бы драться вместо него. Во мне троллья кровь, и…
– Да-да, тебя тяжело ранить мечом, – перебила я. – А теперь представь, как Баво воспримет то, что на дуэли его будет замещать девушка. И что об этом подумает двор.
Служанка сразу скисла. Я похлопала ее по плечу, хотя знала, что это слабое утешение. Особенно когда ты влюблена в того, кого сейчас могут убить, а ты бессильна что-то исправить.
Глава 22.2
– Может, все же обратиться к кому-нибудь? Отчаянные времена – отчаянные меры, – продиктовала Фарья строчку из знаменитой поэмы о древней войне.
Я в отчаянии помотала головой. Элент ясно дал понять, что лучше молчать, иначе мы не спасем Баво, а лишь выроем яму сами для себя. Да и к кому пойти? Я здесь никого не знаю!
Взгляд упал на леди Ивирию и нага, которые держались за руки и встревоженно смотрели на ристалище. Мне показалось, что оба волнуются за Баво, и они оба были магами. Может, это Небеса подают мне знак, как раз когда Фарья цитирует крылатые строчки?
Правда, такие меры уж точно будут отчаянными. Послы двух соседних государств наверняка охотно помогут, зато и стребовать потом в отплату могут столько, что весь Грелад застонет. Вот только если сегодня убьют будущего короля, этот стон будет еще тяжелее и громче.
Я глубоко вдохнула, пытаясь придать себе хоть немного хладнокровия, и принялась раздавать приказы.
– Фарья, ты опытна в дворцовых интригах. Наблюдай за гостями и запоминай тех, чье поведение кажется подозрительным. Тана, ты умеешь по одним лишь движениям определять убийц, поэтому твоя задача будет такой же, как у Фарьи. Руку могу на отсечение дать, что к зачарованию Баво причастны Цереш и Шайла, но оба не маги – они не могут управлять принцем. Где-то здесь у них есть сообщник. Если успеем помешать его планам до того, как начнется бой, можем спасти будущему королю жизнь.
Горничные разве что по стойке смирно передо мной не встали и сразу же принялись ходить по двору, делая вид, как будто кого-то ищут, и внимательно поглядывая на гостей. А я заспешила к нагу и его жене. Хоть бы они согласились…
До супругов оставалось меньше десятка шагов, когда я чуть не налетела на женщину, внезапно появившуюся прямо у меня под носом. Ругательство уже было готово слететь с языка, и я с трудом его подавила, когда узнала в кинувшейся ко мне даме саму королеву.
Каринсия крепко схватила меня за локоть, не давая отойти. Похоже, она по-настоящему тревожилась за сына – седые волосы растрепались, глубокие морщины уже не могла скрыть никакая пудра.
– Эванэрис, милая, – быстро-быстро зашептала королева. – Нам нужно остановить это безумие, но Баво и слышать меня не хочет. Как пятнадцатилетний мальчишка, все обиды припомнил. Попытайтесь хоть вы что-нибудь сделать! Вы с ним уже говорили?
– Конечно говорила! – в сердцах воскликнула я. – А могла не говорить, по-вашему? Только он и меня не слышит. На него хитростью наложили чары, которые теперь управляют его разумом. Причем устроено это так, чтобы вместо истинного виновника подставить нас с Элентом.
– Пресвятые великомученики! – глаза Каринсии распахнулись. – Дорогая моя, это ужасно! И хорошо, что вы меня предупредили. Если бы это первым услышал Сигтрик, он бы разбираться не стал, а я постараюсь случайно вам не навредить. Идемте скорее к ристалищу, надо придумать, что делать…
– Я уже придумала, – перебила я.
Королева проследила за моим взглядом и неодобрительно поджала губы.
– Послы Ханассы и Долары. Вы осознаете, чем это может грозить?
– Гибелью моего жениха! – резко произнесла я. – Ваше величество, это мое решение, мне за него и отвечать. Прошу, отпустите меня. Если послы потом начнут от вас что-то требовать, сваливайте всё на меня.
Пожалуй, это звучало недостаточно изысканно для королевы, но мне было не подбора выражений. К счастью, Каринсия с пониманием кивнула и освободила мой локоть.
– Удачи, дорогая, – пожелала она. – Я вызову архимага и постараюсь задержать бой.
Идея была правильной и разумной. Архимаг с такими чарами справится на раз-два, и его мнение никто не станет подвергать сомнению. Только в званом ужине он не участвовал – готовил где-то в лабораториях важный эксперимент к Жатве. Это значило, что быстро архимага во дворец не доставят. А насчет откладывания дуэли Баво свою позицию высказал – ему хотелось разрешить спор как можно скорее. Цереш, несомненно, приложивший руку к «отравлению» принца чарами, всячески это поддерживал. Оба уже заканчивали облачаться в доспехи.
Я помчалась к Ивирии и ал-Саархалу, от спешки путаясь в подоле собственного платья.
– Ваше высочество!.. Леди Ивирия!..
Они оглянулись на меня с удивлением и обменялись фразами на шипящем языке ханассцев. Только после этого женщина обратилась ко мне.
– Леди Дэверим, разве вы не должны быть рядом с женихом в такой момент?
Она не пыталась замаскировать осуждение в голосе. Я лишь головой бессильно помотала – мне уже было всё равно, что обо мне подумают.
– Пожалуйста, мне очень нужна ваша помощь. Я не знаю других магов среди присутствующих, к кому могла бы обратиться.
– Что случилось? – с прохладностью, не уступающей окружающей нас осенней ночи, уточнил наг.
Их неприязнь так контрастировала с тем, как они общались с нами после танца, что я замерла, не успев произнести первое слово. Внезапное озарение заставило меня с ужасом уставиться на супругов.
Они же сильные волшебники, оба. У них есть причины не любить принца. Ивирия играла роль невесты греладского принца, когда сбежала с нагом в Ханассу. Баво их там нашел и вроде как даже вызывал нага на смертный бой. После этого он по вполне понятным причинам невзлюбил всех змеелюдей и мешает ал-Саархалу наконец-то установить крепкие дипломатические отношения с Греладом. Это же так удобно – аккуратно устранить Баво, столкнув его лбом с давним противником!
– Н-ничего, – выдавила я из себя, разворачиваясь.
Невежливо получилось, ну и фьёрт с ними. Надо срочно рассказать обо всём королеве!
Глава 22.3
– Нет уж, постойте, – ладонь доларки, легшая мне на плечо, оказалась неожиданно крепкой для девушки. Тон был еще холоднее, чем у мужа. – Мой муж заметил на Баво чары, которых там не должно быть. Менталистские. Это ваша работа?
Ее голос дрожал от гнева. Притворяется? Прищурившись, я
