— состоит как раз в том, чтобы обеспечить правильное сворачивание и разворачивание листка. Чтобы ни один из участков не порвался, не склеился с другими и не образовал неразвязываемого узла».
Оставалось на месте также и магнитное поле, и рождённое им антибиотическое. Так что всё, к чему Мордин в таком состоянии «прикоснётся» границей поля, тоже немедленно утратит массу покоя, что равнозначно дезинтеграции и взрыву. До твёрдых предметов лучше не дотрагиваться — их распыление потребует много энергии, что приведёт к материализации в случайный, ненужный момент.
Он ощущал, как влетают снаружи в оболочку молекулы водородно-гелиевой смеси, превращаясь в нити бесконечной длины и стремясь переплестись с нитями самого Мордина. Пока что удавалось их отделять и выбрасывать наружу. Что с точки зрения внешнего наблюдателя означало, что Зум постоянно фонит неслабой проникающей радиацией. Хорошо ещё, что он на «Дельфине» один.
Словно амёба, он выбросил вперёд ложноножку — узкий канал поля массы, который его подсознание тут же преобразовало в беговую дорожку. Безмассовая волна тут же устремилась в этот канал. Бежать тут всего ничего — тридцать метров. Ага, вот она — вакуумная камера. На небольшом участке «трассы» молекулы атмосферы перестают влетать в канал. А ещё чуть дальше — «ложноножка» встречает сопротивление. Это желанное (и очень опасное) финишное поле, биотическая «мишень», зона, в которой частицы снова обретают массу.
Теперь надуть на конце «ложноножки» безмассовый «пузырь» в вакуумной камере (подсознание воспринимает это, как беготню кругами), перетечь в него всей своей энергией… Антибиотическое поле при этом следовало оставить «на старте», не тащить за собой в канал, и тем более — в финишный пузырь. Иначе он оставит изрядную дырку в стенке вакуумной камеры, куда сразу же устремится со сверхзвуковой скоростью атмосфера.
Готово — он в основном находился в камере. Теперь можно прежнюю оболочку поля свернуть… ложноножку втянуть… всё, он целиком и полностью здесь. Рядом — щит-приёмник. Ну… последний бросок — нужно влететь в него целиком, единым, так сказать, пакетом — и в правильном порядке.
Для этого расширить пузырь так, чтобы захватить зону мишени (непростая между прочим задача — поля начинают интерферировать), собрать свою вероятность в задней части пузыря (подсознательно воспринимается, как приседание в позицию низкого старта), оттолкнуться от неё… на старт… внимание… Марш!
Возвращение обычных саларианских чувств обрушилось на него, как взрыв. Похоже, субъективно «там» прошло не меньше года — и он совершенно разучился быть существом из плоти и крови. Свет обжигал глаза, звуки раздирали уши…
К счастью, он был саларианцем, и такие проблемы решались куда проще, чем у других рас Цитадели. Всего лишь «перезагрузить» мозг старыми нитями памяти, из тех, что были до прыжка.
Уф. Живой. Снова. И даже в своём уме.
Итак, с одной стороны он запорол всё, что только можно было запороть. С этим саларианским образом мыслей («главное результат побыстрее, а способ избавиться от побочных эффектов найдём потом») пора кончать. В следующий раз природа может и не оказаться такой доброй, и второго шанса ему не дать.
С другой стороны… возможности, которые перед ним открылись — просто невероятны!
После того, как вы чуть не утонули, нужно заставить себя войти в воду и поплавать — рекомендуют человеческие психологи. Иначе вы потом всю жизнь будете бояться воды. Мордин заставил себя сделать то же самое. Пять «чарджей» подряд, пока он не убедился, что с любой позиции может уверенно вернуться в финишную камеру и вернуть себе материальность и целостность без вреда для здоровья. А также всему, что носит на себе или держит в руках.
Теперь можно подумать и о практическом усовершенствовании техники.
Прямо классический анекдот о саларианских гонщиках получается — «Разгон замечательный, у нас с торможением некоторые проблемы…» Нужно найти способ выходить из безмассового состояния самостоятельно — не будучи биотиком.
Теоретически, для этого нужно только добиться правильной интерференции двух волн — безмассового элно и безмассового потока протонов. На практике — это верный способ самоубийства, поскольку биотическое поле сразу на полную мощность не заработает — а в процессе формирования оно начнёт выдирать из потока Зума отдельные частицы, наделяя их массой.
Нужно как-то получить целое, уже сформированное и стабильное биотическое поле полной мощности. И тогда… тогда перед ним откроется целая вселенная!
У него было биотическое поле Ису, создаваемое скафандром — Мордин использовал его для начального ускорения. Перенастроив это поле, можно превратить его в финишную зону. Можно даже сделать так, чтобы оно служило ускорителем и мишенью ОДНОВРЕМЕННО.
Проблема в том, что это поле мгновенно исчезало, как только создавший его скафандр вместе с носителем «рассеивался». Чтобы стабилизировать его и швырнуть вперёд, отделив от генератора, нужно быть кем-то вроде азари… или Шепард. Биотехнологии Ису сказали на такое извращение решительное «нет». Во всяком случае, в габаритах скафандра. Многотонный генератор размером с полкорабля мог бы сотворить нечто подобное.
«Минутку… а кто сказал, что мне нужно материализоваться при атаке? Я могу проходить сквозь стены, мыслить в тысячу раз быстрее скорости света, и распылить что угодно на атомы одним прикосновением (нужно только запасти достаточно магнитного момента перед прыжком). Это не очень-то конструктивно… но ведь ломать — не строить».
Последние сутки Явик действовал, как машина — никаких эмоций, одна голая тактика. Координаты — взрыв. Координаты — взрыв. Обрыв сигнала. Послать катер-курьер. Координаты — взрыв. Все четыре глаза покраснели и отчаянно болели, хотя Явик использовал их попеременно для минимизации усталости. Координаты — взрыв. Координаты — отмена взрыва. Увести мины. Координаты — взрыв.
Он не радовался победам и не огорчался поражениям — на то и другое не было времени, да и слишком незначительны они были. Координаты — вз…
— Командующий, вы меня слышите?
— Да, — буркнул аватар, не отрывая взгляда и рук от экрана управления.
— Непохоже. Я уже третий раз вас зову.
— Зациклился. В чём дело?
— Получен вызов на связь. На нашем языке.
— Источник?
— Авианосец Коллекционеров на орбите.
— Не отвечать. Примитивная тактическая уловка. Хотят нас выманить, — Явик поймал себя на том, что начал уже разговаривать, как Мордин. Да и Солдан ненамного лучше. Неужели это заразно?
— Сигнал направлен не на нас. Он транслируется в широком диапазоне на всю поверхность планеты. Мы можем связаться, используя один из квантовых коммуникаторов на ложных «Вершинах».
— Всё равно потеряем одну из точек сопротивления. Жнецы поймут, что если мы оттуда говорим, значит там нас нет. И перебросят силы на другие точки.
—
