— Джеральд, — наконец твердо произнесла она, — я хочу поблагодарить тебя за все, что ты для меня сделал, за то, что ты спас меня от негодяя Арнольда Шелтона, за то, что всегда был добр ко мне и выручал в тяжелые минуты. Я хочу принадлежать тебе, Джеральд, сама, по своей воле. Я предлагаю тебе провести сегодняшнюю ночь вместе со мной.
Сказав все, что хотела, Касси опустила глаза и застыла, сцепив руки на груди. Некоторое время Джеральд оторопело смотрел на нее, приходя в себя от услышанного. На мгновение у него мелькнула мысль отказаться от предложения, которое она делала ему, по ее словам, только из одной благодарности. Но он тут же понял, что это выше его сил. Отказаться от нее, когда она тут, рядом с ним, и сама предлагает ему провести с ней ночь? О нет, на такое он не способен, слишком долго он желал эту упрямую женщину, чтобы теперь отказаться от возможности держать ее в объятиях, пусть даже она будет с ним всего лишь из благодарности. Хотя сердце подсказывало ему: здесь присутствует и что-то другое.
— Ты хорошо подумала, Касси? — голос его охрип от волнения.
— Да. Это не внезапно возникший порыв. Я решила уже несколько дней назад.
— Вот даже как?
— Да. Если ты согласен, я отошлю карету домой.
Он легонько приподнял ее лицо за подбородок и внимательно заглянул в глаза.
— И ты не боишься, милая?
Вся долгая внутренняя борьба вмиг отразилась на лице девушки.
— Если честно, очень боюсь. Но я не изменю своего решения. И потом: ты ведь говорил, что во второй раз не будет так больно.
Лицо ее дрогнуло, и голос сорвался на последних словах. Она вырвалась из рук Джеральда и отвернулась к окну.
«Какой же я идиот», — сказал он себе.
— Конечно, милая моя девочка, во второй раз все будет по-другому, — взволнованно проговорил он, обнимая ее за плечи.
Она вдруг резко повернулась и спрятала лицо у него на груди.
— Ты поможешь мне, Джерри? Поможешь преодолеть этот страх? — порывисто прошептала она.
— Конечно, милая. Доверься мне, клянусь: сегодня все будет хорошо.
Он нежно погладил ее по голове и вздрагивающим плечам.
— Ну? Отошлешь свою карету?
Она кивнула и быстро выскользнула из комнаты.
«Через несколько минут она будет принадлежать мне», — подумал Джеральд, чувствуя, как сердце бешено колотится у него в груди. Нет, просто невозможно поверить в такое счастье!
Вскоре вернулась Касси, уже совсем успокоившаяся, с радостно сияющим и смущенным лицом. Джеральд подошел к ней и положил руку на плечо.
— Позволишь мне отнести тебя в спальню?
— Перенести через порог как жену?
Она рассмеялась и кивнула головой. Он подхватил ее на руки и легко, словно она была невесомой пушинкой, взлетел по лестнице на второй этаж, плечом распахнул дверь своей спальни. Там он поставил ее на пол, давая возможность осмотреться и прийти в себя.
— Ты устроился здесь по-королевски! — произнесла она, пытаясь за улыбкой скрыть смущение.
Но в спальне Мейсона, отделанной в стиле рококо, действительно было на что посмотреть. Касси внимательно оглядела потолок, расписанный гризайлью, бережно потрогала шелковые белые обои, затканные нежно-розовыми и кремовыми цветами с легким добавлением зелени, погладила серо-голубые, с тонким золотым шитьем занавеси просторной кровати с четырьмя точеными колонками розового дерева по углам.
— Тебе нравится здесь, любовь моя? — осторожно спросил Джеральд.
— Да, просто восхитительно! Такой красоты я еще никогда не видела. Но где я могу…
— Раздеться? Рядом со спальней есть просторная туалетная. Ты можешь пойти туда, а хочешь — я выйду, а ты останешься здесь.
— Лучше я останусь, ведь в этой комнате тоже есть зеркало. А ты выйди и, пожалуйста, Джеральд, постарайся не возвращаться слишком быстро!
Он приложил неимоверные усилия, чтобы не рассмеяться. С какой милой значительностью она все это говорит!
— Хорошо, хорошо, любовь моя, я непременно там задержусь подольше.
Минут пятнадцать спустя, уже полностью раздевшись, Джеральд, осторожно приоткрыл дверь в спальню. Касси, как он и предполагал, сидела в кровати, закутавшись по грудь в бледно-розовую тонкую простыню. Три розовых свечи горели в серебряном подсвечнике на камине, отражаясь в зеркале и отбрасывая на предметы в комнате загадочный тепловатый отблеск. В этом приглушенном свете гладкая кожа Кассандры приобрела нежный кремовый оттенок, а распущенные пышные локоны заманчиво поблескивали, вызывая неудержимое желание прикоснуться к ним, погладить их рукой.
С минуту Джеральд молча стоял и любовался девушкой, не приближаясь к ней. Но вот она медленно подняла глаза, которые опустила, как только он вошел, и вопросительно взглянула на него.
— Почему ты не подходишь ко мне? — тихо спросила Касси, и Джеральд, вздрогнув, как от внезапного испуга, медленно направился к кровати.
— Ты прекрасна, любовь моя, — охрипшим голосом проговорил он, — я не могу отвести от тебя взгляд.
— А я, Джерри… — с волнением отозвалась девушка. — Знал бы ты, как часто я любуюсь тобой, когда ты на меня не смотришь, и скучаю, когда не вижу тебя. А теперь просто боюсь на тебя смотреть.
— И не надо, милая, — нежно проговорил Джеральд, приближаясь к ней. — Не заставляй себя что-то делать. Просто пойди навстречу своим чувствам и доверься мне.
Она протянула ему руку, и он осыпал ее благодарными поцелуями. Потом Кассандра решительно отбросила простыню в сторону и осталась перед ним совсем обнаженной. Опустившись на кровать, Джеральд бережно обнял девушку за плечи и, наклонившись, нежно, сдерживая порыв страсти, стал целовать ее волосы, лицо и губы, осторожно лаская их рукой. Когда ее напряжение ослабело, она начала постепенно отвечать на его поцелуи и ласки, сначала сдержанно и робко, а затем все более смело, пылко и страстно.
Он решился уложить ее, и девушка не стала сопротивляться, а вместо этого крепко обняла его и прижала к себе. Волна жгучего желания захлестнула Джеральда, когда он почувствовал послушное тело Кассандры под своим телом. Но он понимал, что от этой ночи зависит вся дальнейшая судьба их отношений, а значит, сегодня он должен сдерживать свою страсть, как никогда. Он на мгновение отстранился от любимой, полный решимости быть терпеливым и нежным, даже если придется страдать от неутоленной страсти хоть до самого утра.
— Ты будешь желать меня, прекрасная и упрямая Кассандра Гамильтон, так же сильно и неудержимо, как я давно желаю тебя. И ты будешь любить меня, — прошептал он ей на ухо и почувствовал, как затрепетало нежное тело девушки в его объятиях, а тонкие пальчики сильнее впились в его спину.
