секрет, конечно.
– Абсолютно ничего. Мы помогаем друг другу вернуть утерянную собственность. Потом он отправится в Австралию, а я – в Кливленд, рисовать «Звездную ночь» в спальне.
– Прости, – покаянно прошептала Гвен, предлагая дочери пузырь со льдом. При этом коктейль она оставила себе.
– Не извиняйся. Все идет именно так, как я и предвидела. Мужчины вечно норовят все испортить.
– Верно, – согласилась Гвен, разглядывая зонтик. – И я это знаю. Просто никак не ожидала столкнуться с киллером-пончиком.
– Бывает, – посочувствовала Тильда. – Ничего, еще остается Мейсон. Правда, у него пока есть Клеа, но это долго не продлится. Слишком он милый. Скоро и его терпение лопнет.
– Мейсону нужна не я, а галерея, – возразила Гвен. – Так что мне лучше держаться кроссвордов. Правда, и они раздражают, но зато не ухаживают за тобой ради недвижимости и не пытаются прикончить постояльцев.
– Веский довод, – вздохнула Тильда и не стала задерживать мать, когда та круто повернулась и ушла в галерею.
К десяти вечера атмосфера накалилась настолько, что Тильда места себе не находила и вздохнула облегченно, только когда в комнату ввалился Дэви с двумя большими пластиковыми пакетами.
– Подушки, – пояснил он, освобождая пакеты. – Четыре лучшие подушки, какие только можно купить за деньги.
– Спасибо. Очень любезно с твоей стороны. Скажи, возможно ли, чтобы кто-то мог нанять кого-то с целью убить тебя.
– Ходят такие слухи, – хмыкнул Дэви, снимая рубашку. – Адски тяжелый день.
– Надин уже говорила с тобой?
– Надин?
– Она всадила «жучок» в телефон Форда Брауна и теперь утверждает, что Клеа Льюис наняла его убить тебя.
– Ковбоя? Ха, вполне вероятно, – кивнул Дэви, направляясь в ванную и включая душ.
Тильде до смерти захотелось швырнуть в него чем-нибудь. Она подняла подушку, но тут же решила, что не стоит зря портить дорогую вещь, и вместо этого спустилась вниз за наволочками. А когда вернулась, Дэви и Стив уже лежали в постели.
– Иди сюда, Вилма, – позвал Дэви, похлопав по простыне.
– У меня голова болит, – буркнула Тильда и, бросил ему две наволочки, принялась надевать оставшиеся на своп подушки.
– Знаешь, впервые слышу, как женщина говорит это не по телевизору, – удивился Дэви.
– Новый опыт всегда полезен, – отрезала Тильда и, надев наволочки, легла. – О, они действительно хороши!
– И я тоже. Может, объяснишь, что с тобой? Потому что я мог бы поклясться, что в воскресенье вечером ты действительно кончила.
Он положил одну подушку в наволочке к изголовью и принялся за вторую.
– Так оно и есть, спасибо тебе. А теперь спокойной ночи.
– Матильда! Будь добра объясниться!
Тильда нахмурилась:
– Я должна еще что-то объяснять? Я сообщила тебе, что парень, живущий двумя этажами ниже, задумал тебя прикончить, а ты и глазом не моргнул. Итак, спрашиваю тебя еще раз, где ты работаешь?
– Я убил президента Парагвая простой вилкой, – объявил Дэви.
– Очередная киноцитата? Здесь реальная жизнь.
– Трудно поверить, что Форд Браун задумал меня убить.
– И это потому что…
Дэви пожал плечами:
– Тогда чего же он ждет?
– Инструкций? – подумав, предположила Тильда.
– Вполне вероятно. И, поскольку сегодняшний день может оказаться моим последним, как насчет…
– Нет.
– Ты так и не объяснишь мне ничего?
Тильда попыталась окинуть его ледяным взглядом, но ей мешала простыня.
– Ну а если я просто не хочу?
– Хочешь. Вот я и спрашиваю: в чем дело? Ну же давай, выкладывай.
Тильда покачала головой:
– Я очень боюсь, что если в тот момент, когда Форд настроится тебя подстрелить, я окажусь под тобой, пуля пронзит и меня.
– Для этого он слишком профессионален, – заверил Дэви и улыбаясь наклонился к ней. – Послушай меня. Десять минут. Иду на побитие собственного рекорда.
– Я правда не в настроении.
– Пять.
– Дэви!
Дэви прижался спиной к стене, взбил подушки, и Тильда подумала, что его голый торс чертовски красив в лунном свете.
– О’кей, тогда скажи мне, в чем загвоздка, чтобы я больше не совершил той ужасной ошибки, которую сделал в прошлый раз.
– Ты сам знаешь, что никакой ошибки не было, – пробубнила Тильда, уходя под одеяло с головой, но Дэви безжалостно дернул за край, открывая лицо.
– Так я ничего не слышу. Давай все же поговорим.
Тильда закрыла глаза.
– Завтра мне на работу. Нужно выспаться.
– Так объясни побыстрее и покончим с этим. Где я промахнулся?
«Нужно что-то выдумать, чтобы он заткнулся».
– Ладно, я скажу. Но пообещай не злиться, не обижаться и не оскорбляться.
– Должно быть, что-то тебя здорово задело, – пробормотал Дэви без особого раскаяния.
– Послушай, иногда людям просто необходимо лгать друг другу, – начала Тильда, чувствуя себя последней стервой, – иначе они просто поубивали бы друг друга. – Дэви проворно выхватил из-под ее головы подушки. – Ты что?!
Он прислонил подушки к изголовью и жестом пригласил ее облокотиться.
– Давай. Мое эго способно выдержать почти все.
– Вот тебе правда. – Тильда села повыше и откинулась па подушки. – Помни, ты сам напросился. Я старалась не ранить твои чувства. В конце концов, мне совестно высказывать это вслух.
– Не тяни. Я жду.
– Видишь ли, все это неправильно. Ты. Секс. Вся история. Это стыдно. И опасно. – Она повернулась к Дэви, глядевшему на нее как на помешанную. – Я не слишком хорошо тебя знаю, так ведь? Мы встретились пять дней назад. Я понятия не имела о твоем существовании, ты буквально свалился мне на голову.
– Свалился, – кивнул Дэви, явно не понимая, в чем суть проблемы. – По-моему, ты чересчур много думаешь.
– Зато разбираюсь в своих чувствах, – отпарировала Тильда, глядя прямо перед собой.
