class="p1">У Фрейи срывается ругательство.
– И у скольких она прочла мысли? У троих? Четверых? Если у четверых, то мы ее потеряли. Она сильная, но вряд ли способна удерживать столько мыслей одновременно.
– Не знаю, – отвечает Рафаэль. – Возможно, их больше, чем четверо.
– Кажется, двенадцать, – бормочу я. – Или тринадцать. Трудно сосчитать, потому что мысли постоянно путаются.
После моих слов повисает тишина. Интересно, они еще здесь? Или в голове звучат другие голоса?
Я открываю глаза: Рафаэль, Вивиан и Фрейя ошарашенно уставились на меня.
– Что? – еле слышно спрашиваю я.
– Прошу, скажи, что ты этого не делала. – Пальцы Рафаэля стискивают мою спину. – Телепатам запрещено читать мысли больше, чем у одного или двоих, находящихся рядом. Иначе можно потеряться в море сознания.
– Море сознания… – повторяю я, уставившись в каменный пол. Звучит красиво. И подходяще. Так вот что сейчас в моей голове… Тошнотворное бурлящее море.
– Их не могло быть двенадцать, – твердо говорит Рафаэль.
На секунду я почти верю ему, но повторяю:
– Как минимум двенадцать.
– Это невозможно, – вырывается у Фрейи.
– Там были Люмос, и Гея, и Белриор. – Я загибаю пальцы. – И Каликсто, и Ния…
– Ты и есть Ния! – рычит Вивиан.
– А, точно. Я Ния. В любом случае, их не меньше двенадцати. Тринадцать, включая Нию, но, полагаю, она не считается? Я имею в виду себя. Она не в счет. Я не в счет.
Я хмурюсь. Звучит как-то не очень. Но слова путаются. Их так много… Ния знает кучу языков, но и Каликсто знает разные языки, и Гея. Грамматика и слова смешались в голове…
– Боже, – вздыхает Фрейя.
– Нужен другой план отхода, – заявляет Вивиан. – Она не справится с Завесой.
В этой комнате сплошные тени и каменные арки, как в склепе под собором.
– Почему? – Я пытаюсь сосредоточиться на разговоре. Это успокаивает, напоминает, кто я на самом деле. Каликсто.
Нет, стоп. Ния. Я. Ния.
– Потому что нам надо пройти через Завесу. – В голосе Вивиан неприкрытая ярость.
– Что ж, если мы уже делали это, то сделаем снова, – напоминаю я.
Рафаэль смотрит на меня:
– Согласен.
– Рафаэль… – В голосе Вивиан слышится сталь. – Она не проведет нас через барьер. Если она говорит правду, ее больше нет. Это чудо, что она до сих пор может говорить. Мы даже не знаем, кто она. И ни за что на свете она не сможет сконцентрироваться и использовать силу Стража.
– Я смогу. – Я знаю, что это правда. Я чувствую, как во мне пробуждаются обе силы.
– Она сможет, – повторяет за мной Рафаэль. – Она нас проведет. В любом случае, другого выхода нет. Принц наверняка уже обнаружил пропажу карты. Нужно выбраться отсюда сегодня ночью.
– Карта! – вдруг вспоминаю я. – У нас есть карта?
Рафаэль ослепительно улыбается:
– Есть. Благодаря тебе.
– Что ж, хорошо…
Рафаэль обнимает меня за талию и помогает встать. Я смотрю на мерцающий на стенах свет факелов:
– Где мы?
– В пустой комнате на нижнем этаже Шато де Рев, – отвечает Фрейя.
Она горничная. Я прищуриваюсь, глядя на нее. Нет, она изображает горничную. Она человеческий шпион! Нужно немедленно рассказать Талану, и наконец заслужить его уважение…
Нет, стоп. Я Ния. Закрываю глаза, делаю глубокий вдох и пытаюсь отыскать кусочки своего сознания.
