Он откашлялся, прочищая горло.
– Миссис Брадуэлл, я внимательно изучил закон и пришел к заключению, что тот факт, что ваш брат выбрал вас своим доверенным лицом, потребует длительного рассмотрения. На основании этого письма я мог бы продать его собственность от его имени.
– Это хорошая новость. Когда мы сможем это осуществить? И сколько времени может занять процесс продажи?
Он снова откашлялся.
– Тут возникает одно осложнение. Я с сожалением должен вам сообщить, что эта собственность не может быть продана.
Роуз вопросительно склонила голову:
– Вы ввели меня в заблуждение. Пожалуйста, объясните почему она не может быть продана.
– Продать ее возможно, но только после того, как я встречусь с вашим мужем.
– Эта собственность принадлежит не мне, а моему брату, и мой муж не может иметь никакого влияния в этом вопросе. Думаю, я смогу понять, если вы мне все как следует объясните.
Поверенный надулся и запыхтел. Похоже было, что он находил затруднительным объяснять Роуз финансовые вопросы.
– Миссис Брадуэлл, когда ваш брат бежал от своих долгов, его собственность оказалась уязвимой из-за его должников. – На слове «долгов» мистер Ярдли сделал особое ударение, тем самым показывая, что существует по крайней мере хотя бы один человек, знающий, какие преступления стоят за этими долгами. – Лорд Хейден Ротуэлл в то время наложил арест на имущество. На этот счет у меня имеется документ. Это оказалось единственным, что удержало кредиторов от того, чтобы забрать это имущество в качестве компенсации за их потери.
– Я знаю о том, что лорд Хейден кое-что сделал, чтобы защитить нашу собственность. И я благодарна ему за то, что он сделал. Я не сознавала, что на имущество все еще наложен арест.
Ей бы следовало это предвидеть. Едва ли можно было осуждать лорда Хейдена, если это имущество до сих пор находилось под арестом даже после выплаты всех долгов. Он сам выплатил долги. И даже если бы в качестве компенсации забрал эту собственность, Роуз не стала бы возражать.
– На самом деле арест был снят в конце прошлого лета.
– Если это так и теперь эта собственность свободна, а я являюсь представительницей и доверенным лицом брата, то почему усадьба не может быть продана?
– На нее снова наложен арест.
– Значит, существует уже два ограничения? Не верю, что лорд Хейден снял арест, целью которого было защитить нашу семью и имущество, а потом оставил его на милость другого кредитора.
– Этот второй кредитор еще не появился, когда лорд Хейден снял запрет на продажу поместья. Это новый человек. И запрет на продажу был наложен всего несколько месяцев назад.
– Это весьма меня тревожит, мистер Ярдли. Почему вы мне не сообщили, когда это произошло?
– Я поверенный вашего брата, который, похоже, больше не нуждается в поверенном, учитывая то, что произошло за последний год. Я имею в виду потерю его состояния, его долги и новое место жительства за границей. Короче говоря, мадам, я так полагаю, что наше сотрудничество окончено, и потому я больше не ведаю делами вашей семьи. Что же касается вопроса насчет вашего права распоряжаться имуществом вашего брата в качестве его доверенного лица, то он меня удивил, как мой сегодняшний отчет удивляет вас.
Роуз встала и прошлась по комнате. Окно его рабочего кабинета выходило на улицу, где моросил мелкий дождь, орошая водяной пылью людей и экипажи.
Новый арест. Похоже было, что лорду Хейдену срочно понадобилось получить долги. В искусно сотканной паутине подлогов и обмана было бы невозможно найти новые жертвы.
– И на какой срок распространяется это ограничение, мистер Ярдли?
Очень скоро они могли лишиться этой земли. Они с Айрин могли потерять дом, в котором жили с рождения. Они могли оказаться вырванными из почвы, как растения после сбора урожая. Розалин не позволяла себе думать об этом, когда продажа дома и земли означала помощь Тиму, но теперь возможные последствия этого причиняли ей боль.
На нее нахлынули воспоминания, десятки воспоминаний о счастливых и печальных временах. О ее старшем брате Бене и его заявлении о том, что он купил право работать в банке, и хотя это означало, что они спустились на одну ступень во мнении света, в конечном итоге смогли улучшить свою жизнь. Воспоминания о Тиме, когда он был еще ребенком… Воспоминания о том, как она лежала на холме… О том, как Кайл столь неожиданно поцеловал ее в первый раз, пренебрегая их неравенством и разницей в общественном положении, разделявшими их.
– Если не считать ограничения на использование земли, никаких других шагов предпринято не было. Все осталось на месте, как при лорде Хейдене. И все же запрет на продажу земли сохранился.
Роуз повернулась лицом к мистеру Ярдли.
– Если этот новый запрет означает всего лишь сохранение status quo, может быть, можно убедить лицо, наложившее его, снять запрет? Как вы видите из письма моего брата, его положение серьезно и обещает осложниться, если я не пошлю ему денег.
Мистер Ярдли был слишком учтив, чтобы ответить должным образом, но его взгляд был достаточно выразителен. То, что Тим оказался в тяжелой ситуации, никого не могло опечалить, кроме его ближайших родственников.
– Я думаю, что маловероятно, чтобы запрет был снят. Это серьезное дело, и капризы в нем неуместны.
– И все же я должна попытаться. Понимаю, что это не та услуга, которую вы могли выполнить с охотой, сэр. Я попытаю счастья сама. Пожалуйста, запишите мне имя кредитора. Я напишу ему письмо или попрошу лорда Хейдена сделать это для меня.
Поверенный заколебался. Потом посмотрел на клерка и кивнул. Клерк взял перо, склонился над конторкой и принялся что-то писать.
Сложив бумагу, он вручил ее Роуз. Она положила записку в ридикюль и ушла.
Оставшись в уединении своей кареты, Розалин вынула листок из сумочки, отодвинула занавеску на окне кареты и развернула записку.
И тотчас же поняла смущение мистера Ярдли и его уклончивые объяснения.
Оторопев, Розалин смотрела на имя лица, наложившего запрет на продажу земли и лишавшего ее права распорядиться ею по своему усмотрению.
Мистер Кайл Брадуэлл.
Глава 18
Посетитель Кайла ушел с подписанным соглашением в руке, но ни тот ни другой не остался доволен условиями этого соглашения. Первый его результат они обсудили, как только человек вошел в дверь. Последнее же явилось следствием неожиданного решения, принятого Кайлом во время переговоров. В нормальных обстоятельствах он бы пожертвовал несколькими фунтами в обмен на приятное для обоих расставание. Однако сегодня не принял этого поставщика леса с обычным спокойствием. Переговоры приняли характер игры, в которой Кайл намеревался выиграть, а не тянуть до бесконечности.
