- И не надейся, что я позволю тебе ещё раз увидеть мою подопечную! Она слишком порывиста, так что я запретил ей даже близко подходить к камере. Твою судьбу решит наша Богиня.
И пока демон осознавал сказанное, Альдавар издевательски продолжил:
- А пока я исправлю упущения влюблённой дурочки, поддавшейся твоему очарованию и своим желаниям. Уж больно ты шустрым стал в последнее время. Но всё будет для тебя не так просто.
В камере что-то ощутимо изменилось, Дальсана охватила странная слабость, в голове поплыл туман. Держащий его вампир вдруг стал казаться невыразимо прекрасным, а его прикосновения щемяще нежными. Он всей душой захотел продолжения! В ожидании, когда же острые белоснежные клыки погрузят его в пучину удовольствия, демон слегка застонал и отклонил голову. Ну почему же он медлит?
А на губах Альдавара играла насмешливая улыбка – как же легко теперь было управлять чужим сознанием.
Дальсан всё ждал, а мягкие губы так и не прикоснулись к обнажённой коже. Желание становилось непереносимо мучительным. Ну почему это прекрасное существо так жестоко к нему? Словно в ответ послышался тихий шёпот:
- Я сжалюсь над тобой и доставлю то удовольствие, которого так жаждешь. Но, во-первых, ты раскроешь мне своё отношение к Вериассе, а во-вторых… Я укушу тебя, только если ты попросишь об этом.
Упоминание знакомого и такого близкого имени, на мгновение вернуло демону ясность мысли – мгновение, достаточное, чтобы осознать всю унизительность происходящего, – но чужая воля тут же вновь подчинила сознание, и вот он уже лихорадочно шепчет: «Да, да, пожалуйста, я вас прошу, я умоляю: возьмите мою кровь! Пожалуйста…». Ответный издевательский шёпот: «Ну, только если ты так умоляешь…». Укол, лёгкая, но такая желанная боль, и вот сознание уносит на волнах запредельного удовольствия, а потом – темнота.
Дальсан не помнил, как ушёл вампир. Но прощальные слова намертво отпечатались в его голове. Ты будешь помнить всё произошедшее до мельчайшей подробности. Пусть это послужит уроком. Надеюсь, теперь ты запомнишь, что в полной моей власти, и я могу сделать с тобой всё, что угодно… Действительно – всё!
Мучительно переживая унижение, демон ещё больше возненавидел своего пленителя, хотя, казалось бы, куда уж больше? Но в то же время он понял, что, даже после обращения, вряд ли сможет освободиться. Противное чувство безысходности поселилось в сердце. А тут ещё и ситуация с Вериассой. Теперь вампир знал все его планы в отношении девушки. Чем это обернётся для них? Простит ли его любимая? Что самое обидное, он теперь и в самом деле отвечал на её чувства, и предыдущие намерения не имели ровно никакого значения. Только вот… поверит ли она? Лишь сейчас, не имея возможности встретиться с девушкой уже вторую ночь, Дальсан понял, насколько привык к её посещениям, и как тяжело не видеть нежную улыбку и не ощущать поцелуи сладких губ.
Сегодня опять приходил желтоглазый, правда, взял крови чуть меньше, чем в прошлый раз, так что сознание демон не потерял. Но выглядел он озабоченным, и Дальсан тоже стал ощущать какое-то беспокойство. Скоро должно что-то произойти.
………
Видимо, даже старая решётка боялась Тёмную Богиню, поскольку, когда они входили в камеру, не раздалось ни звука. Та вошла первой, а Вериасса держалась позади. Поэтому вполне отчётливо увидела, какое впечатление произвела на подскочившего Дальсана прекрасная незнакомка – ошеломление, восхищение, быстро промелькнувшее желание. Впрочем, разглядев вампиршу, он переключил своё внимание на неё. Вглядываясь в её лицо как-то напряжённо, словно ожидая чего-то. Неприятные предчувствия лишь усилились. Богиня хмыкнула и пробормотала что-то вроде: «Надо же… Как интересно. Вот и первая связующая нить».
Вериасса не дала себе труда вдуматься в прозвучавшее – сочтут нужным, всё равно позже объяснят. А вот растерянный и виноватый вид Дальсана ей совершенно не нравился!
- Девочка, и долго ты будешь с ним играть в гляделки? Я поставила своё условие, дело лишь за тобой. У меня нет времени долго возиться с вами.
Демон перевёл взгляд с одной девушки на другую, явно не понимая, почему незнакомка ведёт себя столь властно. Ну да, конечно, откуда ему знать, как выглядит Изначальная Тьма, он же не принадлежит правящему роду. Решившись, Вериасса подошла к нему вплотную и, вглядываясь в глаза, мысленно послала приказ крови. Он всё понял, значит, в словах Богини была изрядная доля правды. Как обидно… Между тем Дальсан, не отрывая от неё взгляда, медленно опустился на колени и, беззвучно прошептав что-то одними губами, покорно отклонил голову. Она прекрасно поняла его послание: «Я люблю тебя», но вот только теперь уже не верила безоговорочно. Внезапно желание узнать правду стало её собственным.
Запустив пальцы в белые волосы и зафиксировав голову, вампирша оскалила клыки. Такая привычная горячая кровь потекла в горло, но теперь она не молчала. Всего лишь инструмент, способ выжить и сбежать, приобретя дармовую силу… Ах да, не забыть ещё позабавиться с красивым телом наивной дурочки. Как же велико разочарование, и как больно! Потом ещё какие-то планы, эмоции, но она уже не слушала. Взбешённая обманутая женщина – это страшно, особенно если у неё ещё и немерено силы. С криком, в котором смешались и злость, и боль, и разочарование, Вериасса отшвырнула от себя не мелкого демона, словно пушинку. На послышавшийся хруст и стон, она уже не обратила внимания.
Девушка стояла посреди камеры, обхватив себя и слегка раскачиваясь, а по щекам текли слёзы. Еле слышно она постоянно повторяла: «Почему, ну почему так? За что?». Потом властный голос прервал начинающуюся истерику.
- Теперь убедилась, насколько глупым было твоё поведение? Но, как я и говорила, времени у меня нет. Сейчас ты должна решить, что будешь делать с этим демоном. Как понимаешь, вариантов только два. Убивать его нецелесообразно – действительно, ценное будет приобретение.
Вериасса медленно подошла ко всё ещё лежащему Дальсану. Прогнала беспокойную мысль о том, что он, кажется, получил несколько переломов. Холодно посмотрела и приказала:
- На колени! – демон молча подчинился, лишь чуть заметно скривившись от боли. Хорошая выдержка, настоящий воин, ведь левая рука плетью свисает вдоль тела, да и бок явно старается щадить. Вдруг в голове мелькнули смутные воспоминания об ощущениях – удивление, осознание, любовь? Но она уже продолжала. И куда