Мы выходим в коридор замка. Я совершенно дезориентирована и даже не помню, как мы сюда попали, но Рафаэль уверенно ведет нас. Он идет быстрым шагом – достаточно быстро, чтобы поскорее выбраться, но достаточно медленно, чтобы не слишком шуметь и не привлекать нежелательное внимание слуг.
Мы проходим через маленькую кухню с вытертым ковриком на полу. Потолки здесь ниже, чем наверху. Минуем многочисленные комнаты, напоминающие пустые склепы вроде того, что мы покинули. На одной из стен висит герб. Я стараюсь не отставать, но в голове по-прежнему шумит. Мир вокруг как в тумане, рука Рафаэля на талии поддерживает меня.
Внезапно он останавливается:
– Подождите. Мы пропустили поворот.
– Уверен? – спрашивает Вивиан.
– Да. Нужно вернуться. – Он оборачивается. – Идем.
Я шагаю следом за ним мимо потертого коврика, герба и двадцати с лишним остальных комнат. Так много комнат…
– Что за черт? – Рафаэль оглядывается по сторонам.
– Похоже, мы опять пропустили поворот, – замечает Вивиан.
– Там не было никаких поворотов, Вивиан, – говорю я.
– Что ты несешь? – рявкает она. – Там была дюжина поворотов. Где Фрейя?
Сердце бешено стучит. Фрейи нет.
– Что-то случилось, – говорит Рафаэль.
– Наверное, вышла наружу и не заметила, что нас нет. – Однако в голосе Вивиан нет твердости. – Давайте я пойду первой. Вон туда, видите?
Она указывает на развилку в коридоре, которую мы почему-то пропустили. Теперь Вивиан уверенно шагает впереди. Мы снова проходим мимо герба.
– Мы только что здесь были, – констатирую я.
– Нет. – Она бросает на меня убийственный взгляд. – И ты последняя, кого следует слушать.
– Нет, видишь? – Я показываю на герб. – Те же рога. И тот же вытертый коврик. Мы ходим туда-сюда.
Пальцы Рафаэля стискивают мою талию:
– Мы заблудились. Мы что, под кайфом? Просто нужно выйти наружу.
– Ну, мы пришли из левого коридора, – говорю я. – Значит, надо повернуть направо.
Делаю шаг, но кажется, что все движется медленно, слишком медленно. Стараюсь изо всех сил, но почти топчусь на месте. Смотрю вниз и понимаю, что ноги вязнут в вытертом коврике, и с каждым шагом меня засасывает в него. Коврик стал каким-то странным, грязным на вид…
– Я тону в коврике! – паникую я.
– Не кричи, – шикает Рафаэль. – Погоди. Где Вивиан?
Теперь мы остались вдвоем. Я по колено увязла в ковре и все быстрее погружаюсь в него.
– Наверное, нас чем-то накачали. – Рафаэль крепко держит меня за талию, но почему-то я тону, а он нет.
– Нет. – Внутри у меня все сжимается. – Замок Грез превратился в замок кошмаров. Это Ловец Снов.
Теперь всё ясно. Принц Талан понял, что карта пропала, и заманил нас в ловушку.
– Это невозможно, – возражает Рафаэль. – Он даже не знает, кто мы.
– Ему и не надо. – Я побывала в десятке разумов приближенных принца, и этого хватило, чтобы кое-что узнать о нем. – Он чувствует подсознание тех, кто рядом. Мы пытаемся выбраться и боимся, что нас поймают. И этим отличаемся от остальных в замке. Он завладел нашим сознанием и погрузил нас в этот сон.
Рафаэль крепче сжимает мою талию:
– И он знает, где мы?
Я качаю головой:
– Вряд ли. Пока что нет. Но если мы не выберемся, рано или поздно нас найдут. – Теперь я в жидком ковре по самые бедра. – Рафаэль, я тону.
– Это у нас в голове, – медленно произносит он. – Ния, даже сны можно контролировать, если
