чем продолжим. Я более не Его Величество. Я просто Павел. Если хотите на вы, то Павел Александрович. А теперь по очереди. Спрашивайте.
Вопросов было много, но все сводились к одному: «как дальше жить?» — менялись лишь формулировки. Павел же терпеливо отвечал на них всех, боковым зрением отслеживая реакцию министров и советников. К примеру, Граф Орлов довольно быстро покинул зал, где проводилось данное мероприятие. А вот его сын напротив остался. Остался и с довольной улыбкой смотрел на Павла.
Через двадцать минут, когда вопросы начали заходить уже на второй круг, бывший император откланялся и распрощавшись с журналистами, подошел к ждущему его в компании Гранатова и княжича Меньшикова Виктору Эдуардовичу.
— Здравствуй. — Улыбаясь, поприветствовал бывший министр обороны бывшего же императора.
— Здравствуй. — Улыбаясь в ответ, произнес Павел, пожимая руку человеку, без которого все было бы невозможным.
— Оно стоило того?
— Не знаю. — Честно признался бывший правитель. — Но по другому путь в один конец.
— Такова жизнь. — Пожал плечами Виктор Орлов. — Такова жизнь. И как… как мне… нам… как нам всем дальше? Куда?
— У всех есть специализация. — Пожал плечами Павел в ответ. — Иди туда, тебе найдут работу. Как и мне.
— Нам всем. — С усмешкой произнес Михаил Георгиевич. — Нам всем. Да, Леонид Федорович.
— Да, Миша. Да. — С усмешкой произнес Гранатов. — Ну, вы… кхм… ну ты Пашка и завернул стратегию.
— Рано праздновать. — Резко став серьезным, оборвал его бывший император. — Сейчас самый сложный момент. Момент транзитного перехода. Этим могут воспользоваться южане и орденцы. А потому… — Павел перевел свой взгляд на Меньшикова младшего. — Надеюсь, Георгий Романович выполнит свою часть договора.
— Выполнит. — Уверенно кивнул в ответ Михаил.
ЭПИЛОГ
В тот же день информационное пространство взорвалось. Мир разделился на сторонников и противников. Равнодушные тоже были. Как без них? Но им просто было не до этих тектонических перипетий. Они были поглощены самими собой и своими текущими проблемами и желаниями.
По мере того, как дни сменяли недели, а недели месяцы, в мире продолжалась возникшая турбулентность. То тут, то там, по всему миру начали появляться люди, которые несли «свет учения». А если отбросить мистицизм и прочую эзотерику — мир штурмовала идея единства.
«… нет ничего отдельного, но всё остается цельным…» — именно эта идея, разворачивалась в сознании людей, заставляя их иначе посмотреть на цивилизацию и общество в целом. И даже религия при таком фильтре начинала учить не просто о вере в Высшее, а показывать путь целостности, синергии. Где один это часть всего, а не один в среде. Взаимосвязанность и взаимозависимость.
Власти разных стран активно боролись с этой идеей. Орден же прибывал в тихом гневе. Текущая тенденция им совершенно не нравилась, ибо выбивала саму основу их власти, а потому машины иерархии включила ту самую машину, которая позволяла все это время меньшинству доминировать над большинством — репрессии.
Кто-то бы назвал это гонениями. Кто-то борьбой за стабильность, но… те кто нёс свет идеи единства, философии взаимодополнения, взаимозависимости, цитировали такие слова: «всё навязанное не будет жить долго и быстро отмирает, ввиду того, что множество энергии тратится на преодоление сопротивления. Действующие силой получают временный эффект, который требует постоянного внимания, для поддержания результата.
Когда система сталкивается с проблемой, она ее изолирует, а после пытается вылечить и лишь в крайнем случае — устраняет…»
Точно так же, как уже спустя три месяца видели все, поступил сам Павел. Он не боролся с «заговорщиками», он шаг за шагом изолировал их влияние, пока в один прекрасный момент не поставил их в позицию, где они лишенные денег, влияния, должностей и слуг — превратились в обычных людей. Точно таких же как и все, и им, чтобы есть — требовалось идти на работу.
Разве это удивительно, что большая часть некогда привилегированного и зажиточного сословия покинула страну? Они отправились в те страны, где у них были личные сбережения. Но опять же, большинство дворян и прочих отправились в Южную Деодону.
А там… там их ждала радушная встреча бывших соотечественников, которые с широкими улыбками на лицах с радостью зарабатывали на чужом несчастье, строя свою карьеру. Да, так поступали не все. Многие простые жители Южной Деодоны, массово начали стремиться переехать в Северную часть бывшей некогда единой империи.
Процессы шли. Кипели страсти интриг и в политической среде. Не будь у Северной Деодоны ядерного зонтика (впрочем, как и у Южной), давно бы уже маршировали союзные войска Конфедерации, Султаната, Халифата и Южной Деодоны. Хотя в стороне могли бы не остаться и представители других стран.
Пока, от агрессии защищала лишь невозможность разных элит договориться между собой. Нет, они, как и ранее «заговорщики Орлова», были уверены, что нужно растоптать и уничтожить, но постепенно, начали сталкиваться с новой проблемой. Проблемой того, что люди, разделенные принципом потребителя, начали объединятся для созидания.
А Северная Деодона тем временем, лишь набирала обороты. По решению всеобщей коллегии, для сохранения был создан динамичный институт синергии. Этот орган занимался проверкой нет ли иерархии. Такие проверки были ежемесячными. Каждый раз новые участники. Каждый раз новый состав. Таким образом, бывший император попытался ввести хоть какой-то иммунитет от иерархий.
Потихоньку, хоть и со скрипом, люди начинали втягиваться. И это было бы невозможно если бы не учение, которое начал преподавать сам Павел. Он на пальцах стремился объяснить, простую истину: «человеку позволено всё, но не всё ему полезно. Если хватать оголенные провода под напряжением, мокрыми руками — неизменно ударит током, а последствия будут очень неприятными».
Кто-то верил, кто-то отмахивался. Но жизнь продолжалась. А Северная Деодона теперь отчетливо видела, что весь мир готовится к войне с ней. Но теперь ответственность была не на плечах Павла. Нет. Ее несла вся страна.
«Вся наша жизнь — это бесконечно сменяемые и взаимопереплетенные циклы: причина-выбор-последствия, где последствия всегда становятся новыми причинами, для нового выбора, неся в себе весь груз предыдущих циклов. Глупо отрицать свою ответственность. Она есть всегда, признаем мы ее или нет. Она от этого никуда не исчезает. Так что, за всё что происходит в нашей жизни, мы можем винить лишь самих себя. Это мы делали выбор. Не кто-то за нас, а именно мы. Всегда можно было выбрать другой путь. Всегда. Да, причины давят. Давят выбрать курс легкого пути. Но это не значит, что мы не можем идти другим.
Отрицание собственной ответственности — это начало лжи самому себе. Лжи, которая вырывает нас из реальности, заставляя жить в иллюзиях собственных заблуждений…» — говорил Павел, и повторяли
