правда хочется остаться одному уже прямо сейчас. Мне уже лучше, я точно дойду.
— Хорошо, — сказал Игорь. — Мы тебя поняли, Ярослав. Иди отдыхай. Ты заслужил. Но если тебе не станет лучше, я сам приведу лекаря, даже если ты будешь против!
— Договорились! Спасибо… — ответил я. — Увидимся позже. Не волнуйтесь, всё будет нормально.
Я развернулся и пошёл. Медленно, слегка покачиваясь, чтобы никто не заподозрил, что я в порядке. Студенты расступались передо мной, кто-то шептал «герой», кто-то «береги себя», но я не оборачивался.
Коридоры академии были пусты. Только светильники горели белым светом, отбрасывая мою тень на стены. Я шёл быстро, не оглядываясь, и каждый шаг отдавался эхом.
Я подошёл к двери аудитории существологии. Толкнул дверь.
Внутри было темно. Только дежурный свет горел у дальней стены, выхватывая из темноты ряды парт, кафедру, доску с остатками схем и его фигуру.
Максим Белов стоял у окна, спиной ко мне. Он был в своём обычном бежевом плаще, но плащ выглядел помятым.
— Ну здравствуйте, Ярослав, — сказал он, поворачиваясь. — Рад вас видеть живым, здоровым и даже чемпионом. Извините, не смог посмотреть финал, но, думаю, вы там были великолепны.
— И я рад вас видеть, Максим, — ответил я, закрывая за собой дверь. — Честно. До меня доходили разные слухи. Не был уверен, что вы вообще живы. Говорили, что вы пропали без вести, что вас похитили, убили. Рад, что это оказалось неправдой.
— Приятно, что вы за меня переживали, — он усмехнулся. — Но, к счастью или для кого-то к разочарованию, я жив, хотя мог бы и не стоять сейчас перед вами.
— Думаю, раз вы проделали такой путь и каким-то образом смогли пробраться в академию, у вас что-то важное для меня? — спросил я, прислонившись к стене и скрещивая руки на груди. — Не каждый день к нам в гости приходят оперуполномоченные, которые числятся пропавшими без вести и разыскиваются по всей империи.
— Ох, Ярослав, — он покачал головой. — Это не было так сложно, как вы думаете. В прошлый раз, на фоне всего того, что произошло в академии, ваши преподаватели забыли забрать у меня пропуск. Представляете какая забавная вещь? Кто ж знал, что он мне может еще когда-нибудь пригодится? — Он достал из кармана небольшой пластиковый прямоугольник. — Не сочтите меня злодеем, я бы и сам его отдал, только вот память тоже меня подвела. Такое бывает.
— Я вас не обвиняю, Максим. — сказал я. — Честно, если бы у меня был шанс сохранить пропуск в такое место, я бы тоже его не выбросил. Но давайте перейдём уже к делу. Зачем вы тут? Что вам от меня нужно? Не уверен, что вы просто соскучились.
Он посмотрел на меня долгим взглядом.
— Начну тогда сразу с главного. Я ищу союзников, Ярослав, — сказал он наконец. — Вы — единственный, кто сталкивался с этой грязью лицом к лицу и выжил. Единственный, кому я могу доверять.
Я усмехнулся.
— Это интересно, Максим. И против кого мы воюем? Против существ из порталов, или против людей?
— Думаю, вы и сами понимаете кто наш противник… — ответил он.
— Вы мне скажите… — сказал я.
— Хорошо! — кивнул он. — Князь Тимур Русланович Ахметов.
Я молчал. Он л тоже.
— После нашей последней встречи, — продолжил Белов. — Меня никак не отпускало это дело. Я не мог спать, не мог есть, не мог думать ни о чём другом. И знаете, на самом деле оно оказалось достаточно простым. Я бы даже сказал, все факты лежат на поверхности. Вот только у меня снова не сходится один момент.
— Какой? — спросил я.
— Мотив… — ответил он. — Я понял, что мальчишка, коим был Александров, не смог бы всё это провернуть сам. У него точно были какие-то сильные союзники. Ну и кто же это может быть, как не человек, которому служил его отец?
— Пока все логично… — сказал я. — Продолжайте.
— Чуть посмотрев в этом направлении, я понял, что и в кабинете вас застали в момент, когда он был рядом. Слишком удачное совпадение, чтобы быть случайностью. И кинжал вашего рода он мог взять после того, как вашего отца… — он запнулся. — Ну, вы понимаете. После того, как Иван Шереметьев погиб.
— Понимаю… — ответил я.
— Кстати, так и не понимаю, зачем вы мне соврали, что не узнали это орудие? — спросил Белов. — Вы же знали, чей это нож. Неоднократно видели…
Я вздохнул.
— У меня амнезия, — сказал я. — Вы не знали? Я ничего не помню. Всё, что я знаю, — это то, что мне рассказали другие.
— Знал… — ответил он. — Но не думал, что она настолько сильная. Да и будем честны, вы не выглядите как человек с амнезией.
— Вот такая вот ситуация, — развёл я руками. — Я мало чего помню. Знаете, иногда это спасает мне жизнь, а иногда мешает.
— Забавно, — сказал он. — Ну так вот. Я практически не сомневаюсь, что за всем этим стоит Ахметов. Только вот какой у него мотив? я долго думал, но у меня не было ни единого варианта. Я стал копать дальше. И чем ближе я становился к разгадке, тем активнее за мной начинали следить. Сначала это были просто тени, потом машины, потом люди, и однажды на меня напали.
— Видимо, им не поздоровилось? — спросил я.
— Скажем так. Думаю, они были не рады своему решению напасть на меня, — усмехнулся Белов. — Я тоже не лыком шит, но это неважно. Важно то, что они вышли на меня. И теперь я не могу вернуться в министерство, не могу доверять своим коллегам, не могу даже выйти на улицу без оглядки.
Он взял небольшую паузу, а потом продолжил.
— Ну так вот, Ярослав, — он подошёл ближе. — Почему-то мне кажется, что вы знали, кто за этим стоит. И, что более важно, знаете его мотивы. Вы не удивились, когда я назвал имя Ахметова.
— Даже если так, то что? — спросил я. — Думаете, мы сможем что-то с этим поделать, если они даже на вас решили напасть? На человека, который представляет закон? На сотрудника министерства магии?
— Они напали, когда я был не при исполнении, — заметил Белов. — Это была засада, а не официальное столкновение.
— Это ничего не меняет, — ответил я. — Думаю, у них есть люди везде, в том числе и в вашем руководстве. Иначе они бы не действовали так уверенно. Я хоть и не представитель закона, но прекрасно понимаю. Против таких высоких чинов нужны не просто доказательства, а железобетонные. А пока у нас только догадки и слова мёртвого Александрова…
— Вот если бы Александров был жив… — начал он.
— Если бы у
