в мои намерения. Я имел в виду то, что сказал ранее.
Никто не прикоснётся к ней, кроме меня.
Как удивительно, что моя решимость улетучилась. Или, возможно, её вообще никогда не было. Сопротивляться ей казалось бесполезным, тем более что первобытный зверь внутри меня был слишком голоден, чтобы остановиться.
— Я определённо вижу тебя в коже и с хлыстом в руке, но ты никогда не будешь доминировать надо мной, belle poupée (прим. с фр. — Красивая куколка).
— Я никогда и не говорила, что хочу этого.
— Хорошая девочка.
Я в последний раз оглядел улицу. Единственным преимуществом посещения частного клуба было то, что я мог оставить оружие при себе. Однако размахивать им можно было только в случае крайней необходимости.
Дэниел остался на дежурстве снаружи. Всё время, пока он вёз нас к месту назначения, он постоянно поглядывал в зеркало заднего вида. По двум причинам.
Во-первых, он хотел убедиться, что за нами не следят. Ну а во-вторых, это было достаточно легко понять. Он был шокирован тем, что она была единственной женщиной, которую я когда-либо приводил в клуб. До того, как я перестал ходить сюда, я приходил один, наслаждаясь тем, что был не более чем наблюдателем. Это позволяло зверю оставаться в его логове. Искушения были, но я не обращал внимания ни на одно из них.
Хотя он и держал рот на замке, как всегда делали мои самые доверенные солдаты, я чувствовал, что позже ему стало ещё любопытнее.
Я был членом клуба много лет, но не мог вспомнить, когда в последний раз заходил внутрь. Здесь было эклектично, красочно, как раз то, что понравилось бы моей непослушной девочке, а эротические рисунки на стенах вдохновили меня. Я разыскал художника и купил несколько его авангардных картин. Я почувствовал, что они одновременно и взволновали, и расстроили её, заставив задуматься над вопросами.
Почему бы не ответить на них, позволив ей наслаждаться танцами всю ночь напролёт?
— Снимай трусики, — велел я ей.
Шок, отразившийся на лице Делани, был бесценен.
— Что?
— Ты меня слышала. Это избавит меня от необходимости рвать их на тебе, а судя по тому, что я увидел, скоро снова наступит время отправляться за покупками.
— Не понимаю. Я думала…
Она была очень взволнована, но не настолько, чтобы ослушаться меня. Склонила голову через плечо, изучая оживлённую улицу. Я не стал закрывать её от посторонних глаз. Если она хотела поиграть, то мы сыграем. Однако на этот раз всё будет по-моему.
— Сегодня пятница без трусиков.
— Что? — она чуть не поперхнулась, что не должно было заставить мой член пульсировать ещё сильнее, но это произошло.
— Ага. Ты ведь хочешь соблюдать правила. Не так ли, прекрасная куколка?
Я протянул руку, подождал, пока она справится с задачей, и вложит их мне в ладонь, после того как с трудом сняла их. Когда я поднёс их к носу, она прикусила нижнюю губу, этот нервный тик был очарователен. Я вдыхал её аромат, и у меня потекли слюнки при мысли о том, как я трахну её в клубе.
Засунув их в карман, я, наконец, повёл Делани за руку ко входу в клуб. Как только я показал свою членскую карточку мужчинам, дежурившим у двери, она бросила на меня быстрый взгляд.
— Добро пожаловать, мистер Тибодо. Хотите занять свой обычный столик?
— Конечно.
Один из мужчин схватил официантку и что-то прошептал ей на ухо. Она тепло поприветствовала нас, опустив голову, что придавало ей покорный вид.
— Впечатляет. Есть ли в этом городе хоть кто-нибудь, кто не склоняет перед тобой голову? — спросила Делани, поднимая голову, чтобы заглянуть мне в глаза.
Пышные локоны рассыпались по её обнаженным плечам, облегающее платье уже сводило меня с ума. Я скользнул рукой по её спине, обхватывая и сжимая ягодицы.
— Очень мало.
— Я не буду одной из них.
Когда она игриво произнесла эти слова, мрак снова окутал меня, и моё желание подчинить её своей воле стало сильнее, чем раньше.
Делани приподняла брови, пристально глядя на меня несколько секунд, и её прелестный рот скривился одновременно от признательности и разочарования. Я не мог отвести от неё глаз, пока она боролась с коротким платьем, её скромный вид только пробуждал плохого человека внутри, садиста, с которым она, казалось, жаждала познакомиться.
Когда нас вели через главный и очень многолюдный зал, я почувствовал, что Делани изучает провокационное искусство не меньше, чем эклектичную группу людей всех возрастов. Затем нас ждал ещё один сюрприз, когда нас проводили к кожаному дивану рядом с танцполом, единственному, который не был окружён другими креслами. С него открывался прекрасный обзор танцпола, а также бара и коридора, ведущего как к главному, так и к чёрному входу. Это сводило к минимуму возможность того, что кто-нибудь подкрадётся ко мне, пока я наслаждаюсь вечерним времяпрепровождением.
— Я возьму её у вас, сэр, — сказала администратор, когда я протянул ей бутылку бурбона. — Попрошу официантку принести вам напитки.
— Прекрасно, и спасибо тебе.
Я решительно сел и усадил Делани к себе на колени. Я уже видел, как одинокие мужчины и семейные пары поглядывали на нас, оценивая, словно своих партнёров. Хотел, чтобы с самого начала было ясно, что она принадлежит мне.
Она обняла меня за шею, ёрзая назад-вперёд у меня на коленях.
— Ревнивец, да?
— Просто поясняю свою позицию. — Я не спеша провёл костяшками пальцев по её щеке к ложбинке между грудями. Когда Делани втянула воздух, мой член запульсировал ещё сильнее, мой голод было легко распознать, учитывая, как она непрерывно двигалась назад и вперёд по моему паху. Черт, эта женщина собирается заставить меня потерять самообладание. — Помни, сегодня ночью ты принадлежишь мне.
— Сомневаюсь, что ты позволишь мне забыть об этом хоть на секунду. Или позволишь?
— Ты права.
— Потанцуешь со мной?
— Пока нет. Хочу посмотреть, на что ты способна.
Когда она слезла с моих колен, я глубоко вздохнул и закинул ногу на ногу. На танцполе было по меньшей мере человек двести, но Делани заняла своё место, сделав полный круг и послав мне воздушный поцелуй.
Я не сводил с неё глаз, ни разу не моргнув, когда она закрыла глаза, упиваясь знойным барабанным боем почти племенной музыки. По мере того, как песня набирала силу, начали мигать стробоскопы, и она встряхивала волосами туда-сюда, двигаясь в такт пьянящему ритму.
Всё в этом моменте и в этой женщине было настолько завораживающим, что я понял, что затаил дыхание. Делани повернулась и опустилась ниже, положив руки на согнутые колени, одарив меня таким
