принялся расшнуровывать ботинок.
Вдали слышалось недовольное порыкивание оставшихся без вечерней трапезы монстров. Они не стали подниматься в гору и решили уйти. Урядов внимательно оглядел пещеру. На грязном лице появилась озадаченность.
– О чём думаешь, Паша? – спросил Самойленко.
– Надо бы тебя перевязать, пока не истёк, – ответил тот и посмотрел на четвёртого бойца. Тот, присев на валун, перезаряжал автомат. – Займись.
После чего повернулся к уходящему вглубь пещеры туннелю.
– А ты?
– Пройдусь. А то мало ли. Как бы тут другого выхода не оказалось.
– Что-то быстро они ушли, – угрюмо заметил сидящий на полу парень. Морщась от боли, он растирал лодыжку.
– То-то и оно, – произнёс Урядов. – А нам такие сюрпризы на хер не нужны. Что с ногой?
– Ерунда, – отмахнулся тот. – Малёха отсижусь и пройдёт.
Павел усмехнулся:
– Как ещё наверх залез.
– Даже не помню, – хохотнул парень и болезненно дёрнул щекой.
– Да взлетел едва не вперёд меня, – с беззлобной ехидцей ввернул боец, присаживаясь с аптечкой около Самойленко.
– Глянешь тоже, – распорядился Урядов, – обезбол там, повязку. – И включил подствольный фонарик. Вглубь пещеры ударил яркий свет. – Так, ладно, мужики, я скоро. Повнимательнее тут.
И, промокнув рукавом влажный лоб, он нырнул в туннель.
Жёлтый луч, скачущий по каменисто-серому ходу, упёрся в развилку. Первый коридор в конце сузился до того, что в него не то что пустынный монстр, Урядов сам бы с трудом протиснулся. Второй подвёл к чернеющему провалу. Затаив дыхание, Павел приблизился к самому краю и обнаружил каскад выступов, напоминающий крутой спуск из выдолбленных в скале ступенек. Заинтересованный, он крадучись двинулся вниз.
Лестница закончилась входом в просторную полость. Обводя фонариком потолок и стены Урядов подробно и с изумлением рассматривал место, которое группа искала целых два дня. Два долгих и нестерпимо горячих дня.
– …!
А оно, оказывается, всё время находилось рядом. Место (…!) со следами человека. Оно без конца маячило перед ними, восставало из-за каждого бархана, носом тыкая всех четверых: СЮДА!
– …!!!
Стены пещеры покрывали наполовину стёртые рисунки: пейзажи, экзотические растения, фигурки людей. Чужая далёкая жизнь. На ровно обтёсанном валуне, который несомненно служил столом, пылились горшки и чаши, «цвели» давно засушенной плесенью деревянные предметы быта. Между ними лежали потускневшие ножи, скребки, шила. На валунах и в углах кучами дыбилось тряпьё – истлевшие и полностью потерявшие цвет одежды и коврики. Вместилища в скальных разломах заполняла разная мелкая утварь.
В одной из ниш светлел какой-то вытянутый предмет. Урядов вытащил его на свет. Это оказался свиток. Повезло – порча его практически не коснулась.
Далёкий вой отвлёк Павла от изучения артефакта и вернул к вопросу безопасности. Смертельная угроза никуда не делась. За надёжными каменными стенами продолжали рыскать адские монстры.
Он оставил свиток на столе и занялся осмотром шахты. Тщательно обследовал все углы и щели и обнаружил второй выход в пустыню. Сразу за кривым узким проёмом виднелись волны песка. Можно было не переживать. Даже если твари на него набредут, в гору не проникнут. Разве что размером с тушкана. Но таких тут не держат.
– Паша?.. – прилетел сверху настороженный голос Самойленко.
Урядов вскинул глаза:
– Что там?!
– У нас порядок. Ты где?
– Уже поднимаюсь.
Сослуживец стоял на середине «лестницы», держась за перевязанное плечо. Урядов прихватил со стола свиток и стал подниматься.
– Здесь жил кто-то. Вот.
Он подошёл к Самойленко и показал находку.
– Опа, – лицо парня вытянулось от изумления. – Будет чего Хасану показать. – Он быстро посмотрел по сторонам, взгляд посерьёзнел. – А что на счёт выходов?
– Есть один, но там даже крыса не пролезет. Так что можно спокойно завалиться спать. Что делать дальше, будем решать утром.
Они вернулись к товарищам. Все четверо уселись кру́гом и склонились над находкой. Пальцы с большой осторожностью развернули ссохшийся свиток. Нанесённые на ткань символы были незнакомыми, но рисунок – вполне понятным. Район с грядой барханов, гора и подробный лабиринт Джахи. Но полной неожиданностью оказался оазис, виденный днём в мираже.
Чертёж сопровождали универсальные знаки – стрелки и чёрточки, в которых с лёгкостью узнавались примитивные расчёты.
Урядов усмехнулся. Что ещё было думать. Он лишний раз убедился в том, что не просто так их кругами водило, ловко путая и не позволяя уйти. Он поделился мыслями с товарищами.
– Ты ещё тварям этим спасибо скажи, – хохотнул Самойленко и поморщился от боли.
Компания дружно рассмеялась:
– Вот уж точно. Если бы не они, хрена с два мы нашли б это место.
Привалившись к холодной скале, Урядов и сам расхохотался, ощущая, как спадает с души тяжкий камень. Уж очень хотелось скорее освободиться от груза нервного напряжения последних часов. Отсмеявшись и утерев слезу, он более внимательно взглянул на древнюю карту.
– Ну что, мужики, теперь путь в Джахи для нас открыт.
В полумраке блеснули глаза Самойленко:
– Осталось утра дождаться.
Через час в пещере стало совсем темно. За узким проломом синело небо и перемигивались далёкие звёзды.
Глава 26
Мёртвый город. День пятый
– Лин?.. – заглянул в комнату Росс. Застигнутая врасплох девушка уронила сумку, из которой на пол вывалилось содержимое. – Мы идём к озеру. Ты готова?
Молча кивнув, Алина присела и стала запихивать вещи обратно.
– Ты в порядке? – нахмурился он.
Не поднимая глаз, она опять кивнула.
– Не задерживайся, все уже ушли.
– Да сейчас.
Она быстро отвернулась, оставив его в недоумении пялиться на её напряжённую спину. Он в замешательстве переступил с ноги на ногу и отправился во двор. Алина вышла через пять минут, оглаживая на бёдрах мятую цветастую юбку. Росс нетерпеливо двинулся навстречу и хотел взять девушку за руку, но неожиданно встретил отпор.
– Что ты со мной, как с ребёнком, – произнесла она недовольно.
Напряжение последних дней махом вырвалось наружу, и Эд грубо развернул
