состояла в том, что сердце вопило о совершенно другом плане. Нужно было подумать о последствиях, но мысли о них в голову даже не приходили.
Черт, эта семья меня погубит!
Джоуи всю дорогу сидел напряженно и молчал, и было ясно как день, что возвращение домой – последнее, чего ему хочется.
Но он все равно возвращался.
Ради нее.
А Шаннон полностью сосредоточилась на наших сплетенных руках. Она положила мою ладонь себе на колено и сжимала ее так же крепко, как я сжимал ее.
Свободной рукой она водила тонкими пальчиками по шраму на тыльной стороне моей кисти – я заработал его в матче несколько лет назад. Она снова и снова трогала шрам, водя по нему вверх-вниз, пока мне не захотелось даже остановить ее руку, потому что тревога Шаннон была физически ощутимой и захватывала меня. Ее волосы упали вперед, маленькое личико спряталось за темными прядями, когда она наклонилась и стала рассматривать этот шрам.
Я несколько раз ловил ее руку, но как только я ее отпускал, Шаннон снова принималась за свое. В конце концов я просто сдался и позволил ей делать со мной все, что ей вздумается.
Когда мама остановила «ренджровер» перед их домом, ни Джоуи, ни Шаннон не шелохнулись.
Заглушив мотор, мама тяжело вздохнула и отстегнула свой ремень безопасности.
– Ладно, ребята, – начала она, стараясь говорить весело, из-за чего голос прозвучал напряженно. – Идемте.
Мне хотелось заорать на нее, умолять что-то сделать – что-то такое, что, как я прекрасно знал, она не имеет права делать, – но во мне бушевал панический страх при мысли, что я больше не увижу Шаннон, не узнаю даже, все ли у нее в порядке или нет; это доводило до безумия.
– Спасибо, что подвезли, миссис Кавана, – сказала наконец Шаннон. Чуть заметно кивнув самой себе, она отпустила мою руку, осторожно улыбнулась и взялась за ремень безопасности. – И за сконы.
– Да, – негромко добавил Джоуи, открывая дверцу. – Спасибо вам обоим.
– Мы всегда рады вас видеть, – тихо откликнулась мама. – Пойдемте, я провожу вас до двери. Мне нужно обменяться словечком с вашей матерью.
– Погоди! – Я задохнулся, когда Джоуи и мама вышли наружу. Поймав руку Шаннон, я втащил ее обратно в джип. – Не уходи.
Глаза Шаннон были огромными и растерянными, и она сказала:
– Но я должна.
– Не уходи. – Я понимал, что прошу невозможного, но все равно просил об этом. Я тряхнул головой и застонал: – Мне это не нравится.
– Все в порядке, Джонни, – возразила она с легким вздохом. – Я в порядке.
Нет, нет, нет!
– Просто… – Я откинулся на спинку и попытался придумать что-нибудь, что угодно, лишь бы остановить это, но ничего не придумал. – Ты уверена, что он не вернется? – спросил я наконец, не отпуская ее руку. – Ты уверена, что тебе ничто не грозит? – Я повернулся к ней всем телом. – Я этого не выдержу. – Мой голос сорвался. – Неизвестности.
– Я… – Она закрыла рот и посмотрела на мою руку, прежде чем снова взглянуть в глаза. – Ничего не случится.
Она не была уверена.
Она ни хрена не была уверена, и я тоже.
Провалитесь все в ад…
– Вот. – Сунув руку в карман, я достал свой телефон и отдал ей. – Возьми с собой.
– Ч-что ты делаешь? – моргнув, прошептала Шаннон. – Зачем ты даешь мне свой телефон?
– Чтобы ты могла мне позвонить.
– Но это же твой телефон, Джонни! – нахмурилась она. – Как же я…
– Я тебе позвоню, ладно? – Сердце выпрыгивало у меня из груди. – Найду другой и позвоню тебе.
Она принялась качать головой.
– Нет, нет, нет, ты не должен этого делать для меня…
– Мне нужно, чтобы ты сделала это для меня, – перебил ее я. – Мне нужно, чтобы ты взяла мой телефон, Шаннон. – Я умолял ее взглядом, я просил просто сделать это. – Пожалуйста…
– Ладно, но потом я его тебе верну, – неуверенно ответила она. – Потому что я не могу оставить его себе.
– Хорошо, отлично, – согласился я, слегка ослабевая от облегчения при виде того, как она кладет телефон в карман просторных джинсов. – Все, что захочешь. Просто пока возьми его.
– Да как вы посмели! – В воздухе разнесся пронзительный женский голос, заставивший Шаннон вздрогнуть. – Где моя дочь?
– Ох, боже! – Полными страха глазами Шаннон посмотрела на меня. – Джонни, прости… – пробормотала она, прежде чем выскочить из джипа.
Повернувшись так, чтобы выглянуть в окно, я чуть не застонал, увидев, что мать Шаннон тыкает пальцем в лицо моей маме.
Миссис Линч кричала и визжала во всю силу легких. Они были посреди палисадника, а между ними стоял Даррен, подняв руки. Джоуи прислонился к стенке, разделяющей их садик с соседским, и не двигался.
– Вам лучше успокоиться, – рявкнула мама, хотя непохоже было, что она сама была спокойна. – На вас дети смотрят!
Только тогда я заметил три маленькие версии Джоуи, стоящие на крыльце под козырьком, бесстрастно наблюдающие.
– А вам лучше присматривать за своим сыном! – возразила миссис Линч, дрожа с головы до ног. – У него явно проблемы, он не понимает слова «нет»!
– Что вы сказали? – зашипела мама, делая шаг к матери Шаннон.
– Черт, – пробормотал я, открывая дверцу и выволакивая себя из джипа.
– Что ты делаешь? – Шаннон уже бежала по дорожке впереди меня. – Мама! – закричала она, обогнув стенку и спеша в свой палисадник, держась за бок. – Мама, прекрати!
– Шаннон! – всхлипнула миссис Линч, делая попытку обнять дочь.
– Не надо! – шикнула на нее та, уворачиваясь от материнских рук. – Не трогай меня!
Ее мать передернулась.
– Как ты можешь поступать так со мной? – прорыдала она. – Как ты могла не вернуться домой, Шаннон? – Она громко икнула. – Как ты могла даже не позвонить мне, не сказать, где ты находишься?
– А с чего бы мне хотеть сюда возвращаться? – закричала Шаннон, зло глядя на свою мать. – Посмотри на все это! – Она помахала рукой перед ее лицом. – Посмотри, что ты прямо сейчас делаешь!
– Я о тебе беспокоилась! – заорала миссис Линч. – Я была в ужасе!
– Со мной ничего не случилось, – возразила Шаннон. – Я была в полном порядке, даже лучше, мам! Я была в безопасности!
– Шаннон, милая, успокойся, – мягко попросила моя мама, поглаживая Шаннон по руке. – Не позволяй давить на себя, детка.
– Да что вы о себе думаете? Держать двоих моих детей в своем доме без моего согласия! – Миссис Линч буквально визжала, наливаясь кровью. – И не смейте трогать мою дочь! – добавила она, дергая Шаннон за руку.
Ох, нет.
Ох, нет, ради всего святого.
Мама, не надо…
Держись курса…
– Может, вам следовало сказать это своему
