Послышался частый топот — дезертиры первыми бросились выполнять просьбу Варода. Я полюбовался на вытаращенные глаза офицеров и отвисшие челюсти сержантов. В днище корабля появилось отверстие, из него вынырнул и полетел к земле человек на тросе. На мое плечо легла чья-то рука. Я оглянулся и встретил сияющий взгляд Ниби.
— Вот и все, Джим.
— Да, все хорошо, что хорошо кончается. Захватчики улетят и никогда не вернутся. Вы снова будете хозяевами своей планеты. И мир воцарится навеки.
— Ты тоже улетишь?
Мое сердце гулко екнуло. Схватив Ниби за руку, я приготовился утонуть в омутах ее глаз.
Но вовремя вынырнул на поверхность.
— Не знаю… Здесь, конечно, замечательно, но боюсь, для меня такая жизнь была бы слишком спокойной. Ты уж меня извини. В раю, конечно, неплохо, но я к нему не привык. Во Вселенной еще столько планет, где я не бывал… К сожалению, мне придется улететь.
— Оставайся лучше здесь, Джим, — посоветовал Варод, приближаясь к нам. — Иначе снова угодишь за решетку. Не забудь — на одной из планет тебя ждут не дождутся.
— И это говорите вы, Варод! — возмутился я. — После того, как обманом заманили меня сюда и бросили на произвол судьбы, хоть я и послал вам сигнал на ССВ. Если бы вы немного опоздали, погибла бы половина населения планеты…
— Ничего подобного! Мы все время находились на орбите и следили за происходящим. И слышали каждое слово Зеннора. Мы прибыли через два дня после того, как ты отправил сигнал.
— Через два дня? Слушали Зеннора? Быть того не может! Марк Четвертый знал бы об этом.
— А он знал. Мы с ним постоянно консультировались. Эта гениальная машина очень нам помогла.
— Ты хочешь сказать, что Марк Четвертый лгал мне? Как и ты?
— Да.
Я открыл и закрыл рот. Поразмыслил. Сказал:
— Так… Какого же кагала вы заставили меня рисковать своей шкурой, если могли приземлиться давным-давно?
— Мы ждали выборов, — улыбаясь, ответил он. — Сделали все возможное, чтобы выманить Зеннора с его родной планеты. Подсовывали ему «шпионов» с радиопередатчиками, чтобы он знал, что за ним наблюдают, а стартовав, отказался от мысли поддерживать радиосвязь с Невенкебла. А здесь за него взялся ты, и причинил ему массу хлопот. Должен тебя поздравить — ты прекрасно справился со своей ролью. У него совершенно не было времени думать о контактах со своей базой. А мы тем временем осуществили у него на родине небольшой государственный переворот, отобрав у военных бразды правления и передав их гражданским. Отныне на Невенкебла будет царить мир, а у власти стоять выборное правительство из штатских. А эти обезоруженные вояки будут возвращены на родину и демобилизованы.
— Вы меня выставили на посмешище, — дружелюбно сказал я. — Заставили таскать каштаны из огня.
— Я впервые слышу это выражение, но ты, наверное, хочешь сказать, что тебе пришлось делать для нас грязную работу?
— Примерно так.
— Ты прав, но не совсем. Ведь у тебя была своя причина, по которой ты прибыл сюда. Если бы мы не следили за тобой и не пришли на помощь, ты бы погиб.
С этим трудно было спорить. Да, я прилетел сюда по своей воде. Опустив взгляд на бесчувственное тело Зеннора, я с трудом подавил желание сломать ему два-три ребра.
— Что вы с ним сделаете?
— Зеннор психически болен, и подвергнется лечению. Потом он станет совершенно иным человеком.
— А как насчет меня?
— Советую остаться здесь. Все-таки, ты совершил побег из-под стражи, да и на Кусочке Неба тебя ждут не дождутся…
— Не тычьте меня носом в старый кагал, — возмутился я. — Вы что, забыли, что я — тайный агент флота Лиги? Что я вам помог обнаружить эту планету и сделал все, чтобы обеспечить вам успех? Даже от вашего имени обещал кое-кому вознаграждение…
— Да, я знаю, птица подслушала твой разговор с тем солдатом, Аспайей. Не беспокойся, мы ему заплатим.
— И мне заплатите.
Он потер подбородок и ухмыльнулся.
— Под платой ты подразумеваешь прощение всех грехов?
— Не только. Вы ликвидируете мое досье и выплатите мне жалованье за все то время, которое я работал на вас.
— Ладно. Пока ты служишь флоту, никто не напомнит тебе о прежних проступках. Пожалуй со временем из тебя получится неплохой агент, хотя ты слишком горяч…
— Ни за что! — воскликнул я. — Никогда! Чтобы я работал на закон? Чтобы я получал мизерную зарплату и ждал жалкой пенсии? Уж лучше умереть под забором. Нет, капитан, у меня собственные планы на будущее.
— Мечтаешь о карьере преступника?
— Совсем напротив. Я клятвенно вам обещаю — больше никаких преступлений! — Я прижал одну руку к сердцу, а другую поднял над головой. — Жизнь дала мне хороший урок. Я проклинаю свое преступное прошлое и даю торжественное обещание стать добропорядочным членом общества.
— Ну что ж, малыш, ты меня радуешь. Так и быть, я позабочусь, чтобы тебе заплатили жалованье. Хорошо, что ты решил встать на правильный путь.
— Да, сэр! Отныне я — честный человек.
Да, я солгал. Солгал с легким сердцем. А что еще оставалось делать, если все кругом — в том числе капитан флота Лиги и величайший искусственный разум во Вселенной, не стеснялись обманывать бедного мальчишку, бывшего пастуха свинодикобразов?
У меня пересохло в горле, и я остро ощутил желание промочить его четырехсолетним винцом. Отчетливо представив в своей руке полный стакан, я мысленно поднял его и произнес тост — за мое будущее!
Облизав сухие губы, я повернулся к Ниби и Стирнеру.
— Друзья мои, сегодня у нас праздник. Предлагаю его отметить. Между прочим тут неподалеку есть замечательный винный погребок…
Д.Бойд
ПОСЛЕДНИЙ ЗВЕЗДОЛЕТ С ЗЕМЛИ
Отрывок из речи в Иоганесбурге:
Мы горячо жаждем и страстно молимся о том, чтобы поскорее наступил конец этой страшной войны — нам нельзя забывать об огромных возможностях лазера, так как из-за нашего несовершенства изобретение это нашло такое неудачное применение в последние годы.
Ускорение квантов света, опровергая старые границы физики, одновременно представляет собой серьезное предупреждение для общественных наук. Возможно, когда-нибудь мы освободимся от уз истории и осудим свое прошлое, став подобными богам.
Так давайте жить справедливо, сообразуясь с тем, как должно понимать справедливость, чтобы дела наши не канули в лету.
А.Линкольн
Глава первая
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
