Вадаж нажал большим пальцем на кончик носа, а остальные растопырил и пошевелил ими. Лиза высунула язык. Они оба улыбались, но шире всех улыбался Хейм.
И ужин прошел в атмосфере такого веселья и ощущения домашнего очага, какого Хейм не помнил с тех пор, как умерла Конни. Впоследствии он не мог бы в точности вспомнить, о чем они говорили за столом, большей частью добродушно подтрунивали друг над другом и пели песни.
Лиза собрала приборы в кубик обслуживания и скромно удалилась к себе в спальню. Она даже поцеловала отца на прощание. Хейм и Вадаж спустились с антресоли вниз, в кабинет. Хейм закрыл двери, достал из ящика стола шотландское виски, а из холодильника лед и соду, наполнил бокалы.
Вадаж взял бокал и чокнулся с Хеймом.
— И напутственный глас… — произнес тост менестрель. — Кто за Победу? Кто за Свободу? Кто за возвращение домой?
— Я выпью за это, — сказал Хейм и сделал большой глоток. — Откуда эти строчки?
— Они принадлежат некоему Г.К.Честертону, жившему пару веков назад. Вы не слышали о нем? А впрочем, конечно, на Земле больше не интересуются такими наивными вещами. Лишь в колониях люди настолько простодушны, что считают, будто победы возможны.
— Быть может, нам удастся и здесь изменить мнение по данному вопросу. — Хейм сел и достал трубку.
— Итак, — произнес Вадаж бесстрастным голосом, но по его тонким чертам прошел легкий трепет, — теперь приступим к делу. Что же все-таки произошло за те несколько дней, что я мучаюсь бездельем?
— Начну с самого начала, — сказал Хейм. Он не чувствовал ни малейшего угрызения совести, рассказывая о своем диалоге с Твайменом, поскольку собеседнику вполне можно было доверять. Его знакомство с Вадажем, хоть и короткое, было тем не менее весьма плодотворным.
Однако венгр не был удивлен.
— Я знал, что они не намерены возвращать Новую Европу, ведь никто не желал меня слушать.
— А мне удалось найти такого парня, который все же пожелал выслушать меня, — сказал Хейм и продолжал свой рассказ. По его окончании у Вадажа отвалилась челюсть, и раздавшийся при этом звук был достаточно громким, чтобы даже Хейм смог его расслышать.
— Каперство, Гуннар? Вы это серьезно?
— Абсолютно, черт побери. Так же настроен и Кокелин, и еще несколько человек, с которыми мы имели беседу. — Веселье Хейма исчезло. Он глубоко затянулся, выпустил мощные струи дыма через ноздри и сказал:
— Ситуация такова. Один торговый пират в районе Феникса может натворить столько разных дел, что это не пойдет ни в какое сравнение с его возможностями. Кроме срыва планов и расписаний, он свяжет немалое количество боевых кораблей, которым либо придется охотиться за ним, либо осуществлять конвой своих кораблей. В результате силы элеронов, противостоящие нашим вдоль спорной полосы, уменьшатся, и равновесие нарушится в нашу пользу. И если тогда Земля проявит твердость, как в космосе, так и за столом переговоров (причем нам не придется быть особенно жестокими, не будет никаких крутых мер, по поводу которых могли бы поднять шум торговцы миром), всего лишь один хороший нажим военного флота, пока пират будет дразнить корабли алеронов — и мы сможем заставить их вернуть нам Новую Европу. А также сделать, для разнообразия, несколько уступок нам.
— Возможно, возможно, — Вадаж по-прежнему оставался спокойным. — Но где вы достанете боевое судно?
— Куплю обычный корабль и переоснащу его, что же касается оружия, то я собираюсь вскоре отправить пару надежных людей на быстроходном судне, принадлежащем компании, к Строну. Слышали про такой?
— Приходилось. Ага! — Вадаж щелкнул пальцами. В его глазах загорелись огоньки.
— Да. Там-то и завершится работа по оснастке нашего корабля. А потом — вперед, к системе Авроры.
— Но… не превратитесь ли вы в пирата с точки зрения закона?
— Над этим пока еще работает Кокелин. Он говорит, что считает в принципе возможным придать всему этому легальный характер и в то же время воткнуть клин в задницу Тваймену и всей его дешевой банде. Но это непростая задача. Если корабль летает под «Веселым Роджером», то Кокелин не без основания будет считать, что Франция имеет право подвергнуть команду суду, признать ее виновной и вынести оправдательный приговор. Конечно, ребятам после этого, возможно, придется остаться на французской территории или вообще покинуть Землю и отправиться в какую-нибудь колонию, но они будут миллионерами, и Новая Европа, без сомнения, устроит им триумфальный прием.
— У меня нет времени думать об этом, — продолжал Хейм. — Мне придется просто идти вперед напролом и подвергнуть себя возможному аресту. Поскольку, как ты сам понимаешь, Кокелин и его сторонники во Французском правительстве — или в любом другом, поскольку не все еще нации на Земле заимели заячьи души — действуют неофициально… Короче, согласно Конституции, ни одна страна не имеет права на военные приготовления. И если бы мы все же получили какую-то помощь из официальных источников, это означало бы конец всем надеждам на легализацию операции. Нам также следует воздержаться от набора экипажа в одной стране. И тем более во Франции.
В общем, все зависит от меня. Мне нужно найти корабль, купить его, провести переоснастку, запасти топливо, набрать экипаж и отправить его в космос — все это в течение двух месяцев, поскольку именно в это время запланировано начало официальных переговоров между Парламентом и делегацией алеронов, — лицо его стало унылым. — Придется забыть о том, что такое сон.
— Экипаж… — Вадаж нахмурился. — Непростая проблема. Сколько человек?
— Пожалуй, около сотни. Гораздо больше, чем нужно, но единственный способ финансирования данного предприятия — захват трофеев. А это значит, что нам потребуется абордажная команда. К тому же… все может случиться.
— Понятно. Желательно, чтобы эти сто человек были умелыми, надежными астронавтами, предпочтительно с опытом службы в Военном флоте, поскольку это самое рискованное предприятие с тех пор, как Аргилус сопровождал Ведьму Хелену. Где их взять? Хм, возможно, я знаю два—три места, где можно попытать счастья.
— Я тоже. Надеюсь, ты понимаешь, что открыто вербовать людей в команду капера мы не можем. Если наша истинная цель не будет сохранена в тайне вплоть до последней миллисекунды, мы окажемся в кутузке настолько быстро, что призрак Эйнштейна непременно вернется, дабы посетить нас. Но мне кажется, с помощью самых обычных психологических тестов мы сможем проверить отношение интересующих нас людей к известной проблеме и таким образом, узнать, кому можно доверить правду. Этих самых людей мы и найдем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
