понимая, круглыми-прекруглыми глазами Стефания смотрела на листок, чуть пахнущий духами. Мозг, как говорится, заклинило…
— Магистр Николас!
— Да, Стефания?
— Я прошу вас изменить план моего обучения!
— Мы в общем-то второй год обучения еще и не начинали… И что же вы хотите в нем изменить?
— Я хочу изучать проклятия!
— Проклятия? Хм… Весьма неожиданно! А какие именно проклятия вас интересуют?
— Онемения, отсыхания языка, паралича рук, слепоты…
— Пфф… Весьма действенные, я бы так сказал, проклятия. Ну хорошо. Я думаю, что в изменении порядка изучаемых разделов нет ничего невозможного. Вы у меня теперь единственная студентка, и к программе обучения можно подходить очень гибко. Главное, было бы желание.
— Уверяю вас, оно у меня есть, господин магистр!
— Глядя на выражение вашего лица, я почему-то в этом ни на миг не сомневаюсь…
— Благодарю вас, ваше величество за предоставленную аудиенцию…
Высокородный лер Эльтевунтиэль склонился в низком поклоне. Лейра Левентюлинелла присела в реверансе.
Сидящий на троне малого зала приемов император Альвеар Хайме склонил в ответ голову. Чело его было хмурым.
«Похоже, сейчас я услышу об их отъезде, — сжав губы, подумал он, глядя на высокородных. Принесла же нелегкая эту крылатую! Все эти дни эльфы ничем другим, кроме поисков, не занимались. Какие там балы, приемы, увеселения! Еще и рожи каменные делают, когда предлагаешь им заняться чем-то другим, кроме розысков… И эта курица куда-то пропала! Так и не нашли. А эти обиделись, что мы им их крылатую не нашли… Домой собрались. Найти бы того, кто во всем этом виноват!»
— Ваше величество! — заговорил Эльтевунтиэль. — Хочу сообщить вам, что высокородным советом Вечного леса я уполномочен на принятие решения об установлении официальных дипломатических отношений между Вечным лесом и империей. Прошу вас принять мои верительные грамоты посла…
Сделав несколько шагов к подножию возвышения, на котором стоял трон, лер, с поклоном, протянул свернутый в трубку свиток, перевязанный яркой красной лентой. Стоявший внизу слуга принял его из рук эльфа и, поднявшись по ступеням, передал пергамент императору.
— Что ж, господин посол, — нарушил через некоторое время установившуюся в зале тишину, пока он читал, Хайме, — ваша верительная грамота принята. Отныне между нашими народами установлены дипломатические отношения, которые, ничуть не сомневаюсь, послужат им на благо. Передайте вашему совету, господин посол, мои самые лучшие пожелания и благодарность за столь мудрое решение…
— Благодарю вас, ваше величество, — склонился в поклоне Эльтевунтиэль. — Непременно передам!
— Вы уже присмотрели место для посольства?
— Да, ваше величество. У нас на примете есть два особняка, один из которых мы намереваемся купить в ближайшее время.
— Замечательно!
Император поднялся с кресла и спустился вниз, показывая тем самым, что официальная часть приема закончена.
— Принесите вина, — скомандовал он, махнув рукой слугам, — это нужно отметить! Лер Эльтевунтиэль, — обернулся император к эльфу, — что же вы заранее не сообщили о цели вашей аудиенции? Я бы принял вас в главном зале, в присутствии всех первых лиц империи. Не каждый день происходят такие события!
— Благодарю вас, ваше величество! Однако всякие торжества требуют времени… Времени, которое мы хотели бы потратить на поиски вестницы.
— Понимаю, — чуть нахмурившись, кивнул Хайме, — у вас по-прежнему ничего?
— Ничего, ваше величество.
— Да… Мой советник тоже ничем не может порадовать. А скажите, уважаемый лер… То, что вы единолично принимаете решение об открытии посольства… Ваш статус в совете леса настолько высок?
— Хм… видите ли, ваше величество, дело в том, что мнения совета разделились поровну. Я остался единственным не проголосовавшим, так как сам никак не мог сделать выбор. В результате было принято решение направить меня главой делегации к вашему двору, дабы я на месте определился.
— Понятно. Интересно, и что же вас заставило… хм, определиться? Мне кажется, что наш прием вышел несколько… скомканным. Не так ли? И при таком раскладе мнений в совете: пятьдесят на пятьдесят. Весьма остро! Весьма. И вы приняли такое решение. Почему?
— Ваше величество… буду с вами откровенным. Дело в общем-то не в вопросе установления дипломатических отношений… — Лер на секунду задумался. — Истинное дело в том, что наша самая молодая предсказательница сделала пророчество, в котором предсказала, что в столице империи появится крылатая вестница. И с этого момента начнется новая эра для эльфов и для людей. Эра, в которой мы должны будем быть вместе…
— Прошу вас, — сделал жест Хайме в сторону поднесенного слугой подноса, на котором стояло три узких высоких бокала с бледно-желтым вином.
— Благодарю, — кивнул лер, беря один из них. — Вот, собственно, и все. Совет долго не мог решить, стоит ли брать во внимание пророчество юной лейры, или нет. В результате после долгих споров было принято компромиссное решение, которое, к счастью, оказалось верным. Вестница действительно появилась. Предсказанное сбылось. Значит, следует следовать и всему остальному, что в нем есть. Поэтому я и вручил вам, ваше величество, свои верительные грамоты…
«Вот, значит, кому я обязан посольством, — подумал Хайме, — предсказательнице и вестнице. Ну что ж, как говорится, не было счастья, так несчастье помогло. Нужно будет потом узнать подробнее о пророчестве… Коль оно исполняется».
— За новую эру в наших отношениях! — провозгласил Хайме, поднимая фужер.
Эри
Я задумчиво смотрел в окно едущей кареты, меланхолично накручивая локон на правый указательный палец. Вот и привычка появилась… Потом придется отвыкать. Хотя… Может, и не придется. Хоть мальчиковое тело более привычно, но в этом — крылья бьют все! Если вдруг кто предложит вернуться в образ Эриадора, но без крыльев — откажусь однозначно! Перефразируя земную фразу про грязную машину: «Я вся чешуся, так хочется летать!» Та Сихот с ним, с мужским видом! Главное — крылья!
«Не, это ты загнул, — ехидно откомментировал внутренний голос, — главное это — „хвост“! На Земле почти все самцы так считают. Самое страшное, что может с ними приключиться, — это потеря их статуса „хвостоносителя“!»
«Пфф… Тоже мне, нашел экспертов! Если ничего из себя не представляешь, то что с „хвостом“ ты, что без… все одно — низший! Хоть оборись, что ты весь из себя
