тряпичной куклой в жестяном ведре. Бум-бум-бум! Баво как будто издевался над ним, не убивая сразу, а колотя по шлему и нагруднику. Наконец брызнула кровь – принц ранил врага в ногу. Еще россыпь алых брызг – клинок проник в сочленения доспеха возле наплечника. Удар! Цереш кувыркнулся в песок. Меч вылетел за пределы площадки. Порвались ремешки, удерживающие шлем, и тот покатился к ограде.
Цереш, и правда словно паук, пополз прочь от Баво. Тот неспешно шел за ним – покинуть ристалище дуэлянту все равно не позволили бы, пока бой не окончен. Правила есть правила, даже если побеждает не тот, кто у придворных в фаворе.
Цереш это понимал. Остатки чести ему терять не хотелось, и он замер у края площадки. Вид у него был неприятный – вытянутое лицо в крупных каплях пота, из-под подшлемника неряшливо торчали взмокшие черные волосы. Сочувствие ему не хотелось выказывать, и двор стих в предвкушении кровавого финала.
Никто не сомневался, что принц нанесет смертельный удар. Об их ссоре со степным лордом знали если не все, то очень многие. Это была прекрасная возможность избавиться от противника, причем сделать это совершенно законно.
– Пощады! – прохрипел Цереш. – Сдаюсь и прошу пощады!
Баво размахнулся мечом, тот резко опустился… и воткнулся рядом с шеей лорда, отрезав ему прядь волос.
– Убирайся! – прорычал принц. – Увижу еще раз в Загреме – убью!
Секунданты Цереша кинулись к нему – забирать товарища с площадки, пока Баво не передумал. Избитый лорд сам идти не мог и даже с помощью друзей передвигался с трудом.
Принц же на твердых ногах подошел к краю площадки и высоко поднял меч. В ответ ему раздались громогласные радостные вопли.
Конечно, приветствовал победителя далеко не весь двор. Громче всех орали хорошо знакомые мне люди – Эрд, Итгар, Элент, хлопала в ладоши Каринсия. Некоторые с улыбками махали руками наследнику трона, как мне показалось, из чистой вежливости.
А я готова была заплясать. Всё получилось! Я помогла грозному Мэлрасу! Небеса и святая Мерезия со мной!
И в этот миг принц, пошатнувшись, рухнул в песок.
Я бросилась к нему, прыгая через ограду и не забивая себе голову тем, как неприлично при этом сверкают мои голые щиколотки. Но Илэйн успела подбежать к Баво первой. Пока ее брат торопливо снимал с него шлем, эльфийка с закрытыми веками простерла ладони над раной и зашептала заклятие.
– Отойди от него!
Я оттолкнула Илэйн, не заботясь о том, как это выглядит со стороны. Не позволю ей опять заколдовать моего защитника!
– Ты с ума сошла? – ахнула она. – Хочешь, чтобы Баво погиб? Ему нужно срочно оказать помощь!
– Знаю я, как ты ему поможешь – опять зачарованием отравишь! – огрызнулась я. – У тебя даже образования толкового нет!
– Уберите эту больную отсюда! – рявкнул один из аристократов, ближе всех стоявших к ристалищу. – Не мешайте лечить принца!
– Вот именно – его надо лечить, а не просто руками над ним размахивать! – рявкнула я в ответ. – Где королевский лекарь?
– Уже бежит, – это запыхавшаяся королева присоединилась к нам и склонилась над сыном. – Баво, мальчик мой! Ты меня слышишь?
Но он не смотрел ни на нее, ни на меня. Пока Элент и Итгар освобождали его от доспехов, чтобы лекарь мог добраться до раны и очистить ее, принц не спускал мутнеющего синего взгляда с эльфийки.
– Илэйн, – прошептал он. – Илэйн…
И потерял сознание. Густые темные кудри разметались по песку, смоченному красной жидкостью.
– Видишь, что ты наделала? – злобно прошипела Илэйн. – Прочь отсюда, пока принц по твоей вине не потерял слишком много крови!
Мне хотелось ударить ее. Оскорбить. Плюнуть. Сделать хоть что-нибудь, чтобы проучить эту наглую и лживую тварь, которая пыталась отобрать у меня моего Мэлраса. Но я не могла. Баво действительно требовалось лечение, а Илэйн, какой бы стервой она ни была, единственная здесь умела запирать кровь магией.
И принц назвал ее имя. Не мое…
– Пустите! – прокричали сзади. – Дайте дорогу королевскому целителю!
Людей почти что раскидало в стороны – это Тана перестала церемониться и начала отодвигать всех с пути лекаря, чтобы он быстрее спас наследника трона.
Меня тоже оттолкнули – почти как я только что Илэйн. Вокруг стало гораздо больше людей, и все они смотрели на меня злыми глазами. Но я же спасла принца!
Только им-то откуда это знать? Придворные могут разбираться в магии, но это не значит, что они сами маги. Никто не видел и не чувствовал того, что видела и чувствовала я, когда атаковала эльфийку.
Осознание этого вылилось на меня ушатом холодной воды. На негнущихся ногах я отошла к ограде и окинула взглядом двор.
Столько людей… И все они видели, как я мешаю Илэйн помочь принцу. Слышали, как он зовет ее…
Ее, а не меня. Я всегда буду для Баво никем, всего лишь фальшивкой, призванной скрыть истинное положение дел. Его настоящую любовь, какой бы гадиной она ни была. Да и для остальных я теперь посмешище, больная на голову завистница, а не невеста принца.
Я развернулась и, ничего не видя перед собой из-за слез, ушла со двора.
Глава 23.1
Ночь прошла ужасно. Я закрылась в спальне – видеть никого не хотелось, даже заспанных Шеба с Антом, которые примчались, как только узнали, насколько непредсказуемо завершился званый ужин. Всю ночь я металась по кровати, не могла спать и плакала. Много. Столько я не рыдала, даже когда открылось, что моя первая любовь – один богатенький наследник в Мелхене – посмеялся надо мной и сказал, что никогда не женится на такой нищенке.
Слуги тоже почти не ложились спать. Ант и Шеб мялись под дверью, Тана ходила туда-сюда. Она поняла, что произошло, и ей было за меня обидно. Это ведь я спасла Баво от смерти. Но кто теперь об этом узнает? Все будут считать меня выскочкой, настолько тупой, что устроила сцену ревности прямо над умирающим принцем.
Дура. Дура, дура, дура…
И не только потому, что не продумала, как себя повести с Илэйн сразу после дуэли. Больше всего меня злило, что мне есть дело до Баво и до того, как он ко мне относится. Я-то успела убедить себя, что он ко мне неравнодушен. А он, оказывается, всё это время мечтал
