но неумолимо затягиваться. Однако я уже чуть прокусила палец и, дождавшись появления маленькой капли крови, тут же затянула ранку под ней. Втирая эту каплю в кровь вампирши, одновременно ускоряла её регенерацию, так что уже через несколько секунд лишь небольшая красная лужица на полу напоминала о произошедшем.
Конечно, можно было поступить и менее кроваво – просто дать слизнуть кровь с пальца, но я твёрдо решила, что пробовать её на вкус было позволено только первому Дитя, да и то несколько раз. В отдалённом будущем, когда первые вампиры сменятся своими потомками, кровь станет орудием их подчинения, ведь не все смогут правильно понять чувства, которые будет вызывать моя близость. Но это всё в будущем. Пока же я обездвижила вампиршу, чтобы за время внедрения моей крови в её тело, та не могла себе повредить – всё же сильная боль может полностью снять с тела контроль разума. Девушка приятно удивила – по глазам было видно, какие мучения она испытывает, но она позволила себе лишь одинокую слезинку… и ни единого звука, хотя молчание на неё и не было наложено.
- Что ж, вот всё и закончилось. Можешь расслабиться. Осталось только проверить, насколько сильнее ты стала. Идём в тренировочный зал.
………
В кабинете, куда зашла вслед за Богиней, Вериасса тут же опустилась на колено и замерла в ожидании её действий. Ей обещали увеличение силы, но она просто не могла представить, каким образом это возможно. Да и находиться наедине с Темнейшей Матерью было страшновато – слишком свежи ещё были в памяти и рассказ отца (при ритуале передачи образа Тьмы) и недавнее наказание Мессира. Занятая размышлениями о жестокости их Богини, девушка не смогла удержать тело под контролем и вздрогнула от первых слов Богини.
Каково же было её удивление, когда вместо проявления раздражения, та постаралась успокоить! Ласковый тон просто вогнал Вериассу в ступор, а последовавшие слова никак не вязались с уже сложившимся образом Темнейшей. Но осознав смысл, девушка преисполнилась такой радости, что легко высказала свои предположения. И пусть Создательница уверяет в их ошибочности, она-то теперь точно знает, что Богиня вполне может быть и доброй и справедливой.
Ну а боль… Что ж, за всё надо платить, и за то будущее, которое уже виделось вампирше в мечтах, она была готова заплатить и больше. И как сразу не догадалась, что усилить её способна лишь кровь Богини? Но, конечно, такой милости, как попробовать на вкус, она не удостоилась. Это и неважно, ведь главное, что она станет первой после Мессира, а это само по себе огромная привилегия.
Боль действительно сильная, но главное сдержаться, не издать ни единого звука, не допустить судорожного движения. Хотя, двигаться она, кажется, и не может. Сомнительно, что с образом сильного вампира у Богини ассоциируются слёзы и стоны, не говоря уж о криках боли. И Вериасса терпела – когда от маленькой капельки крови, втёртой в её запястье, вверх по руке, а потом и по всему телу распространилась волна нестерпимо жгущего изнутри жара, и когда миллионы игл жалили каждую точку снаружи и внутри, а разрывающая голову пронзительная боль грозила погрузить сознание во тьму. Лишь на самом пике этого, слава Богам – кратковременного, кошмара она не удержала единственную слезинку.
Всё закончилось абсолютно внезапно. Вериасса даже не сразу осознала изменения: во всём теле чувствовалась лишь звенящая лёгкость. И сразу же – бесподобное ощущение бурлящей в крови мощи, знание, до сего дня сокрытое от неё просто потому, что было раньше не по силам. Девушка волевым усилием заставила себя успокоиться – как бы ни опьяняли ощущения, нельзя забывать, что Мессир, а уж тем более Богиня неизмеримо сильнее и могущественнее. Но испытать свои новые возможности необходимо.
Зайдя вслед за Темнейшей в тренировочный зал, Вериасса без удивления наблюдала, как почти сразу за ними входят Мессир с Коршезом. Сначала ей было велено сразиться со вторым птенцом. Потрясающие ощущения! Совсем недавно многое выполнялось на пределе напряжения сил, сейчас же всё происходило легко и непринуждённо. Девушка с удивлением поняла, что сражается с Коршезом вполсилы, и увеличила темп. И всё же для неё стало полной неожиданностью, когда через несколько минут соперник был повержен на пол, а в его горло упирался кончик клинка. Никогда раньше ей не удавалось не то что обезоружить вампира, а и нанести ему хоть маленькую ранку, даже если он сражался не в полную силу (а это было почти всегда). Волна радости поднялась из самого сердца и выплеснулась счастливой улыбкой – наконец-то она стала по-настоящему сильной!
- Не расслабляйся, девочка. Теперь тебе предстоит сразиться со своим Мессиром. Альдавар, как долго тебе может противостоять Коршез?
- В настоящем бою он, пожалуй, смог бы продержаться секунд пятнадцать. Но, поскольку в учебном поединке уничтожение противника не является целью, то он выдерживает минуту с небольшим.
- Что ж, проверим, на что теперь способен твой второй птенец.
Вериасса побаивалась предстоящего боя, ведь она никогда ещё не сражалась с Мессиром. Но собственное любопытство, в конце концов, перебороло страх. Остался лишь исследовательский интерес к своим возможностям. И сразу вампирша с удивлением поняла, что Альдавар лишь слегка сдерживает свои силы, а она вполне в состоянии отразить его атаки… какое-то время. Они чуть ли по стенам не бегали, выполняли невероятные кульбиты, стремительные неожиданные атаки на немыслимой ранее скорости.
Ей очень понравился бой. Несмотря даже на то, что она всё равно оказалась разоружена и прижата к стене – это как раз закономерно. Когда же Создательница огласила время – целых две минуты! – девушка была совершенно счастлива. Поймав восхищённый и чуть завистливый взгляд второго птенца – теперь уже точно второго – Вериасса порадовалась отсутствию в нём злости и горечи поражения. Не хотелось бы, чтобы Коршез стал воспринимать её как врага.
- Альдавар, Коршез, приведите сюда новообращённого птенца. Его необходимо обуздать в ближайшее время. Пока я здесь, это произойдёт наименее тяжело для него.
Вампиры молча вышли, а Богиня продолжила, обращаясь к Вериассе.
- Ты должна заставить его не только любить, но и уважать тебя, признавать твою силу, как бы тяжело это ему ни далось. И лучше сделать это сразу. Иначе он будет по-прежнему воспринимать тебя как восхитительное, но заведомо слабое
