из-за их близостью снились, в которых красиво улыбающееся лицо Анналии сменялось презрительно недовольной физиономией Наины. И частенько по утрам по часу в душе приходилось проводить, чтобы снова почувствовать себя чистым.
— Но теперь ты должен думать в первую очередь об интересах компании, — ходячий труп продолжал испытывать его нервны на прочность. — Я, откровенно говоря, уже давно подумываю женить тебя повторно. Присмотрел пару кандидаток, чьё семейное наследие поможет расширить влияние «Эллион Групп». В своё время мне трижды пришлось жениться, чтобы достигнуть того, что я имею. И ни один из этих браков не имел ничего общего с любовью. Свою же… «женщину, что встретил», ты можешь содержать в качестве любовницы.
— Отец, у вас есть ещё одна дочь и старший зять, что заботится о ней. Именно он и должен заниматься развитием «Эллион Групп».
— А что ты думаешь о Лауре?
Что высокомерная сучка с повадками шлюхи недалеко ушла по умственному развитию от своей младшей сестры, несмотря на разницу в шесть лет. Такая же неадекватная особа, испытывающая потребность самовыражаться за счёт людей, работающих в сфере обслуживания. Кроме того, как раскидываться деньгами, а следовательно унижать и гнобить из-за более низкого чем у неё материального положения, она ни на что не способна.
Однако в слух пришлось ответить:
— Лаура выглядит счастливой в браке с Эмилем.
Тесть глянул на него с луковой усмешкой.
— Курт-Курт… вот смотрю на тебя и вижу полное отсутствие нормального мужского воспитания. Мужчиной должны двигать в первую очередь амбиции. Чем их больше — тем лучше. Ты во всё хорош, кроме этой твоей… влюбчивости, — последнее слово он выплюнул с особой интонацией, преисполненной желчью. — Я вижу в тебе отличный потенциал. И как любой другой успешный предприниматель хочу, чтобы ты работал у меня. Поэтому, пусть нас больше и не связывают прямые родственный связи, я всё ещё хочу помочь достигнуть тебе тех вершин, дотянуться до которых ты и без меня можешь, если начнёшь правильно думать. Да, признаю, от нашего сотрудничества я тоже получу немаленькую выгоду. Однако же горю желанием тебе помочь, именно тебе, абсолютно искренни.
Как же, альтруист года нашёлся. Хитрый ублюдок скорее горел желанием сделать из него цепного пса: верного и послушного. Специально отдавал бы приказы далёкие от законных, чтобы обеспечить себя толстой папкой компромата, при помощи которой его старшенькая потом смогла бы шантажировать Курта и вынуждать служить ей даже после смерти хваткого, прижимистого папашки.
— Я ценю ваше хорошее отношение. Хоть и считаю, что не достоин его. Не сочтите это за плевок в душу, но есть вещи, на которые я никогда не пойду. К таким вещам относится брак по расчёту, — Курт опустил взгляд в пол. — Простите меня, отец.
Лучше старому дураку смериться и принять, что не все играют по его правилам. Тогда, так и быть, он позволит ему жить дальше так, словно этого разговора никогда не случилось.
— Не надо быть таким категоричным, сынок, — тесть зашёл под навес и уселся в кресло, отдалённо напоминающее походное. К нему тут же подскочила девушка с подносом и подсунула под руку, откинувшуюся в небрежном жесте, стакан томатного сока. — Ты же понимаешь, что я как дал, так могу и отобрать всё обратно? Если ты и правда ценишь моё хорошее отношение, то тебе следует прислушиваться к тому, что я говорю.
Курт проследил за щедрым глотком и прикинул, насколько проблематично будет его отравить. Добавить яд в напиток или пищу до смешного просто — в системе безопасности чересчур расслабившегося магната он видел для этого предостаточно дыр. Важнее сделать главным подозреваемым Эмиля, на тот случай, если медицинская бригада сработает оперативнее, чем отрава. Мотив для убийства у него имелся — отстранение от должности. Оставалось сфабриковать доказательства.
— Понимаю и считаю, что это будет справедливым решение. Я могу начать всё с начала, — непоколебимо произнёс Курт, намеренно чуть вздёрнув подбородок. — Приму любое ваше решение. Даже столь болезненное, если вы не захотите со мной общаться.
Вот только что использовать?
Слабый на передок неандерталец сам мог додуматься только до самого простого, какого-нибудь: цианида или стрихнина. Однако у старого ублюдка, с молодости не гнушающегося прибегать к решению проблем радикальными методами, наверняка в аптечке отыщется антидот для настолько примитивных ядов. Если же использовать более надёжные тетродотоксин или батрахотоксин, что гарантированно прикончат любого, то про участие Эмиля в отравление можно забыть. Самостоятельно достать эти токсины без профессиональных подвязок в их стране нереально. Таким образом цепочка из посредников увеличилась до плохо контролируемых масштабов и появлялась потребность в подставном исполнителе, что возьмёт всю вину на себя, ещё и пальцем на заказчика укажет.
— Упрямый мальчишка, — шумно и явно недовольно вздохнула будущая жертва отравления. — Ладно, пока оставим эту тему. Я дам тебе время всё хорошенько обдумать. А сейчас пойдем пообедаем.
После общения с навязчивым родственником, от компании которого в течение нескольких часов никак не получалось отделаться, Курту пришлось заехать в тренажёрный зал. Он нанял тренера по смешанным единоборствам, чтобы выпустить законным образом пар. Крепкий, коренастый мужчина ухмыльнулся предложению надеть полное защитное обмундирование, но уже вскоре пожалел, что так беспечно отнёсся к словам, изнеженного с виду мажора.
Жалеть его Курт и не думал. Поначалу отрабатывал базовые связки из тайского бокса, а затем вошёл во вкус и в ход пошли локти и колени. Удары щедро ссыпали и на него, жалили рёбра, бёдра и голени, чем лишь сильнее распыляли. Он сжал зубами капу и, игнорируя ушедшего в глухую оборону тренера, выплеснул накопившуюся за последние дни злость. Всё, до последней капли. И этому напору мужчина не на шутку испугался, попытался вырубить его точным ударом в подбородок, и мига, когда он раскрылся, Курту оказалось достаточно, чтобы крутануться уходя из-под траектории чужой боксёрской перчатки и с разворота рубануть локтем по скуле.
Выплюнув капу прямо на пол ринга, он зубами прихватил край ремешка на перчатке, что удерживала липучка. Никуда не спеша высвободил руки и окинул расслабленным взглядом суету, разворачивающуюся у него перед носом. Люди забирались на подиум, трясли и пытались дозваться до лежавшего без сознания тренера. И откуда столько беспокойства? Будто того контузить могло от единственного пропущенного удара по голове.
Курт приподнял канат и нырнул под него, тихо и легко спрыгнув на пол. Кинул беглый взгляд на девушку, что бежала к нему на встречу, прижимая к груди белый чемодан с красным
