Читаем без скачивания Варвара начинает и побеждает (СИ) - Кальк Салма

Ну-ну, хотели, как лучше, вышло, как всегда. Идиоты.

Но это мои идиоты, других нет. И этих моих идиотов стало на четверых меньше.

- Если ещё кто-нибудь высунется наружу без приказа – обратно не впускать! Пусть там и остаётся. Выживет – поговорим, - припечатала я.

15. Кровью и священным танцем

Спать я в ту ночь собралась едва ли не во внутреннем дворе. Потому что подумала – случись что, до верха башни добежать не успеют. Тут столько узких лестниц, переходов и всяких прочих подобных конструкций, что ой. А может понадобиться, чтоб я быстро что-то решила.

Но я всё равно поднялась наверх – привести себя в порядок. Девицы-камеристки сидели там и тряслись от страха. Долго переглядывались, прежде чем Агния решилась заговорить.

- Госпожа…. Госпожа, они вправду сказали, что если их впустить, то никого не тронут?

- А ты и поверила, да? Один из тех, что стоял под нашей дверью, уже известен своими гадкими делами, второй тоже никак не тянет на приличного человека. Я бы вот поостереглась. Ладно, уже как есть. Мне бы рубаху чистую, да чулки. Платье Джемму попрошу утром почистить, символ должен быть чистым, даже если с заплаткой.

Про символ и заплатку они не поняли, уставились на меня, все трое… и тут же бросились к сундукам.

Я помылась, переоделась в свежее, далее велела девам брать мою перину с подушкой и тащить вниз, на какую-нибудь лавку. А оставшись в пустой комнате, позвала.

- Барбара, ты здесь?

Она появилась сразу же. Ждала?

- Ты чего прячешься? Тут твой дом пришли выносить, а ты?

- Страшно же! – вылепила она мне в лицо.

О как. Бить слуг не страшно, воевать страшно. С другой стороны, у неё нормального военного опыта и не было. Это я успела сходить в поход на Аль-Сиру и потом ещё повоевать на столичных улицах и во дворце, а Барбара – нет.

- Так всем страшно, не поверишь. У меня тоже нет опыта настоящей осады замка, только понарошку, по правилам и в конце все живы. А тут правил нет, а долбанутые герои есть, и у нас уже потери. Как раз среди тех самых героев.

- Мало ли, кто у них там! И что они меня заставят сделать!

- Да вряд ли кто-то, кроме некромантов, заставит тебя что-то делать. А с Тиграми эти наши пока вроде не снюхались. Ты можешь добраться до врагов? Испугать? Я не прошу стоять насмерть и страшить насмерть, просто хотя бы узнать, что у них там и как.

- Я не знаю. Мне не удавалось отойти от стен.

- Попробуй. Вообще там убийца графа, и я убью его, но если ты приведёшь его под моё смертное заклинание – то это будет быстрее и проще.

- Ты ведь говорила с ним, почему не убила?

- Пока не удалось. Но я собираюсь убить их обоих – и Аль-Масуда, и бывшего брата Грифа. Ты поняла, что именно этот брат увёз тебя из дому? Правда, убил не он, и предал не он, но те уже мертвы.

- Проклятый предатель!

- Неприятный человек, да. И неприличный. В общем, так. Я пошла вниз, спать пока буду там. Потому как – мало ли, что. А ты подумай хорошенько – ясно? И утром скажи мне, что надумала, и что ты можешь. Ты, понимаешь ли, в отличие от меня вездесуща. Можешь увидеть и услышать, а потом рассказать мне. И я пойму, что мне делать дальше.

- Ясно, - пробурчала она и растворилась во тьме.

Правда, перед тем, как попытаться уснуть, я вышла во внутренний двор, и не велела никому за мной ходить. Нужно было просто посидеть в тишине, хотя бы недолго. Я так и сделала – села на бортик бассейна, поболтала руками в воде, прикрыла глаза…

О нет, мне не нужно идти снова во двор проверять караулы. И спускаться в подвал к змеям - я потрогала браслет на запястье. И думать о том, что будет, если вдруг, мне тоже не нужно. Мне нужно спать. И вообще… мы справимся. Наверное. Как-нибудь. У меня столько разных сторонников, один краше другого, что мы таким зоопарком просто не имеем права не справиться.

