подарка на день рождения.
— Тому самому генералу?
Мэй кивнула. В Поднебесной было не так много генералов, и все они бывали в поместье отца. Но вот генерала Дзюна я никогда не видела. Однажды, когда он прибыл с визитом, отец с братьями специально уехали в военный лагерь, чтобы провести переговоры там, и не пускать генерала в дом. Отец боялся, что честь кого-нибудь из женщин дома Вэй будет задета.
Уже тогда у генерала Дзюн была законная жена и несколько наложниц. Говорят, что в военном лагере он держал любовницу.
— Есть еще новости?
— Из дома Фэн пришли вести.
— Маркиз очнулся?
Мэй протянула мне влажное полотенце, а я вся превратилась в слух. Я смогла уйти из поместья, но месть не свершилась. И терять бдительность было крайне опасно.
— Лекарь, который его осматривал, доложил князю, что уже через десять дней маркиз сможет встать с постели. Его здоровье не восстановится, но он будет дееспособным.
— Дееспособным и жаждущим мести, — добавила я вслух.
Появление князя на банкете и его открытое заступничество, задели гордость маркиза. Я была уверена, что он попробует что-нибудь предпринять. Конечно, оспаривать императорский указ Фэн-Жун не посмеет. Но навредить мне, или князю — постарается. Вопрос только как будет действовать.
Самый простой способ мести — убийство. Самый простой способ убийства — подкупить слуг. Подкупать кого-то из поместья князя будет сложно. После отравления третьего господина прошло не так много времени. Рабы еще помнят, что случается с теми, кто посмел предать хозяина. Но вот люди, которые служили мне в доме мужа… Те, кому я доверяю… На них может быть сделана ставка.
— Мэй!
— Слушаю, госпожа моя.
— У тебя есть семья?
— Нет, госпожа. Вы же знаете, генерал Вэй спас меня, когда деревню, где мы с бабушкой жили, смыло потопом.
— А у остальных слуг?
— Я не про всех знаю. У Юй есть матушка. Она служит в павильоне вашей бабушки. А ее отец исчез еще когда Юй была у матери в животе. И чтобы выжить, свекровь отправила матушку Юй кухонной рабыней.
— Шан Ци?
— Ее братья служат у генерала.
— Что про остальных знаешь?
Все семьи из моего близкого круга, так или иначе, были связаны с домом отца. Видимо, не просто так генерал подбирал прислугу в приданое. Только Цин оказалась неблагодарной собакой. Но вот остальные рабы, приобретенные уже в уезде, были не так безопасны. Да, я сделала много, стараясь заслужить их преданность. Но, если речь зайдет о жизнях их родителей, детей или любимых, сохраниться ли эта преданность?
* * *
Князь Хань
— Вести из императорского дворца, — Лян протянул хозяину письмо.
Послание было помечено как срочное, поэтому слуга не стал дожидаться окончания переговоров с главным казначеем уезда.
Первое, что увидел князь, были мелкие иероглифы, принадлежащие императрице. Обычно мать Поднебесной не писала ему. Это противоречило правилам и этикету. Считалось неуместным. Но видимо в этот раз супруга императора решила сделать исключение из правил. Она предупреждала князя о том, что император и мать Ханя покинут дворец в последний день этого месяца. Подробно описала маршрут, по которому планирует следовать Император, и попросила отправить ему навстречу надежных людей.
Глава 40
Мин-Сю
Весь день прошел в тревожных заботах. В поместье маркиза осталось несколько надежных людей, через которых можно было узнавать новости. И эти новости меня тревожили. Старая госпожа несколько раз тайно покидала поместье. Но куда она ездила, и зачем, никто не знал. Ее экипаж останавливался рядом с торговыми улицами. Со стороны это выглядело как поход по лавкам, но возвращалась старая госпожа без покупок. Все это выглядело странно. Я отправила людей князя, чтобы те незаметно проверили гостиницы и трактиры. Но информации пока не было.
Зато о делах Фэн-Жуна новостей было больше. В поместье судачили, что наложница Цин быстро завоевала внимание маркиза и теперь она сама носила мужчине питательные супы и отвары. А вот Сюэ-Жэнь впала в немилость.
— Никто не знает, что она натворила? — спросила у Мэй, когда та подавала чай.
— Нет, госпожа. Маркиз запретил слугам пускать ее. Даже старая госпожа перестала приглашать наложницу на утреннее приветствие. И отобрала у нее жетон и ключи от кладовых. Еще в поместье появилась новая наложница. Служанка из кухни. Она была в покоях маркиза два раза. Но тайно. Наложницам запретили об этом рассказывать.
— Мать Фэн-Жуна надеется на внука. Передать власть и титул побочной ветви будет означать для нее окончательное поражение.
— Похоже, вы правы, госпожа.
Я сделала глоток сладковатого отвара. То, что Сюэ попала в опалу и фактически заняла мое место, немного грело душу. Я вдруг подумала, что женщинам в этом мире живется очень тяжело. Подняться без опоры в виде мужчины практически невозможно. Но эту опору так легко потерять, что хвататься за нее страшно. В прошлой жизни Сюэ Жэнь не просто уничтожила меня, она еще и контролировала территорию вокруг своей опоры, как лиана, вытесняющая со своей земли конкурентов. В этой жизни я не дала ей закрепиться, но жалости не испытывала. Я снова вспомнила боль от кинжала, убивающего ребенка в моем животе.
— Хорошо. Князь сейчас где?
— У себя, госпожа. У него посетитель.
— Что за посетитель?
— Не знаю. Но, его провели тайно, через задние ворота.
— Ну, раз ты знаешь такие подробности, значит, не так уж и тайно его провели.
Щёки Мэй тут же вспыхнули.
— Я не специально, госпожа. Просто случайно.
— Ладно, пойдем. Пора и мне проявить заботу о князе.
* * *
Князь Хань-Шэн
В павильоне пахло свечным воском и резкими благовониями. Хань-Шэн не любил этот запах, но эти благовония были единственным средством, перебивающим аромат павильона “Сладких голосов”. Сам по себе запах князя не волновал. Но он боялся, что Мин-Сю, которая до сих пор ни разу не была в его кабинете, почувствует развратные благовония проституток и разврата.
— Простите, господин, — Чэн-Чэн опустился на колени перед императорским потомком. — Вести срочные. Я не успел привести себя в порядок, чтобы не осквернять ваш нос.
Хань кивнул. Бастард покойного маркиза от отца взял разве что внешность. Благородные черты, глаза с поволокой, сильный подбородок. Но все остальное ему досталось от матери. Та, которую считали куртизанкой, на самом деле с юных лет служила шпионкой императорской семьи. Благодаря красоте, живому уму и какому-то
