– Ну, пойдемте, покажите мне вашу дочку.
Это было начало, и сэр Сидней оказался прав. Дитя на редкость очаровательное. А что касается сэра Джона и леди Дуглас, то они были рады принять у себя Ее королевское Высочество. Пока готовили и подавали угощение, пришел сэр Сидней. И начался оживленный разговор между ним и принцессой.
Визит Каролине необычайно понравился, а сэр Сидней попросил разрешение проводить ее до Монтэгю-хауза, каковое она ему милостиво дала.
Дугласы надеялись, что смогут снова иметь удовольствие видеть Ее Высочество у себя, но они надеяться, что она предупредит их, чтобы они успели подготовиться к достойному приему столь высокой гостьи.
– Чепуха! – сказала она. – Меня приняли очень достойно. Я не люблю церемоний. Приходите ко мне в четверг на прием в Монтэгю-хауз. И конечно, я вас тоже еще навещу. Мы ведь соседи.
* * *
Когда Каролина с сэром Сиднеем ушли, Дугласы глядели друг на друга в изумлении.
– Я чувствую, эти два часа просто-напросто приснились мне, – сказала леди Дуглас.
– Всегда говорили, что она слишком эксцентричная.
– Кто бы поверил, что она… эта женщина… наша будущая королева.
– Все, что мы о ней слышали, должно быть, правда.
– Какое приключение! – сказала леди Дуглас. Она посмотрела на мужа. Он был храбр и отважен, и дела его шли неплохо. Он получал пенсион за участие в обороне Сен-Жан д'Акра вместе с сэром Сиднеем. Но в семье она была главной, она всегда знала, что делать, он во всем доверялся ей.
Когда она предложила, чтобы веселый холостяк сэр Сидней жил в их доме, когда он бывает на берегу, муж не возражал, а если бы даже узнал, что между ними существует связь, все равно бы не возражал. Он был не из тех, кто возражает, и это подходило леди Дуглас и сэру Сиднею.
Но чтобы к ним в дом пришла принцесса Уэльская, как простая сельская женщина!
– Я знаю, у вас прекрасная дочь… – передразнила леди Дуглас с сильным акцентом. – Как удивительно!
– Вы находите ее привлекательной? – спросил сэр Джон.
– Я бы сказала, что это знакомство намного привлекательнее самой принцессы, – с ухмылкой заметила леди Дуглас.
– Вы думаете, оно может принести нам удачу?
– Надо сделать все, чтобы принесло. Боже правый, разве вы не видите, что это может означать для нас. Высокопоставленные друзья! Мой дорогой друг и соседка – мадам Каролина. Она явно сумасшедшая, она дикая… она ведет себя странно. Да, это все так. Но она принцесса Уэльская!
– Сидней, кажется, увлекся ею.
Леди Дуглас отвернулась, чтобы скрыть гримасу.
– Он непременно должен увлечься принцессой Уэльской. И вы должны… и я, мы все должны, если у нас есть хоть чуточку ума.
Леди Дуглас оставила мужа и пошла к себе, как она сказала, обдумать все хорошенько на досуге.
Из окна она наблюдала за возвращением сэра Сиднея, а когда тот вернулся и поднялся к себе в комнаты, которые она отвела для него, она уже поджидала в его спальне.
– Ну? – потребовала она.
– Это фантастическая вещь! Я едва могу поверить.
– Она сама и есть фантастическая вещь, вы правы.
– Ну, ну, Лотти. Вы говорите о принцессе Уэльской. Помните это.
– Я верю, что вы уж точно запомнили.
– Ну и что это значит?
Она бросилась к нему и обняла его за шею.
– Вы хорошо знаете. Он рассмеялся.
– Я… и принцесса Уэльская! Перестаньте, Лотти! У вас слишком пылкое воображение.
– Следите, чтобы не давать себе волю во всем, что касается этой женщины.
Он снова рассмеялся и обнял ее.
– Ваше свободное время принадлежит мне, – нежно шепнула она ему. – Помните это.
– Как будто вы мне дадите забыть.
– И верно, не дам. Но если вы забудете, быть беде. Вы знаете.
– Я знаю мою Лотти.
* * *
Дружба с Дугласами расцветала. Леди Дуглас, верила Каролина, самая замечательная личность. Она полна веселья, неистощима на выдумки, готова играть в самые шумные игры, которые предлагала Каролина на своих приемах, а еще была ее маленькая дочь, которую окрестили Шарлотта Сидней. Их объединяло то, что у обеих были дочери Шарлотты, и Каролина часто делала подарки девочке, этому обожаемому маленькому теплому комочку.
Как довольна она была, что отважилась в тот день навестить Дугласов. Они много развлекались теперь вместе, а сэр Сидней всегда был на приемах заводилой и шалил напропалую. У него был талант придумывать всякие игры, и очень часто это были игры в фанты. А цена, которую он требовал с дам, это, конечно же, поцелуй. Подобные развлечения вызывали веселое оживление. А когда Каролине выпадало платить за свой фант, сэр Сидней не менял условия, и Каролина его сердечно целовала. Он был ее дорогим другом, который скрашивал жизнь, делал ее восхитительной.
Капитан Мэнсли тоже часто бывал в Монтэгю-хаузе. Он очень интересовался ее подопечными мальчиками и говорил, что море сделает из них отличных моряков, из тех, кто, ясное дело, сдюжит.
– Ну, вы совсем как отец родной для моих дорогих мальчиков, – кричала она в свойственной ей импульсивной манере. Когда он уезжал, она сердечно поцеловала его, чтобы показать, как она ему признательна.
Она не понимала, что ее поведение замечают и обсуждают не только ее друзья, но и слуги. Она не знала, что некоторые из них были приняты на службу по приказу принца Уэльского, что за ее поведением наблюдают и потом обо всем сообщают принцу.
– Дорогой, дорогой капитан Мэнсли, – восклицала она, – какой вы прекрасный человек! И какой добрый.
Что до сэра Сиднея, то она очень привязалась к нему. Он был душой ее приемов, она наслаждалась его весельем, а он всегда держал ее в напряжении рассказами о море, в которых он выступал отважным героем.
С тех пор как она приехала в Монтэгю-хауз, ей удалось создать вокруг себя маленький кружок, который весьма скрашивал ее жизнь.
Король приезжал и привозил подарки для нее и маленькой Шарлотты. Она была печальна, видя, как ухудшается его здоровье. Он говорил очень быстро и немного бессвязно, что тоже огорчало ее.
– Ну, ну, ну, так вы здесь прижились, э? Вы знаете, это неверно, неверно, неверно. Вы должны жить в Карлтон-хаузе. А маленькая Шарлотта, славное дитя? Вы видите ее? Рад этому, рад этому. Хотя вы должны быть там. Не люблю нелады в семье. Мой отец ссорился с его отцом… его отец ссорился со своим отцом… а теперь мой сын… Зачем нужны сыновья? Счастье, что у вас есть дочь. Хотя я так тревожусь об Амелии. Вы когда-нибудь видите принцесс?
– Я никогда их не вижу, дядя, дорогой. Я думаю, им велено избегать меня.
– Не нравится мне это. Все неверно… неверно… все должны быть друзьями. Хочу, чтоб вы вернулись к принцу.
– Он никогда не примет меня, Ваше Величество, да я сама не хочу возвращаться. Я счастлива здесь. Если бы только со мной была моя Шарлотта, мне больше ничего не было бы нужно…