Но дьявол забери Аль-Масуда, как не вовремя он заявился! Их больше, они, наверное, опытнее, и вообще. А у меня кучка местных, кучка – прореженная – крестоносцев, кучка молодёжи, которую привёл мальчик Арнульфо Польо, и опытные-то только мои братья во Ордене! А их на всё не хватит.

Мне вспомнился момент последнего выхода из дома, из родного дома, там, далеко, где меня уже нет. Когда я точно так же, как сейчас на бортике бассейна, сидела на обувной полке в своей прихожей, и ощущение было – всё рухнуло. Слёзы потекли обычным образом, нос захлюпал.

Только, мать вашу змеиную, дома за мной не было людей, которые клялись биться на моей стороне и защищать. Дома я почти всю мою жизнь отвечала только за себя, а за других – лишь частично, когда чему-то их учила. Здесь же… Все, абсолютно все, начиная от братьев Ордена и заканчивая призрачной Барбарой, могут что-то сделать сами, но всё равно поглядывают на меня, а то и напрямую спрашивают – что делать. И даже если я ни на волосок не понимаю в вопросе, я всё равно должна дать ответ. Не могу, не могу-у-у, дайте уже передышку! Дайте выдохнуть, дайте поспать, дайте потупить в монитор… стоп, монитора нет, и больше не будет. Куда тут тупят знатные дамы? В окошко?

Я как представила себе – сижу всё время в комнате на вершине башни, пялюсь в окошко на равнину и ничего больше не делаю. Тело взвыло. Тело просило совершенно определённых действий. Успокоиться и переключиться привычным образом.

Это значит – что? Встать, сбросить сапоги, вытянуться. Руки в стороны, во вторую позицию. Релеве вверх-вниз, пятку отрываем от пола, и опускаем обратно на пол, восемь раз медленно, восемь быстро, на «и». Постоять потом сначала на обеих ногах на носочках, потом на каждой – по очереди. Поймать равновесие, обязательно поймать. Приведёшь тело в равновесие – приведёшь и дух в гармонию. Дальше гран-плие, во всех нужных позициях. Без экстремизма – два раза деми-плие, неглубоко, один раз гран-плие, до самого пола, медленно. И сменить позицию. И руки – прогнуться вперёд, достать пол, выпрямиться, прогнуться назад. Одна рука, вторая. Медленно выполнить полный поворот – правым плечом, левым плечом. Поклон. Залу, затем балконам. Нет ни зала, ни балконов, но это и не важно. Слёзы высохли, и себя уже не жаль так отчаянно. Жаль, конечно, но – в пределах нормы. Всё могло быть ещё хуже, а в этом мире – особенно.

Кто меня надоумил достать нож, проткнуть палец и уронить на мрамор каплю крови? Или я просто уже так встроилась в этот мир, что сама всё понимаю? Капля впиталась мгновенно, и меня это уже даже не удивило.

- Покажитесь хоть, что ли. А то кровь принимаете, и молчите. Змейсы, те хотя бы разговаривали.

Я ни на что особенно не рассчитывала, когда это говорила. Подхватила сапоги и собралась пойти спать, но была остановлена словами.

- И отчего же ты не смотришь, раз захотела, чтобы показались? Сама ведь просила о помощи.

Я уже даже и не удивилась. Просто обернулась.

Призрачная женщина в древних одеждах – когда ткань не сшивали, а оборачивали вокруг тела – возвышалась надо мной на голову, не меньше, а Барбара не из низкорослых, это вам не Варя Лискина. Видимо, на моём лице было написано что-то вроде «а это ещё кто», и женщина улыбнулась.

- Я храню этот храм, и я приветствую тебя. Ты первая за долгие годы, кто пришёл и поделился – своей кровью и священным танцем.

Какой ещё священный танец? Какие просьбы о помощи? Видимо, я совсем того, да? Змеи, духи с бородой, призрачная хозяйка моего тела, полный замок обалдуев и реальные враги под стенами. Немудрено слегка крышей-то поехать.

Я села на бортик и просто смотрела на неё, не в силах ничего сказать. Потом брякнула:

- Я разве просила?

- Просила, просила. Ты стояла вон у той колонны и думала – помогайте все, кто может. И делилась кровью. Я не могла не услышать тебя, хоть и давно никто не призывал меня, и не воздавал хвалу Богине.

- Какой Богине? – я понимала, что нужно быть вежливой и вообще вести себя прилично, но слишком устала.

Может быть, это просто глюк? Я поморгаю, и он пройдёт? А я это, просто доработалась?