стеклом, тяжело дышит, будто пытается загнать обратно того самого медведя, что уже рвался наружу.
А Эйрик наоборот нависает надо мной. Его тень ложится на кровать и на мои руки.
— Хочешь помочь? — не выдержав, гаркаю на него и вскидываю взгляд.
— Больно надо, — фыркает он, но всё же приносит мне мою сумку.
Я быстро развязываю её и на ощупь начинаю перебирать знакомые мешочки с травами. А сама осматриваю руки Алрика и понимаю, что моих трав должно хватить.
А вот когда разрезаю брюки, понимаю, что всё немного сложнее. На одной из ног рваная рана, и она выглядит грязной. Почерневшей что ли, будто туда попала не просто грязь, а что-то похуже. Края воспалены, кожа вокруг потемнела.
А вот другая, как и на руках, не серьёзная.
— Эйрик, ты можешь сходить за водой? — спрашиваю его с надеждой в голосе. — Нужно промыть. И для смешивания трав понадобится.
Мужчина приподнимает бровь вопросительно. И я понимаю, что забыла, с кем разговариваю.
Что их Алрик интересует только до той поры, пока он сильный воин и маг. А если он бесполезен, то аскадцы о нём переживать не станут.
Но мне нужно, чтобы эти разобщённые мужчины были вместе. Они дополняют друг друга. И смогут меня защитить от незнакомца.
Я убедилась сегодня, что не факт, что силы аскадцев бы хватило.
Резко встаю и уже собираюсь выйти, как Касар меня перехватывает и кивает на Алрика.
— Оставайся. Я схожу за водой, — произносит вроде ровно.
Но смотрит на меня так, будто внутри него происходит борьба. Я киваю и возвращаюсь к Алрику, а Эйрик выходит за дверь вслед за братом, хлопая ею.
— Что-то они оба странные, — озвучивает мои мысли Мерзаль.
— И мне с этим придётся мириться, — удручённо отвечаю и достаю всё, что нужно. — Пойди ещё попроси взять ступку с мешателем, — прошу его.
И Мерзаль перемещается к Эйрику.
— Что ж ты так неаккуратен? — спрашиваю совершенно безмятежно на первый взгляд спящего мужчину.
Провожу пальцами по щеке, осматривая лицо. А он неподвижен и будто расслаблен. Это так непривычно — видеть сильного мужчину в таком состоянии.
Он сейчас беззащитен и слаб, и этот внешний вид обманчив.
Когда Эйрик приносит всё, меня это удивляет, но я не спрашиваю, где подевался Касар, а приступаю к лечению. Промываю ссадины и ту самую серьёзную рану, но это мало помогает. Она остаётся чёрной.
Размельчаю в ступке травы и заливаю их тёплой водой. Размешиваю мазь, потому что при смешивании этих трав они загустевают, превращаясь в густую тёмно-зелёную массу.
Пахнет не очень — горько, резко, с каким-то болотным оттенком, но работает безотказно.
— Что ты туда намешала, что оно так воняет? — спрашивает, кривясь, Эйрик.
— Вот когда тебя ранят, узнаешь, — спокойно реагирую и продолжаю наносить мазь.
Я осторожно распределяю её по ране, стараясь не давить слишком сильно. Мазь быстро начинает темнеть на коже, впитываясь в края раны.
И когда заканчиваю, понимаю, что успокоиться не получится, потому что Алрик начал тяжелее дышать и периодически задерживать дыхание. Его грудь то резко поднимается, то на мгновение замирает.
Я хмурюсь и уже тянусь проверить его лоб рукой, как рядом раздаётся голос.
— Пойдём, — зовёт меня Эйрик.
— Куда? — удивляюсь.
Но он не оставляет мне выбора и тянет из комнаты.
— Эйрик, я должна остаться с Алриком. По крайней мере пока, — протестую и вырываю свою руку из захвата.
— Ты должна мне, и на этом всё, — жёстко ставит он меня на место. — Мирана, откуда у простого наёмника такой замок? — спрашивает с подозрением и окидывает взглядом коридор.
— На местных нападали вампиры. Он их перерезал и замок оставил себе. Это если вкратце, — фыркаю, поясняя.
— Допустим. Но мы теперь здесь заперты. Тебя это не смущает? — понизив тон и с тяжестью в голосе спрашивает он.
— Приплывёт девушка, и будет лодка, — отвечаю и на это.
— А до этого отсюда уйти мы сможем только с помощью Алрика, который без сознания, получается, — резюмирует Эйрик.
— Получается. Но тут недалеко, если что, — киваю в сторону суши с поселением. — Ты же говорил, что бравый воин. Доплывёшь, — издевательским тоном произношу.
И он срывается. Хватает меня за плечи и резко прижимает к стене. И я тут же чувствую спиной холод камня и его крепкую хватку на плечах.
Но я отступать не собираюсь.
Я ведь вижу, что в его голове уже чёрные мысли закрадываются. Вижу и понимаю, что мне придётся отстаивать Алрика.
— Я ему не доверяю, как и раньше, — рычит он. — А теперь это.
— Эйрик, дай ему прийти в себя, а потом задавай ему любые вопросы, — шиплю в ответ. — Сначала я убежусь, что ему станет лучше, а потом ты будешь здесь менять свои решения.
— Помни, ведьма, что ты должна сделать, иначе многое изменится, — угрожает он и наклоняется ко мне ниже, чтобы я не могла отвернуться. Чтобы наши носы почти соприкоснулись. Его дыхание касается моей кожи, горячее, тяжёлое. — Ты ведь умная девочка, Мирана, и бежать от неизбежного глупо, — последнее он произносит налегке.
И, оттолкнувшись от стены руками, отходит на шаг.
Вот только его оскал и горящие глаза не дают мне и шага ступить. Он сейчас опасен и готов напасть. В нём всё ещё бурлит бой, злость, зверь, которого он едва держит в узде.
А я слишком рассредоточена, чтобы полноценно защищаться.
— Уходи, — прошу его.
На что он лишь склоняет голову набок, изучая меня, будто оценивает, как далеко я готова зайти. А потом разворачивается и идёт в комнату с Алриком, и мне ничего не остаётся, как зайти за ним.
Он усаживается на стул, лениво откинувшись на спинку, но напряжение в его плечах выдаёт всё, что он пытается скрыть.
А я подхожу к больному.
Между нами воцаряется напряжённая тишина. Её прерывает лишь тяжёлое дыхание Алрика, который всё ещё борется за жизнь где-то на грани сознания.
Глава 29 Мирана
Глава 29 Мирана
— Мирана, — зовёт меня тихо Алрик и прикасается к моим волосам.
А я в первые секунды не понимаю, что происходит. А когда вспоминаю, резко поднимаю голову.
Оказывается, я уснула прямо так и легла
