class="p1">— Я знаю, где Корсика! — в исступлении выдохнул Гитлер. — Но вы мне предлагаете ледовой континент!
— Пока, на данный момент, это самое безопасное место для зарождения нового рейха, мой фюрер.
Тот обхватил руками голову.
— Что я скажу нации? Что я объявлю своему народу? Что я бежал из Берлина как вшивая собака?
— Мы не будем оглашать ваше отбытие. Все случится внезапно. Тайно, под покровом секретности.
Гитлер притих. Размышлял. Потребовал карту. Принесли два адъютанта, расстелили на широком дубовом столе.
Вмиг постаревший глава Третьего рейха неуклюже приблизился. Руки дрожали. В дверях канцелярии возникли два генерала. На прием пришли чиновники и бонзы, входившие в близкое окружение Гитлера.
— Пусть заходят, — распорядился он.
Окружили стол. Здесь собрались все, кто был посвящен в тайный отъезд своего фюрера. Слово взял адмирал Дениц:
— Вот здесь швартуются субмарины моих караванов, герр Гитлер, — указал адмирал на точки швартовок. Побережье Антарктиды было испещрено флажками, пунктирами, указателями тех или иных подземных объектов.
— Новый Берлин, — так мы назвали будущий оплот нового рейха, — высокопарно заявил он. — Я отдал указания коменданту объекта о строжайшей секретности операции. До поры до времени вам, мой фюрер, надлежит оставаться инкогнито. Караваном субмарин вас доставят под видом агента службы Бормана. Будет знать только комендант Нового Берлина и два его помощника. Плюс Скорцени, плюс три ваших помощника из сферы обслуги. И отборный проверенный взвод охраны.
— Я, великий фюрер, отец германской нации, и буду каким-то агентом?
— На первое время, мой фюрер. Это на случай, если союзники с русскими бросятся по вашим следам. Простите, — вытянулся во фрунт адмирал, — но вам следует сбрить ваши усы. Они слишком известны всему миру.
Гитлер бессильно опустил дрожащие руки. Теперь за него решали его же соратники, его подчиненные. Усы не проблема. Они действительно представляли угрозу.
— Также вам изменят прическу, цвет волос. Вставят новые пломбы. В глаза поставят изменчивые линзы. Они изменяют цвет. Введут имплантат.
— А это еще для чего?
— Он слегка изменит вашу походку. Вашу стать.
Гитлер молчал, подавленный. Не мог оправиться от потрясения.
— И голос, мой фюрер, — продолжал Дениц. — Поскольку ни один врач на планете не может изменить пациенту гортань, то вам надлежит первое время не выступать публично и не входить в контакт с кем бы то ни было. Исключение составит ваша команда обслуги, охрана, помощники и комендант с двумя помощниками. Для остальных на Базе-211 вы агент структуры Бормана. Я сказал все! — отступил адмирал.
— Караван тайной доставки готов, — доложил его помощник. — Теперь о технической части. Вот здесь, — он развернул план-схему подводной лодки, — будет ваша каюта. Рядом Скорцени. Лодка повезет в Антарктиду запасы минералов и удобрений. В состав каравана будут входить грузы с ртутью, ураном, рудой и железом. Другие лодки повезут части агрегатов, кранов, бурильных установок, экскаваторов и прочей техники. Новый Берлин только строится, и по легенде, вы — один из агентов-консультантов. К вам не будет доступа. Вас оградят от всех ненужных посетителей. Как и сказал мой адмирал — вы для всех в качестве инкогнито.
— И что дальше? — взвился яростью Гитлер. — Я брошу свою нацию, свой народ! Что дальше? Буду превращаться в ледышку в этой вашей «базе двести одиннадцать»?
— Придется, мой фюрер, — выступил вперед адмирал Канарис, до этого хранивший молчание. Все повернулись к нему. Две миловидные фройляйн принесли подносы. На них коньяк, закуски, чай — кому, что на выбор. Гитлер обмяк. Постарел. Свалился в кресло. Вяло махнул рукой.
— Продолжайте.
— Союзники с русскими будут строго следить за каждым вашим шагом. Они и сейчас следят. Эти механические автоматы, кружащие высоко-высоко над Берлином, уже сейчас передают русским съемки наших объектов. Как развита эта технология, мы не знаем. Но русские получают сведения буквально о каждом нашем шаге.
— Что предлагаете?
— Начиная с этой минуты, мой фюрер, вы уже не Гитлер. Простите. Вы не вождь нации. По документам вы агент структуры Бормана. Ваше имя, — протянул Канарис пачку документов с гербами рейха, — отныне вы Густав Фридрих Кролль. Да-да, Кролль. Таким был когда-то человек, уже исчезнувший из памяти людей. Его никто не знал и не знает. Он возродился заново. В вашем, разумеется, измененном обличьи.
Канарис щелкнул пальцами. В дверях возникли фигуры в белых халатах.
— Вам изменят облик, прическу, походку, цвет глаз. Это штат специалистов, подобранный тайно от всех. Из этой комнаты вы выйдете уже другим человеком. Хайль Гитлер!
— Зиг хайль! — вскинули все руки.
Гитлер сидел ошеломленный. Подавленный. Он стал ручным.
Специалисты принялись отгораживать ширмой пространство для хирургической операции. Расставили стол, кресло, подголовник, капельницу. Подключили оборудование. Разложили инструменты, приборы. Установили экранное зеркало. Когда обговорили последние детали отбытия, и все удалились, он язвительно обратился к Борману с Гиммлером:
— Надеюсь, мне позволят забрать с собой Еву?
— Так точно, мой фюрер! Это даже не обговаривается.
— И на том спасибо, — гневно оборвал фюрер. — Хоть женщину мне оставляете. Я теперь без империи, без народа, без нации.
— Мало того, вы можете взять с собой кого угодно из своих близких.
— Адъютантов? А кто у меня еще остался из близких? Я одинок, господа. Одинок. — На миг задумался. — Разве что моего любимого пса Блонди.
Гитлер свистнул. В канцелярию вбежала немецкая овчарка, известная впоследствии всему миру по снимкам в архивах.
— Блонди, крошка моя! — потрепал он за ухом. — Нам с тобой предстоят снега и забвение. Льды и безмолвие. Забытье и бесславный конец.
Принимая последние на сегодня таблетки, фюрер жестом отпустил Гиммлера с Борманом.
Теперь он был во власти хирургов, логопедов, анатомов, дантистов. После окончания операции их тайно ликвидируют.
А пока… пока он все еще Гитлер.
Но скоро станет Густавом Фридрихом Кроллем.
* * *
Скорцени в спешном порядке покинул берег шестого континента, спустя шестнадцать дней прибыв в порт Мухафасы. Караван субмарин под кодовым названием «Ледяной дом» отбыл тайно с одной из секретных верфей Суэца. Перед этим новоявленный Густав Фридрих Кролль, изменивший внешность до неузнаваемости, был под покровом ночи вывезен из Берлина. Там герра Кролля поместили в самолет. Сопровождали только лица, бывшие в самом узком кругу фюрера. Тут же с ним находилась и Ева Браун. Овчарку Блонди запустили в салон самолета последней. Перелет через половину Европы
