потом тяжело поднялся с кровати. Он долечится на пляже. В своей проклятой солнечной Калифорнии.
США, штат Калифорния, Сакраменто. Спустя еще три дня
Он чувствовал себя пустым.
Нет, он не страдал. Не испытывал боли. Просто все было не так. Над Калифорнией висело бескрайнее синее небо, а он хотел серости. Солнце слепило глаза и золотило кожу. Он мечтал о струях дождя, стекающих по стеклу, пальцы помнили ее кожу.
Песок жег ноги. Он мечтал о твердой грязной мостовой. Море дарило ласку. Он видел серую гладь реки.
Близняшки наводили на него тоску одним своим видом, как и любые другие женщины. У них были не такие глаза: не тот цвет, не то выражение. Нет веселой иронии или открытого насмешливого вызова. Их тела были слишком податливы. Он снова ждал вызова.
Английский язык резал слух. Слишком плавный и мягкий, лишенный цветистости и странного сленга.
Он задыхался в этом раю, с ненавистью смотрел на мертвый ноутбук и молчаливый смартфон. Маленький логотип в углу, зеленая звездочка, вызывал желание все ломать и крушить. А еще – орать в голос.
Он выдержал три дня. Потом Червонный Король сдался.
Санкт-Петербург, Большая аллея, снова
У въезда во двор он встретил Женю. Девушка направлялась к ожидавшему автомобилю.
– Привет, – сказала она, улыбаясь.
– У тебя выработался отличный инстинкт самосохранения, – мрачно известил ее Лео. – Наконец-то. Ты уходишь из дома вовремя.
Она рассмеялась немного злорадно.
– Так и хочется ответить: «Да пошел ты», – призналась она. – Короли все такие.
Женя попыталась изобразить гнев.
– Я проиграла ему ночь, – сообщила она. – Еду отрабатывать.
– Только идиоты играют с Трефами в карты, – напомнил Червонный Король. Не ей. Себе.
Она снова улыбнулась, слишком счастливо для проигравшей.
– Только Черви делают это сознательно, – уколола Женя на прощание.
Он пошел дальше. К двери. Никто не заставит его звонить и ждать на пороге. Он сохранил магию, не так ли? Ему не смогут помешать войти.
Дом был таким же тихим. И пустым. Лео прошел в кухню.
Дарья пила кофе. Волосы забраны в хвостик. Простые джинсы. Белая футболка. И вечный адский ноутбук рядом с чашкой. Червонный Король захлопнул крышку, ухватил женщину за руку и потащил за собой в гостиную. Кресла стояли на том же месте. Он привычно толкнул ее в одно, в другое уселся сам.
– Если будут синяки, ты точно получишь, – сердито сообщила Дарья, потирая запястье.
Лео вспомнил, как однажды целовал ее руки, чтобы снять боль. Сейчас он этого тоже хотел. Но не мог.
– Между прочим, это ты меня бросил, – сказала Дарья, глядя куда-то в пол.
Ему показалось, что это прозвучало горько. Но он снова не видел ее эмоций… и это его смущало.
– Бросил? – переспросил Червонный Король холодно. – Я собирался отдать за тебя жизнь. А ты это не приняла.
– Естественно, – с вызовом отозвалась женщина. – Не надо было отдавать ее за меня! Нужно было отдать мне… Со мной.
Лео нахмурился.
– Что? – переспросил он.
Дарья не поднимала глаз.
– Я просто тебе поверила, – с упреком сказала она. – В твои обещания. Во все это. И даже больше. Хотя бы в одно свидание. Одну ночь. А не…
Она замолчала, будто признание было горьким.
– Я не смогла бы от этого отказаться, – нехотя и очень тихо закончила женщина.
Рубиновый свет заливал гостиную. Паутина, до этого дня рваная, нелепая, теперь снова складывалась в тонкие кружева.
– Почему я не чувствую тебя? – спросил Червонный Король.
– Я хотела остаться собой. – В ее голосе появились упрямые нотки. – Не простой и открытой, чтобы ты читал меня, как книгу, и тебе было со мной легко. Я хотела остаться такой, какую ты помнишь. Татуировки больше нет, но моей магии на это хватит. Я не дала бы тебе жить легко. Так я думала, когда надеялась, что ты вернешься.
Лео протянул руки, легко пересадил Дарью себе на колени, уткнулся лицом ей в грудь. Он почувствовал, как ее пальцы уже привычно запутываются в его волосах.
– Прогулка для начала, – произнес он так, будто это самое важное его решение, – Только там пасмурно. Вроде будет дождь.
Дарья легко поцеловала его в висок. Рассмеялась нежно и тепло.
– Это Питер, Лео! Тут всегда дождь…
