Приняв такое решение, он стал спускаться вниз. Но, очутившись на поляне, обнаружил только туфельки и шляпку Кассандры.
Найджел поднырнул под струи водопада и, вынырнув, тряхнул головой. Он решил, что Кассандра покончила с собой – утопилась. Дрожь пробежала по его телу – вода была на редкость холодная. Найджел чуть с ума не сошел от страха. Рассудок не повиновался ему.
Что, если он не только разрушил счастье Кассандры, но и стал причиной ее смерти?
Что, если она утопилась из-за него?
И тут Найджел увидел ее на берегу – Кассандра стояла в одной сорочке, явно собираясь нырнуть.
Значит, она не сбежала?.. Напротив – решила поплавать вместе с ним. Что ж, ему следовало догадаться. Кассандре в храбрости не откажешь. А чтобы остаться с ним сейчас, ей потребовалась вся ее храбрость. Найджел видел, как она испугалась его неожиданной вспышки гнева. Он до сих пор не мог понять, как нашел в себе силы отпустить жену и нырнуть в воду, хотя хотел обрушиться на нее со всей яростью, захлестнувшей его в ту минуту. Вспомнив об этом, Найджел ужаснулся.
«А Кассандра неплохо плавает», – подумал он, наблюдая за ней. Она плыла к нему изящным кролем. Найджел только сейчас заметил великолепие окружающей его природы – глубокий прозрачный водоем, поросшие мхом прибрежные камни, зеленую опушку между тремя холмами, скалистые уступы и низвергающийся с них водопад.
В ослепительно голубом небе сияло солнце, вода была обжигающе-холодной, воздух теплым. В кронах деревьев весело щебетали птицы, шумел водопад.
О да, это самый прекрасный уголок на земле! Что-то дрогнуло в душе виконта при виде этой дивной красоты. Он нырнул, снова поплыл брассом и выскочил из воды перед самым носом Кассандры. Она испуганно уставилась на него. Найджел улыбнулся, и она рассмеялась.
Это было одно из тех чудесных мгновений, которые возникают из ничего.
В его жизни было так мало подобных минут за прошедшие несколько лет.
Найджел обнял жену за талию, привлек к себе и поцеловал. Она горячо прильнула к нему всем телом и вернула ему поцелуй, обняв за плечи.
Он отпустил ее, и они не сговариваясь поплыли рядом, медленно рассекая водную гладь.
Все исчезло – пространство, время. Они словно попали в другой мир, казалось ему, – может быть, в рай? Здесь им не надо оправдываться и разрешать многочисленные проблемы. Они сейчас отделены от всего мира и просто существуют.
Выйдя на берег то ли через десять минут, то ли через целую вечность, они остановились и наконец взглянули друг на друга. Вода текла с них ручьями. Но пространство и время скоро настигнут их. То, что казалось ему неизбежным, можно предотвратить. Он обещал ей…
Но чувство, которое Найджел испытывал все эти несколько минут – или вечность, – было таким сильным, что наверняка не осталось безответным. Он видел по глазам Кассандры, что она разделяет его желание оттянуть момент возвращения к реальности.
– Да, – Кассандра коснулась рукой его груди. И повторила, чтобы у него не осталось никаких сомнений:
– Да.
Возможно, она горько пожалеет о своем решении. Так скорее всего и случится. Станет во всем винить его. Но ему сейчас не хотелось об этом думать. И ей тоже.
Найджел расстелил на траве кафтан и камзол и стянул с себя мокрую одежду. Она сдернула сорочку. Ее красота поразила его – Кассандра словно стала частью окружающей природы, как наяда или нимфа. Ее мокрые волосы рассыпались по плечам.
Не говоря ни слова, они обнялись. Их поцелуй был горячим и страстным, руки ласкали и возбуждали, языки, встречаясь, переплетались. Найджел изголодался по ней, тело его горело в огне. И ее ответные ласки приводили его в трепет.
Земля слишком твердая, а ему сейчас не до нежностей. И ей, впрочем, тоже. Когда он окажется сверху, его страсть причинит Кассандре боль. Да, на земле ей будет жестко.
– Иди ко мне, – попросил Найджел, опускаясь на свой камзол и привлекая жену к себе. – Тебе будет хорошо. Клянусь. – Он раздвинул ее бедра так, чтобы она села на него сверху, обнял рукой за шею и поцеловал. Потом слегка отстранил от себя жену и начал целовать ее груди, лаская губами и языком затвердевшие соски, слегка покусывая их зубами, пока с губ Кассандры не сорвался стон наслаждения.
Найджел взглянул ей в лицо. Она смотрела на него, ее влажные волосы упали на лоб и щеки. Глаза Кассандры подернулись поволокой, во взгляде сквозила страсть, как и в его взгляде, – он это знал. Но вместе с тем Кассандра ясно сознавала, кто он, чем они собираются заняться, и она дала на это свое согласие.
Страсть на мгновение отступила, и они посмотрели друг другу в глаза. Обхватив руками ее бедра, Найджел медленно вошел в нее. Она слегка сдвинула брови, но не отвела взгляд. Он почувствовал, как ее мышцы сомкнулись вокруг него, и страсть снова охватила их обоих.
– Оседлай меня, – настойчиво прошептал Найджел. – Оседлай меня и раскачивайся сильнее.
Она начала раскачиваться с неистовой страстью, опираясь обеими руками о его плечи. Но Найджел не мог спокойно лежать под ней, как предполагал сначала. Стараясь подстроиться под заданный ею ритм, он вонзался в нее снизу, охая от боли, желания и наслаждения.
Найджел не знал, кто из них вскрикнул первым. Наверное, это произошло одновременно. По телу Кассандры пробежала дрожь, тогда как его напряжение выплеснулось в нее вместе с семенем. Он обхватил жену обеими руками и притянул к себе, разогнув ее ноги, так что она легла на него, вытянувшись и положив голову ему на плечо.
Найджел смотрел в голубое небо. Нет, счастье – по крайней мере в его жизни – нельзя ухватить, удержать надолго. Оно приходит ниоткуда и исчезает в никуда, оставляя только сожаление, желание, граничащее со слезами.
Да, именно со слезами.
И страхом.
На несколько мгновений тот давно забытый юноша, которым когда-то был он сам, вновь вернулся к жизни и завладел его телом, мыслями и чувствами. Этот юноша был способен на любовь и нежность.
Наивный мальчишка, которого необходимо убить в себе, чтобы не испытать вновь невыносимую боль.
В течение нескольких минут Найджел любил Кассандру и позволил ей любить себя.
Он закрыл глаза, медленно возвращаясь на землю. Хорошо, что она уснула.., после близости. Похоть – вот название тому, что их связывает.
Похоть – и больше ничего.
Никто из них не произнес ни слова после того, как Найджел велел ей (она вспоминала об этом со смущением) оседлать его. Они любили друг друга, уступив безрассудной страсти и похоти, а потом задремали, утомленные и пресытившиеся. Проснувшись, Кассандра с удивлением обнаружила, что их тела все еще составляют единое целое. Найджел приподнял ее и уложил рядом с собой.
