С этими мыслями он поднялся из-за стола и, как подобает заботливому хозяину, стал совершать обход своих гостей.
Несколько минут спустя гости предложили прервать трапезу, чтобы покурить в гостиной, поиграть в карты и немного потанцевать. Последнее вызвало особый восторг у дам, и Мейсон пригласил всех пройти в танцевальный зал, где дожидались музыканты. Женщины весело защебетали и выпорхнули из-за стола. Касси машинально взглянула на Джеральда, ожидая, когда он подаст ей руку, и тут же досадливо поджала губы, встретив его торжествующий взгляд.
— Ну, не сердись на меня, — примирительно сказал он, беря ее за руку. — Кто же виноват, что ты так привыкла к моим ухаживаниям и моему вниманию, что это кажется тебе неизбежным злом.
— Почему именно злом? Если это и кажется мне неизбежным, то вовсе не злом, — задумчиво проговорила Касси, следуя за своим кавалером в голубой зал.
— Вот как? Я очень рад и был бы совсем доволен, если бы еще и мои ухаживания не казались тебе неприятными.
— А разве я говорила, что они мне неприятны?
— Так нет? — с надеждой спросил Джеральд.
— Возможно, — ответила Касси, довольно улыбаясь и не глядя на него.
С загадочным видом и, к неудовольствию озадаченного Джеральда, она весело направилась к другим дамам, чтобы обсудить программу танцев. На это приятное занятие, составляющее одно из преимуществ маленьких приемов, у них ушло ровно пять минут, после чего музыканты получили соответствующие указания и несколько пар встали по кругу на блестящем паркетном полу, чтобы пуститься в веселый экосез. Это явно противоречило этикету больших балов, требующему начинать с медленных танцев. Мисс Гамильтон, единодушно признанная хозяйкой бала, начинала все танцы подряд. А они почти все были быстрыми и веселыми и, хотя не позволяли танцующим вести замысловатые разговоры, зато давали возможность от души повеселиться и посмеяться.
Около десяти часов гости снова уселись за стол. Были зажжены люстры и свечи, и яркие блики заиграли в хрустале бокалов и поблескивающей глади зеркал. Из глубины дома зазвучала нежная мелодия, создавая атмосферу трепетного предчувствия чего-то светлого и прекрасного и вызывая томительную, проникновенную грусть. Из-за духоты распахнули все окна, и в комнату ворвалось дуновение свежего ветерка, а вместе с ним дурманящий аромат цветущих в саду растений и трав.
У Кассандры вдруг стало тревожно на душе. К сердцу откуда-то подкралась щемящая тоска, а вслед за ней нахлынули сомнения. Она уже не чувствовала в себе достаточной твердости, чтобы исполнить заранее обдуманное намерение. Это намерение возникло у нее три дня назад, когда она вернулась с бала, после долгих размышлений, и все три дня девушка была уверена, что исполнит его. Но теперь…
Бокалы в очередной раз оказались наполненными, и на несколько секунд за столом воцарилась тишина. Гарри Шелтон, преуспевший к этому часу в употреблении горячительных напитков и пребывавший в самом веселом расположении духа, встал, чтобы произнести тост.
— Друзья мои, — громко начал он, — давайте поднимем бокалы за то, чтобы радушный хозяин этого дома, наш дорогой друг и боевой товарищ подполковник Джеральд Мейсон, обрел, наконец, семейное счастье рядом с любимой женщиной!
Все дружно подхватили пожелание Шелтона, раздались восторженные возгласы и звон бокалов. Многие при этом посмотрели на Кассандру, и та едва не провалилась сквозь землю от такого неприкрытого внимания.
Когда шум утих, и все гости снова занялись собой, Джеральд наклонился к девушке и вполголоса, с заметным волнением проговорил:
— Прости, Касси, что я допустил эту нелепую выходку, я не мог ожидать, что Гарри выдаст такое.
Ее ответ, так не вязавшийся с трепещущим, испуганным взглядом, поразил его.
— Тебе не за что извиняться, Джеральд, — сказала она. — Если он это произнес, значит, я сама дала повод к подобным разговорам. И я докажу тебе, что я не такая легкомысленная и жестокая кокетка, какой ты привык меня считать.
— Успокойся, милая, я не требую, чтобы ты мне что-то доказывала.
Он незаметно пожал ей руку под столом и успокаивающе погладил ладонь.
— Но мне самой это нужно, понимаешь, Джерри? Может быть, еще больше, чем тебе. Мне нужно… Ах, я не могу всего объяснить сейчас, — Кассандра взволнованно покачала головой. — Но потом… Могу я просить тебя поговорить со мной после ужина?
— Конечно, дорогая, умоляю тебя — успокойся. Мы непременно поговорим, когда ты захочешь.
Он улыбнулся и еще раз пожал ее руку. Девушка кивнула и вскоре стала так же весела, как и прежде, снова начала оживленно болтать с полковником Брауном и Лорой. А Джеральд между тем ломал голову над ее загадочными словами и взглядами и чувствовал, что с каждой минутой понимает все меньше.
В двенадцатом часу гости начали разъезжаться. Кассандра с Лорой перешли в гостиную и, усевшись на мягком диванчике, некоторое время болтали о разных пустяках. Но вскоре миссис Шелтон пришлось оставить подругу, чтобы увести наверх не в меру разгулявшегося мужа. Кассандра осталась одна.
Не в силах усидеть на месте от охватившего ее волнения, она встала и подошла к открытому окну. Страх и сомнения снова охватили ее, когда она вспомнила о том, что задумала сделать этой ночью. На несколько секунд она почувствовала такую слабость, что была вынуждена опереться рукой о подоконник, чтобы не упасть.
«Но я должна это сделать, должна, — упрямо твердила себе она, — иначе я так никогда и не смогу до конца понять своих чувств к этому человеку. Этот противный, дурацкий страх всегда будет стоять между нами непреодолимым барьером. Да, страх близости с мужчиной, который я не смогу преодолеть, не переступив через него. Нужно набраться мужества и поступить, как подобает настоящей женщине. Я обязана пойти на это еще и по другой причине, может быть, более важной, — я должна вознаградить Джеральда за все, что он сделал для меня, за все, что перенес из-за меня, и я сделаю это».
Послышались торопливые шаги, и Мейсон вошел в комнату. Касси собрала в кулак все свое мужество и решительно приблизилась к нему.
— Все ушли, дорогая, — ласково улыбаясь ей, сказал Джеральд. — Я в полном твоем распоряжении.
Он указал рукой на кресло, но Касси покачала головой.
— Нет, нет, я не хочу садиться. То, что я собираюсь сказать тебе, очень важно.
— Для того чтобы разговаривать сидя? Ну что ж, Касси, я внимательно слушаю тебя.
Кассандра немного помедлила, собираясь с силами. Каким внушительным он кажется сейчас, когда стоит перед ней. Его глаза светятся такой бесконечной теплотой и любовью, но все равно что-то пугающее есть в его облике. Или дело вовсе не в нем?
