Его похвала пролила бальзам на сердце Алисии. Ей хотелось расслабиться и прижаться к мужу, но в то же время и высказать свою точку зрения. Положив ладонь ему на грудь, она слегка оттолкнула его.
— Джеймс — мой партнер по школе. И по этой причине я настаиваю, чтобы ты покончил с враждебностью к нему и к его отцу.
Некоторое время Дрейк молча смотрел на нее. Затем ткнулся носом ей в лицо.
— Бог с ними. Поцелуй меня.
Она отвернула от него лицо.
— Нет. Я хочу услышать твое обещание.
— Не будь брюзгой. Будь моей возлюбленной.
— Не будь скандалистом, — возразила она. — Я знаю, что ты можешь быть гораздо лучше, чем кажешься.
Их взгляды встретились. Он нахмурился, принимая вид буки, преисполненного решимости скрыть лучшие стороны своей натуры.
Но и она была полна решимости не отступать.
— Я говорю это серьезно, Дрейк. Я не могу выносить ваших постоянных ссор. Я хочу просить тебя быть корректным. Неужели у тебя есть причины отказать мне в этом.
Стиснув зубы, Дрейк несколько секунд смотрел в сторону.
— Если это так много значит для тебя, — делая над собой усилие, проговорил он, — то я постараюсь.
— Ты должен не просто постараться. Ты должен дать мне клятву.
Его пальцы впились в ее талию. Он выглядел мрачнее тучи, и Алисия с упавшим сердцем подумала, что сейчас услышит отказ. Наконец он выдавил через силу:
— Ну, ладно. Даю.
Вздох облегчения вырвался из ее груди. Гнев ее мгновенно испарился, она обвила мужа руками и, прижавшись к нему грудью, ощутила биение его сердца. Она верила, что он сдержит слово. Он был трудный, непростой человек, но под его суровостью скрывалась цельная и благородная натура.
Став на цыпочки, Алисия прижалась губами к его гладко выбритой щеке. Она ощутила запах дождя, исходящий от его все еще влажных волос. Никогда больше она не будет таить в себе свои чувства.
— О, Дрейк, я так люблю тебя!
Его черные ресницы опустились, скрыв голубизну глаз. Она не успела прочитать выражение его лица. Положив ладонь ей на шею, он прижался ртом к ее губам. Она приоткрыла губы, готовая поделиться с ним любовью, которая переполняла ее сердце. Проявив терпение, она сможет смягчить его, изменить, сделать более уступчивым. Со временем он поймет, как глупо вел себя, как неоправданны и мелки были его придирки. И их ребенок будет смотреть на него как на образец для подражания.
Он обнял ее, пытаясь усадить в кресло. И хотя Алисия затрепетала под его рукой, угадав намерения мужа, она легонько уклонилась:
— Погоди, я должна что-то тебе сказать. Что-то очень важное…
— Нет ничего важнее того, что ты сказала. — Дрейк ткнулся ртом ей в грудь, кончик его языка погрузился в затененную ложбинку. Его руки стали расстегивать ее платье.
— Пожалуйста, Дрейк, выслушай меня. — Алисия вцепилась пальцами в его мускулистое плечо. — У меня будет твой ребенок.
Он ошеломленно уставился на нее и медленно выпрямился. В установившейся тишине было слышно, как капли дождя стучат по стеклу и подоконнику. Лицо Дрейка стало серьезным, он спросил охрипшим голосом:
— Ты… уверена в этом?
Она смогла лишь кивнуть, поскольку у нее перехватило горло. Ей так хотелось, чтобы он разделил с ней чувство радости.
— Врач осмотрел меня сегодня утром. Вскоре после Нового года у нас будет ребенок.
Дрейк с шумом втянул в себя воздух. Затем обнял ее за плечи и осторожно, словно она была сделана из тончайшего фарфора, привлек к себе и прижался щекой к волосам.
— Ребенок, — шепотом произнес он. — Господи! — Видя, насколько Дрейк потрясен, Алисия засмеялась.
— Я поначалу тоже этому не поверила.
— Ты должна была сказать мне сразу же. Я бы укротил свой проклятый горячий нрав. И уж, конечно же, не стал бы тебя лапать.
Словно желая убедиться в услышанном, он осторожно погладил ее живот.
Больше всяких слов о глубине его чувств ей сказала нежность, с которой он прикоснулся к ней. Алисия чувствовала, как растет и крепнет невидимая связь между ними. Хотя он ни словом не обмолвился о любви, Алисия не сомневалась, что он рано или поздно скажет об этом. Он преодолеет свое предубеждение против ее аристократизма и полюбит ее за ее человеческие качества.
Она потерлась об него грудью и игриво сказала:
— Мне нравится, как ты меня трогаешь.
Дрейк решительно отстранил ее.
— Ты нездорова? Ты очень бледна.
— Просто я устала, только и всего.
— В таком случае ты должна лечь. — Обняв за талию, он повел ее к двери. — Я провожу тебя домой. Что касается твоей школы, то я найму другого преподавателя. Ты не должна себя переутомлять.
Волна счастья захлестнула Алисию, его заботливость вселяла надежду, что он на самом деле ее любит. Когда же Дрейк открыл дверь, она обвила руками его шею и заявила:
— Я совершенно здорова. Доктор сказал, что я могу продолжать делать все. Понимаешь, все.
В глазах Дрейка сверкнуло затаенное пламя.
— Я сам поговорю с доктором и тогда решу…
Он внезапно умолк на полуслове, брови его насупились. Дрейк повернул голову и посмотрел в коридор в направлении кабинета.
В тот же момент Алисия услышала громкие голоса. Она попыталась заглянуть через широкое плечо Дрейка, чтобы увидеть, кто к ним пришел.
И тут же из кабинета на кресле выкатился Джеймс. Рядом с ним шла Сара со строгим выражением лица. Поначалу Алисия подумала, что они ссорятся. Но затем из кабинета вышел высокий, представительный джентльмен.
Это был лорд Хейлсток.
Глава 24
— Оставайся здесь, — приглушенным голосом сказал Дрейк. — Я разберусь с ним.
Но Алисия не собиралась покорно возвращаться в утреннюю столовую.
— Нет, — пробормотала она, — что-то мне подсказывает, что им понадобится посредник.
Игнорируя нетерпеливое восклицание Дрейка, Алисия направилась по коридору в сторону кабинета. Джеймс и его отец были похожи на двух рычащих друг на друга догов. Всякий раз, когда Джеймс пытался откатить кресло в сторону, путь ему блокировал лорд Хейлсток. Их громкие голоса гулко отражались от пустых после покраски стен коридора.
— Я не закончил! — воскликнул маркиз. — Имей терпение помолчать и выслушать меня!
Джеймс открыто встретил взгляд отца.
— Я наслышан вполне достаточно. Признаешь ли ты это или нет, но я совершеннолетний и более не нахожусь под твоей юрисдикцией.
— Я не могу смириться с подобным своеволием, — сказал Хейлсток, воздев руки кверху. — Я был рад, когда ты откопал эту штуковину на колесах. Ты казался вполне счастливым, проводя каждый день с герцогиней. И ты заставил меня поверить, будто гуляешь в парке или навещаешь герцогиню на дому. А оказывается, почти все время вы были здесь.
