— Он спрашивал о каких-то письмах, — подсказала Алисия.
Волна безумного страха пробежала по лицу графини;
Забившись поглубже в подушки на шезлонге, она энергично затрясла головой.
— Я ничего не знаю ни о каких письмах.
— Может, он имел в виду письма, которые он давно писал папе? — мягко спросила Алисия.
— Я ничего не знаю о нем. Совсем ничего. О нем? Шла ли речь о каком-то одном письме, которое ему было нужно?
— Лорд Хейлсток говорил тебе, почему ему нужно это письмо?
— Я не могу сказать. Право же, не могу. — Леди Элинор плотнее закуталась в накидку, шелестя атласной подкладкой. — Он холодный человек. Но я никогда не думала, что он разобьет сердце Клер.
— Разобьет сердце? — Первая жена Хейлстока умерла очень молодой, но Алисия впервые слышала о том, что тот брак был несчастливым. — Но я думала… что они любили друг друга. Они ведь убежали, чтобы обвенчаться.
— Ричард никогда не считал, что она ему ровня. Эта милая девушка не могла ничего тут поделать — никуда не денешь ее низкого происхождения. — Приложив смятый платочек к лицу, графиня разрыдалась.
Алисию душил гнев, когда она обняла мать и погладила ее по плечам.
— Я знаю, мама, знаю.
Она не была так уж удивлена, услышав, что маркиз смотрел свысока на свою первую жену. Аристократизм, голубая кровь значили для него все. Может быть, Дрейк прав, презирая его?
За последние недели они встречались с маркизом на нескольких балах и вечерах. Всякий раз лорд Хейлсток игнорировал Дрейка. Дрейк в ответ осыпал его колкостями. Однажды лорд Хейлсток вынудил даже Алисию ощетиниться, заявив, что она вышла замуж за человека, стоящего ниже ее по происхождению.
Алисии стало не по себе. Когда-то она тоже смотрела на мужа свысока. Она судила о Дрейке как о никчемном игроке, и это продолжалось до тех пор, пока она не стала свидетельницей его щедрости — качества, которое он так старательно скрывал под маской очаровательного негодяя.
Он сделал куда больше, чем она, для нуждающихся. Но завтра он придет в Пембертон-Хаус и увидит ее школу. Он поймет, что она полна сочувствия к людям, к кому судьба так сурова.
Алисия поцеловала мать в лоб, ощутив знакомый легкий аромат ландыша. Больше ничего не надо у нее выпытывать. В следующий раз, когда Алисия увидит лорда Хейлстока, она спросит его о письме и настоит на том, чтобы он приходил со всеми вопросами к ней, а не к ее несчастной матери.
Леди Элинор подняла голову, заморгала влажными от слез глазами. Озабоченность и печаль внезапно сошли с ее лица, в ее взгляде появилось радостное удивление.
— Моя дорогая девочка, — проговорила она. — Я верю… об этом свидетельствует твой взгляд.
Алисия нахмурилась, не понимая мать.
— Какой взгляд?
— Вот эта мягкость. Твой папа говорил, что он может это распознать, только взглянув на меня.
— Распознать — что?
Леди Элинор мягко улыбнулась.
— Ну, что я беременна. И ты тоже, должно быть, беременна.
Алисия в изумлении втянула в себя воздух. Неужели она зачала ребенка? Неужели ее удивительная близость с Дрейком стала причиной этого чуда? Ее захлестнуло чувство счастья и благоговения, но она одернула себя. Нельзя слишком бурно предаваться мечтам. Никто не в состоянии точно сказать, взглянув ей в лицо, что она беременна. Скорее всего, это еще одна из болезненных фантазий мамы.
Леди Элинор погладила руку Алисии.
— Это так удивительно — верить, не правда ли? Но есть у женщины и другие признаки. У тебя бывает ощущение особой усталости в последнее время?
Алисия не могла не признать, что на нее порой накатывала глубокая усталость.
— Да, но… я учила днем слуг читать, и этим, наверное, все объясняется.
— У тебя давно были в последний раз месячные?
— Перед самой свадьбой… Почти шесть недель назад. Алисия не привыкла обсуждать столь интимные вещи с матерью. Уже много лет она была лишена окружения подруг, которые могли бы ее просветить. Она имела весьма приблизительные представления о том, как беременность влияет на изменения в теле женщины. Но сейчас она вдруг поняла смысл задержки менструаций.
Осторожно положив ладонь на плоский живот, Алисия погладила его, чувствуя, как ею овладевает бурная радость. Ребенок! Менее чем через девять месяцев она подарит Дрейку сына либо дочь. Она будет прижимать малыша к груди, и они станут одной семьей.
Теперь у нее были еще более весомые причины для того, чтобы овладеть его сердцем.
На следующий день, втянув голову в плечи, Дрейк под проливным дождем поднимался по лестнице Пембертон-Хауса. Он не стал стучаться; этот городской дом принадлежал ему. Он не испытывал также никаких угрызений совести по поводу того, каким образом он приобрел дом. Благодаря этому он получил возможность жениться на Алисии. Алисия…
В тускло освещенном вестибюле он снял плащ и бросил его на стул. Она еще не ждет его. Он прибыл раньше, горя нетерпением узнать, какой сюрприз ему приготовила жена. Она так желала его, когда они прощались вчера вечером. А в каком восторге она была от представления в цирке! Глаза сияли, лицо оживилось улыбкой. Он хотел бы увидеть ее столь же счастливой на их ложе. Впрочем, пусть она не обольщается, что он так уж влюблен в нее.
Его острая увлеченность женой не проходила. Хотя Дрейк ни за что в этом не признался бы Алисии, ему с трудом удавалось побороть в себе желание ходить за ней следом, словно какой-нибудь одурманенный страстью сосунок. Он не узнавал себя. Он всегда умел отделить свои физические потребности от остальной жизни. И давно привык к тому, что, получив от женщины удовлетворение, легко с ней расставался. А вот Алисию он не мог забыть.
После той зари, когда она пришла к нему в спальню, она больше не говорила о своей любви. Даже в мгновения экстаза. Хотя вела себя так страстно и обольстительно, что сводила Дрейка с ума. Ему было недостаточно знать, что она его жена. Он хотел владеть ею, владеть ее телом и душой. Возможно, сегодня это случится.
Дрейк испытывал сладостное предвкушение. Он быстро обойдет цокольный этаж, затем поднимется наверх и заглянет в спальни. Возможно, он обнаружит ее обнаженной, готовой принять его. Или, может быть, она пощекочет его нервы, оказавшись в прозрачном одеянии, под которым ничего более нет.
Дрейк представил себе, как будет ее раздевать, целовать каждый дюйм ее тела и слышать при этом тихие стоны удовольствия, ее любовный шепот.
Проведя ладонью по мокрым от дождя волосам, он вошел в гостиную. Малярные работы были закончены, и за мебелью красного дерева проглядывали свежевыкрашенные бледно-желтые стены. Но он лишь бегло взглянул на них. Алисии тут не было.
Он пересек вестибюль и заглянул в библиотеку. Полки были заполнены книгами, пахло свежими кожаными переплетами. Столы и стулья стояли на синих и золотистых ковриках. Но и здесь Дрейк не обнаружил Алисии, она не сидела за столом, на который он мог бы опрокинуть ее, задрать ее юбки и погрузиться в сладостное нутро.
