не верится, что Светлейший князь составлял компанию простолюдину, хоть и… — В этот момент столкновение магии вызвало мощный всплеск энергии, заставивший защитные барьеры пошатнуться. По залу прошла волна удивления. — Хоть и такого умелого…
— Вы правы. Всё же это простолюдин. Быть может, слухи — это всего лишь слухи.
Поверить не могу!
Отец сражался лучше большинства аристократов. Лучше всех них, демоны вас разорви!
И всё равно для вас он недостаточно хорош⁈
Сам император даровал ему особый статус. Иначе ему бы не дозволялось представлять дворян на дуэлях.
Да он способен разогнать вас всех одним взглядом, высокомерные вы подонки!
Вдруг очередной обмен закончился новым всплеском. На этот раз достаточно мощным, чтобы отец и Григорий отпрянули друг от друга и решили перевести дух.
И тут я заметил странное. Отец… улыбался?
Едва заметно уголок его рта приподнялся, а во взгляде сверкнул странный задор. Такого никогда не было.
Отец не терял концентрации во время схватки. Только единожды я видел нечто подобное, когда он спарринговал с давним товарищем.
Вряд ли кто-то ещё заметил поведение отца. Уже второй раз с начала поединка.
А в следующую секунду они снова сошлись в диком обмене ударами.
━─━────༺༻────━─━
Облака сдуло в разные стороны от волн магической энергии. На всю округу раздавались запоздалые грохоты нашей битвы, а само небо, казалось, меняло цвет, окрашиваясь в цвет магии.
Если с Азарьевым наше противостояние скорее напоминало борьбу за пространство, то Григорий атаковал со всех ракурсов.
Клинки, удары, магические снаряды и техники, дикое давление ауры Света, которая остервенело вгрызалась в Тьму.
Хаос не принадлежал ни Тьме, ни Свету. Но мог влиять на них и подвергался их влиянию. Однако сейчас он метался из стороны в сторону, не зная, куда себя деть.
— Ради этого⁈ — рычал Григорий, нанося удар за ударом. — Всё ради проклятой Тьмы⁈ Ты разрушил заклятье и предал род!
Мощный взрыв отправил меня в полёт.
Григорий устремился за мной, продолжая атаковать и придавать импульс моему полёту. Вдвоём мы разверзли воздух, ударились о землю и насквозь пронзили холмы, на протяжении километров оставив на них длинные глубокие рытвины и воронки.
— Нет! — прорычал я.
И атаковал в ответ.
Теперь Григорий рыл новые овраги своей спиной, сжав зубы от боли и напряжения, попутно отбиваясь от моих ударов.
Мы пронеслись через поместье, вдребезги разметав несколько зданий и вырывав с корнем часть сада.
Затем снова столкновение аур, и мы опять взмыли в небо, оставляя за собой магический след.
Свет и Тьма продолжали бороться, но никто не мог взять верх.
Мы были настолько же противоположными, насколько равными. А это означало, что битва либо будет продолжаться, пока один из нас не выдохнется, либо…
С раскатным громом вспыхнул импульс энергии, вызванный столкновением Света и Тьмы.
Нас отбросило в разные стороны на расстояние нескольких километров, что друг друга мы видели небольшими точками на безоблачном синем небе.
Но на этот раз не стали сразу же бросаться в новую схватку.
Мы словно читали мысли друг на друга и начали копить ауру. Тьма разрасталась за моей спиной, окутывала всё пространство, заставляя воздух искажаться. Свет бил мне в глаза, окружая Григория.
Долгой битвы не будет…
━─━────༺༻────━─━
Стены здания сотрясались. Барьеры держались из последних сил. Распорядитель отправлял одного хранителя за другим, чтобы те поддерживали заклинания, но с каждым разом это становилось сложнее.
Они были равны.
С удивлением, но я это понял.
Не думал, что доведётся увидеть, как отец окажется в таком затруднительном положении.
Они вдруг остановились на противоположных сторонах барьера. Оба тяжело дышали. На телах то там, то тут краснели порезы и ссадины, пропитывая одежду кровью.
По отцовскому лбу скатилась капля пота.
И зал снова погрузился в тишину. Даже те, кто шёпотом обсуждал схватку, замолчали и затаили дыхание. Я слышал, как кровь струится по сосудам, и как ветер снаружи свистит по фасаду.
А затем они ринулись друг на друга. И я понял, что…
━─━────༺༻────━─━
Всё решится в один миг.
Свет и Тьма пронзили пространство и смешались в нём, порождая новые волны Хаоса.
Округу на километры вокруг оглушило протяжным звоном, скрежетом и грохотом могущественной магии.
Ударная волна разошлась, склоняя деревья и снося черепицу с крыш. В реках и озёрах поднялись небывало высокие волны.
Всё произошло за пару секунд, но противостояние лишь со стороны казалось стремительным.
Для нас оно длилось куда дольше.
До самого последнего мгновения я был уверен, кто одержит верх. Свет пронзал Тьму, Тьма окутывала Свет. Ожесточённая борьба грозила разорвать округу и нас самих на мелкие куски.
Стиснув зубы, я чувствовал, как трескается мой Источник. Боль пронзила всё тело, едва не вырвав из меня сознание.
Но вдруг мне пришли на помощь. Куница высвободила свою силу, заставляя Свет содрогнуться, а Кот растворился в моей ауре, позволив использовать пространство Тени, чтобы покрыть трещинами ауру Григория и пустить Тьму в образовавшиеся бреши.
И это решило всё.
Баланс сил рухнул с раскатом мощного импульса магической энергии. Снова на километры вокруг прокатилась ударная волна.
А когда она растворилась, я наконец-то держал убийцу моего отца за его Источник. И смотрел в глаза, скрипя зубами от переполняющих душу эмоций.
━─━────༺༻────━─━
— Н-нет…
Этого не могло произойти.
Не верю.
Отец не мог проиграть. Не на моих глазах. Не так.
Он лежал на полу с глубокой багровой раной на спине. Голова была повёрнута в мою сторону.
И вдруг мы встретились взглядами. Отец увидел меня среди толпы ошеломлённых зрителей и…
Он улыбнулся.
Что произошло⁈
Я хотел кричать, но не мог издать ни звука, словно находился в кошмаре.
Может, это и есть кошмар? Нужно проснуться. Проснуться!
Нет…
Григорий встал над ним, держась за окровавленное плечо. Перекинул в руке меч, замахнулся…
«Сын…» — прочитал я на губах последнее слово перед тем, как клинок опустился вниз.
━─━────༺༻────━─━
— С-сын… — прохрипел Григорий, оскалившись.
Но он смотрел не на меня. А будто бы сквозь.
Алое Пламя, окутывающее его Источник, передавало эмоции ублюдка.
Злость. Ярость. Печаль. Любовь…
Он вспоминал Анастасию. Вспоминал мать Александра и то, как возился со своим первенцем, пока тот был ребёнком.
И вспоминал Стаса.
Чёрт.
Сердце защемило. Свет и Тьма продолжали вялую борьбу, магические ауры бились в конвульсиях.
А я пытался понять, что творится в моей грёбаной голове.
Я смотрел в серые глаза Светлейшего князя Григория Соколова.
Победоносного Сокола.
Убийцу.
Который наконец-то находился в
