— Пусть бы только господа мушкетеры пожаловали бы сюда, — кричал д'Орфруа, — не ушли бы они от нас подобру-поздорову!
— То-то и беда, что они прячутся, когда чуют опасность, — проговорил Рансон.
— Я у них еще в долгу, особенно у виконта, — подал голос Алло.
— Подожди, они попадутся еще в наши руки, — сказал со злобой Жюль Гри.
— И тогда они уже не уйдут от меня! Клянусь честью д'Орфруа!
— Мы здесь, господа! Приводите в исполнение ваши угрозы, — раздался вдруг у дверей громкий голос. — О, да какая здесь собралась знатная компания!
После сидевшие за столом четыре приятеля вскочили со своих мест и уставились на дверь.
На пороге стоял виконт, а позади него маркиз и Милон.
Такого быстрого появления трех мушкетеров эти негодяи не ожидали. Прославленная храбрость бывших гвардейцев кардинала, казалось, вдруг покинула их.
— Это они! — воскликнул Жюль Гри, раньше всех опомнившийся от испуга. — Это три мушкетера!
Виконт вошел в комнату.
— Господин Гри, — обратился он к сыну Пьера Гри, — именем королевы я арестую вас!
— Вы арестуете меня? — язвительно засмеялся Гри, — по какому праву? Не думаете ли вы, что я поверю вам на слово? Вы втроем явились для того, чтобы взять меня одного?
Алло, д'Орфруа и Рансон засмеялись, произнося вполголоса насмешливые слова.
— Счастливый случай привел моих друзей сюда, чтобы они были свидетелями вашего нового геройского поступка, — продолжал Жюль Гри.
— Перестаньте говорить глупости, — перебил Милон, который уже не в силах был сдерживаться, — мы не намерены терять время на пустые разговоры.
— Неужели вы действительно думаете, что я подчинюсь вам? — спросил Жюль Гри, — если вы сию же минуту сами не уйдете из этого дома, то…
— Я заткну тебе рот, — сказал Этьенн, обнажая свою шпагу. — Если ты добровольно не пойдешь с нами, мы употребим силу, любезный!
Виконт напал на Жюля, который также обнажил шпагу и стал защищаться. В одну минуту все шпаги сверкнули в воздухе и три мушкетера атаковали четырех своих противников.
В это время Алло и Рансон подняли такой страшный крик, перемешанный с бранью, что в первую минуту мушкетеры не могли объяснить себе причины его, но через сколько минут все выяснилось.
Четыре экс-гвардейца, превозносившие перед тем храбрость, увидели, что им не устоять, решили своими криками привлечь внимание находившихся в гостинице ни цыган и всякий другой сброд.
Их уловка великолепно удалась.
Едва услышав шум и звон шпаг, сидевшие в распивочной поспешили к сражающимся и присоединились к противникам мушкетеров. Вооружившись кто костылем, кто стулом, кто палкой, одним словом, всем тем, что подвернулось под руку, они столпились у входа в комнату, в которой Алло, д'Орфруа и Рансон, сражаясь, старались приблизиться к двери, между тем как виконт держал Жюля на месте и не давал ему сделать ни шагу.
Положение мушкетеров стало довольно затруднительным, так как к их противникам подоспело подкрепление около тридцати человек.
Жюль Гри воспользовался минутой общего смятения, чтобы присоединиться к своим трем товарищам, что ему и удалось. Все четверо достигли двери, у которой остальная пьяная компания встретила их радостными криками одобрения.
— Закройте дверь! — закричал коренастый парень с разбойничьей рожей, — затворите дверь! Тогда три птички будут в клетке и мы сможем с ними позабавиться!
— Шарль правду говорит, — весело раздалось со сторон. — Да затворите дверь! Подоприте ее чем-нибудь. Тогда мушкетеры будут как в мышеловке!
Это предложение было принято с радостью, и бывшие гвардейцы кардинала уже приготовились выйти из комнаты, чтобы оставить в ней одних мушкетеров, как вдруг Милон, бросив на пол свою шпагу, обеими руками схватил Жюля Гри, только что намеревавшегося скрыться в толпе.
В ту минуту, когда толпа стала закрывать дверь, чтобы захватить мушкетеров, Милон схватил сына Пьера Гри за шиворот и за ногу, поднял его, как перышко, и не совсем нежно отбросил назад в комнату, в которой три мушкетера очутились одни с Жюлем Гри.
По ту сторону двери раздавались громкие радостные возгласы и шум множества придвигаемых предметов, которыми ее забаррикадировали.
Взбешенный Гри снова хотел броситься на виконта, которому надо было не убить Гри, а взять его живым. В это время Милон, сняв свой шарф, схватил бывшего управляющего замка, который был намного слабее его и, повалив его на пол, связал ему руки за спиной, а так как тот продолжал отбиваться ногами, он, взяв шарф маркиза, скрутил ему и ноги, да так крепко, что Гри теперь был совершенно беззащитен.
В это время Этьенн заметил, что осаждающие ограничились только укреплением двери, тогда как оба окна комнаты оставались свободными.
Он быстрым взглядом дал понять своим друзьям, что надо делать.
— Вылезайте в окно, — сказал Милон.
— Я сейчас же последую за вами вместе с этим молодцом, которого мы здесь не оставим.
— Помогите! — заорал во все горло Жюль Гри, — сюда, друзья! Спасите меня!
— Маркиз и Этьенн выскочили в окно! — еще громче закричал Гри.
В эту минуту Милон схватил и потащил его к окну.
Нищие и цыгане услышали зов.
Маркиз и Этьенн, которые ожидали Милона на улице, были тотчас же окружены толпой постояльцев гостиницы. Эти последние даже не решались нападать на двух мушкетеров, зная их силу и ловкость.
Милон схватил связанного левой рукой, в правую взял шпагу и приблизился к окну, у которого стояли маркиз и виконт.
При виде связанного Жюля Гри вся честная компания подняла дикий крик и замахала палками.
— Прочь! — закричал маркиз, — назад, говорю вам! Именем королевы пропустите!
— Долой мушкетеров! Бейте их! — раздался голос Рансона, — атакуйте их!
Увидев, что Алло и д'Орфруа бросились на мушкетеров, нищие осмелели.
Милон спустил Жюля через окно на землю, а сам выскочил вслед за ним и опять схватил своего пленника.
— Вперед! — скомандовал он, — эй, вы, пропустите!
Виконт и маркиз шпагами стали расчищать себе дорогу.
Когда двое из близко стоящих нищих были слегка ранены, у остальных при виде крови мигом исчезла храбрость. Они, правда, кричали, ругались еще громче прежнего, но, несмотря на все подстрекательства Рансона к новой атаке, ни один из них не тронулся с места.
Маркиз шел впереди, продолжая шпагой освобождать проход, за ним следовал Милон, волоча за собой связанного арестанта, а Этьенн, прикрывая их, замыкал шествие.
Таким образом они достигли моста. Все то время, пока они шли, их сопровождали дикие вопли следовавшей за ними пьяной толпы.
Около моста Алло и Рансон еще раз попробовали отбить у мушкетеров товарища, но маркиз и виконт отбивались от них так энергично, что вскоре вся шайка с улюлюканьем и бранью отправилась обратно в гостиницу, оставив скрежетавшего от ярости зубами Жюля Гри во власти трех мушкетеров.
