Благотворительный обед, на который получили приглашение Стивенсоны и их племянница, преследовал двойную цель: развлечь доблестных воинов освободительной армии и местное светское общество и собрать средства, в которых эта армия так сильно нуждалась. Каждый приглашенный, за исключением военных, должен был у входа в огромный банкетный зал приобрести билет, стоивший приличную сумму. Все деньги от продажи билетов и должны были пойти на нужды армии. Само собой, все это оговаривалось в приглашении, и можно было от него отказаться. Но все-таки зал оказался набит битком, и мало кто из приглашенных не явился — даже те, кто сам испытывал недостаток в средствах, от души хотели помочь своим защитникам и освободителям. Это было вполне объяснимо, так как в Балтиморе в то время находились почти исключительно одни патриоты и сторонники независимости.
Кроме денег, вырученных за обед, устроители праздника еще надеялись собрать деньги за концерт, который должен был состояться после пиршества в саду, примыкающем к ратуше. Несколько известных в колониях певцов, в том числе итальянских и французских, приехали в Балтимор, чтобы бесплатно выступить в пользу армии, как они это уже делали раньше в других городах. И многие из приглашенных, как сама Кассандра с тетушкой и дядюшкой, выкупили сразу же по приезде в ратушу оба билета, чтобы уже потом об этом не думать и развлекаться весь вечер в свое удовольствие.
Войдя в парадный зал, Касси тотчас привлекла к себе всеобщее внимание. Миссис Гортензия с мистером Томасом направились к своим знакомым, а Кассандру окружили приятельницы, которые принялись разглядывать наряд девушки, осыпая ее при этом комплиментами, за которыми, впрочем, читалась легкая зависть. Поглядев по сторонам, Касси заметила Лору Шелтон, в белом платье с розовыми лентами, одиноко сидевшую на диванчике, и, приветливо улыбнувшись подруге, подошла к ней, оставив дам злословить на свой счет.
— Вот и ты, наконец, пришла, дорогая, — с теплотой проговорила Лора, протягивая девушке руку. — Я уже было совсем заскучала здесь, ведь я почти ни с кем не знакома, а наши мужчины уже с полчаса заседают в курительной. — При словах «наши мужчины» Касси почувствовала, что краснеет. «Интересно, — подумала она, — знает ли Лора о том, что я провела ночь с Мейсоном? Скорее всего, нет». И без долгих размышлений она с каким-то задорным озорством поведала подруге обо всем.
С минуту миссис Шелтон, пораженная услышанным, молчала, широко раскрыв глаза. Но вскоре ее удивление сменилось восхищением и даже радостью.
— О Касси, я так рада тому, что ты рассказала. Так рада за Джеральда! — восторженно произнесла она. — Ведь он… он так страдал все это долгое время, так сильно и почти безнадежно любил тебя, столько времени ждал этого момента! Но теперь в ваших отношениях, наконец, все прояснилось. Наверное, вы хорошенько все обсудили и договорились о дальнейшем?
— Но мы ни о чем не договаривались! — с досадой возразила Касси, чувствуя, как ее охватывает смущение. — И у нас совсем не было времени, чтобы обсуждать наши отношения или что-то еще.
— Как?! Разве вы… Разве ты не сказала ему, что любишь его?
— Нет! Я не сказала ему этого, потому что не знаю и сама, люблю его или не люблю. И потом, с чего ты взяла? Разве я говорила тебе когда-нибудь, что люблю Джеральда Мейсона? Если мне не изменяет память, то ничего подобного! — раздраженно выпалила Касси, чувствуя, что начинает нервничать.
Лора погладила ее по руке.
— Ради Бога, извини меня, дорогая, я вовсе не хотела тебя обидеть или испортить тебе настроение. Просто я спросила то, о чем подумала, и о чем подумал бы всякий на моем месте.
— Ах, это ты не обижайся на меня, милая Лора, — сказала Касси, успокаиваясь и приходя в себя после бурного всплеска эмоций. — То, что ты предположила, вполне естественно. Это я такая глупая, что до сих пор не могу разобраться в своих чувствах.
— Ну, тогда не переживай, а представь событиям идти своим чередом. Живи сегодняшним днем и не забивай голову неразрешимыми проблемами. Рано или поздно все само собой прояснится, — после некоторого раздумья заключила Лора, и подруги заговорили на разные обыденные темы.
К ним поминутно, подходили офицеры из полка Мейсона и Шелтона, друзья мистера Томаса и просто знакомые. Все они не забывали сказать дамам пару любезных комплиментов, весело пошутить или рассказать несколько забавных историй. От Касси не укрылось, что она вызывает искреннее восхищение мужской половины зала, и мало-помалу веселое, беззаботное и игриво-приподнятое настроение вернулось к ней.
Распахнулись двери обеденного зала. Лора, обведя глазами, помещение и не увидев своего мужа, недовольно нахмурилась.
— Что ж, — с угрозой в голосе проговорила Касси, решительно поднимаясь с места, — как видишь, милая подруга, наши мужчины совершенно о нас забыли. Нам остается только найти красивых и остроумных кавалеров на весь оставшийся вечер и отомстить этим невежам, променявшим наше общество на карты и табачные трубки!
В тот же миг за ее спиной раздался взрыв оглушительного хохота. Кассандра в негодовании обернулась и чуть не угодила в объятия Мейсона. Можно было не сомневаться, что он слышал все. Гарри Шелтон стоял рядом и уже обнимал свою супругу, извиняясь за опоздание.
— Давно вы взяли отвратительную привычку подкрадываться и подслушивать чужие разговоры? — возмущенно спросила Касси, с досадой отходя в сторону от Джеральда. Он последовал за ней.
— У меня вовсе нет этой привычки, — тихо оправдывался он, пытаясь взять девушку за руку. — Просто я сегодня очень счастлив, и поэтому мне хочется делать всякие глупости.
Кассандра остановилась и внимательно посмотрела на него.
— Ты действительно счастлив, Джерри?
— Да, любовь моя.
Она ласково улыбнулась ему. Забыв обо всем на свете, он обхватил ее за плечи и порывисто поцеловал, а потом еще раз и еще. Опомнившись, Касси испуганно посмотрела по сторонам, но в зале, кроме них четверых, уже никого не осталось. Тогда она сама осторожно обняла Джеральда, и они снова поцеловались, а потом взглянули друг на друга и одновременно весело рассмеялись. Мейсон предложил девушке руку и повел в соседний зал.
В этот раз они сели рядом, за дальним концом стола, чтобы не привлекать к себе всеобщего внимания. Джеральд старательно ухаживал за Касси, а она ничего не видела перед собой от охватившего ее счастливого, восторженного состояния. На душе у нее было так хорошо, что хотелось петь и смеяться. Временами она украдкой бросала взгляды на Мейсона, и ее словно окатывало волной счастья. Подумать только, никто в этом зале, кроме Лоры Шелтон, даже не догадывается, что всего несколько часов назад они с Джеральдом лежали в одной постели и вытворяли такое, что даже не найдешь слов.
