открылись, и все трое направились навстречу судьбе. Взволнованность Араны нарастала с каждым шагом, казалось вот-вот и она взорвётся. Тут Аверин и сам начал терять контроль над собой и своими действиями. Шаги давались с трудом, словно навалился какой-то груз. Один раз он даже споткнулся, и толпа зрителей взорвалась смехом. Даже Император ухмыльнулся. Ему хоть и было любопытно, как пройдёт этот бой, но он твёрдо верил в то, чем именно всё закончится. Лучшие воины Алеут-Ссина, бойцы экстра-класса – Алеуты, как их звали в местной среде. Они уже стояли посреди Арены и ловили на себе восторженные взгляды зрителей. Их одеяния отличались от тех, в которых принято было выходить другим воинам. В отличие от них, Алеуты носили одежды цвета песка, делающие воинов менее заметными, сливая их с окружающей обстановкой. Они не носили обувь, вместо этого их ноги были обёрнутый плотной тканью. Их одеяние было настолько простым, насколько возможно, но от того смотрелись они не менее внушительно. Ни один из них не выделялся огромными размерами, напротив, все они были примерно одного, среднего роста, и такого же, среднего телосложения. И всё же, все знали, что под складками ткани скрываются мускулистые руки, и твёрдые, как сталь, тела. У местного населения об обучении Алеутов ходили легенды. Многие погибли, не сумев выдержать изнуряющие тренировки. Как физические, так и психологические.
Ак-Сат занял на трибунах своё прежнее место, кое-как продираясь сквозь толпу. Когда он, наконец, увидел арену, троица уже почти сошлась с командой соперников. «Этис мой, что там происходит?» – подумал он, ощутив небывалой силы волну тревоги. «Если это сейчас же не прекратить, всё заведомо уже кончено!»
– А-ра-на! А-ра-на!! А-ра-на!!! – Ак-Сат начал скандировать на всю арену, всё громче и громче.
Буквально все присутствующие, и зрители, и бойцы, и тем более Император, повернули головы, чтобы посмотреть, кто является нарушителем порядка. Это было неслыханно, чтобы кто-нибудь посмел нарушить такое действо! Император поднял руку и сделал ею резкий круговой взмах, относительно локтя. Тут же Алеут-Ссинские стражи Арены бросились к Ак-Сату. Только когда они приблизились к нему, он замолчал и, сдавшись, позволил схватить себя.
– Нет!… – дёрнулась девушка, увидев, как стражи схватили учителя.
– Стой! – Аверин схватил Арану за руку, останавливая её порыв, – Он сделал это для тебя. Ответь ему тем же.
Аверин смотрел в её глаза, надеясь найти в них хоть какое-то доказательство того, что она внемлет своему разуму. Он чувствовал, что всё это представление очень не понравилось Императору, и они не были дисквалифицированы лишь по той простой причине, что любопытство перевешивало степень расстройства. Наконец, её хватка ослабла, мысли перестали метаться. Она ещё раз взглянула на трибуны, в надежде увидеть Ак-Сата. Но, ни его, ни стражи уже на этом участке трибуны не было. Тогда Аверин обомлел. Её шквал волнений мигом преобразовался в желание, во что бы то ни стало, победить в предстоящей битве. Но то не самое интересное. Аверин ощущал в ней присутствие незыблемой целеустремлённости и сосредоточенности, какую обычно излучал учитель. И вновь Аверин ловит себя на мысли, что сейчас именно Ак-Сат стоит рядом в женском обличии. Арана столько времени училась бок о бок с Ак-Сатом, что глубоко переняла его дух. Она повернула голову к товарищам, улыбнулась и произнесла лишь: «Разнесём их».
Когда воины сошлись на расстояние вытянутого лезвия, Император взмахнул рукой. Представление началось. Все эти предшествующие битве события никак не поспособствовали для команды Ак-Сата положительному её началу. Аверин, не успев переключиться с одного на другое, тут же получил пару ударов ногами в грудь, отчего повалился наземь. Кувырок назад позволил ему увеличить дистанцию между собой и соперником, но тот не собирался сдаваться, и нисколько не растерявшись, быстро сократил дистанцию. За это короткое время Аверин успел более-менее включиться в бой и уклонился от последующего шквала атак. Алеуты не стали даже пользоваться своим оружием, так и оставив мечи в ножнах за спинами. Они атаковали вручную, нисколько не сомневаясь в своих способностях. Арана с трудом ушла от первой атаки кулаком в голову, хотя это был один из самых простых приёмов во время тренировок. Тут же она поняла свою ошибку. То была обманка, которая вывела её на необходимую дистанцию для хорошего удара ногой. Алеут следующим, добивающим ударом, сбил девушку с ног. Аверин обратил внимание, что алеуты подмечают и заранее реагируют на действия его, Араны и Гора, который ещё пока успешно сопротивлялся попыткам алеута пробить его блок. Это значило либо то, что они прекрасно видят ситуацию и мгновенно реагируют, либо то, что они следили за действиями своих теперешних соперников ещё во время первого сражения, хорошо изучив их технику. С другой стороны это не объясняет скорую сдачу позиций Араны. Но припомнив, что Арана не боец ближнего боя, всё вставало на свои места, и данная теория приобретала полное право на жизнь. И её следовало проверить. Во-вторых, алеуты явно владели техникой боя ногами лучше, чем руками. Их удары руками были намного медленнее и слабее. Но сила и скорость ударов ногами не могла не восхищать, и в разы компенсировала недостатки работы руками. Аверин проанализировал данную информацию и решил рискнуть.
– Арана, Гор! Стиль – Миара! – скомандовал он. Спутники услышали. Как только ученикам Ак-Сата удалось нарастить дистанцию между ними и соперниками, они перегруппировались и встали в стойку, которую ещё пока не использовали на Арене. Алеуты слегка замешкались, оценили ситуацию и ринулись в бой. Но в этот раз им было сложнее доставать оппонентов своими пусть и не менее стремительными, но теперь уже не такими точными ударами. Аверин, Арана и Гор уходили от всех атак, и при этом умудрялись совершать контратаки после успешных уклонений. Хотя алеуты практически не подставлялись под удар. Император поднялся со своего места, подошёл ближе к краю трибун и заинтересованно наблюдал за сражением. Аверин крутился, словно игрушечный волчок. Этот стиль был полон уловок и обманных манёвров, парирований и контратакующих элементов, чем юноша активно пользовался. Хотя теперь никто, ни алеуты, ни ученики Ак-Сата, не могли нанести друг другу урона, Аверин чувствовал, что что-то в бою переломилось. Если ранее уверенность зрителей в победе алеутов поглощала всю арену, теперь её стало гораздо меньше. Среди них Аверин даже смог уловить несколько, которые надеялись на победу чужеземцев, ради разнообразия. Это придавало сил и веры в себя. Но спустя какое-то время алеутам это, видимо, поднадоело. Они резко ретировались, отбежали на достаточное расстояние, чтобы успеть выхватить своё оружие из ножен, и снова
