волосы, кончики которых намокли, расходились от его плеч лучами.
Я сразу поняла, что он решил, будто я зову его на помощь, поэтому и появился мгновенно. Мне стало стыдно.
-Я не знаю, как объяснить… - начала я, отплывая за камень.
-Не объясняй, - тихо предложил Келлфер, снимая камзол. Голос его, казалось, посылал сквозь воду вибрацию, отзывавшуюся во мне восхитительными влажными волнами. – Ты прячешься от меня?
-Немного, - признала я.
-Может, мне закрыть глаза? – усмехнулся Келлфер, и я ощутила огонь, который съедал его.
-Закрой, - прошептала я в ответ.
Мужчина с той же хищной усмешкой зверя сомкнул веки. Он стоял, как статуя. Мокрая ткань облегала мускулистый торс, и я засмотрелась на линии сильных плеч. Преодолевая себя, но и влекомая азартом, я нырнула, подплывая к нему – и отлично зная, что он ощущает каждое мое движение, готовый броситься вперед.
Но Келлфер продолжал стоять и улыбаться. И только когда я решила проскользнуть мимо, сделал рывок – и я тут же оказалась прижата к нему, не имея возможности даже дернуться. От его силы голова шла кругом. Я вдруг поняла, что хочу любимого просто невероятно, почти до боли ощущая пустоту.
Поэтому когда он посмотрел мне в лицо, не целуя – больше, чем целуя! – я утонула в его взгляде.
-Это нечестно, - не обвиняя, прошептала я.
То восхищение, что я уловила в его глазах, то, какой меня видел самый невероятный мужчина, которого я встречала в жизни, прогнали остатки смущения.
-Никуда ты от меня, малышка, не денешься, - грудным голосом проговорил он, снимая и рубашку и обнажая восхитительный рельеф мышц. – Я ведь чувствую тебя.
И раньше я бы зарделась, а сейчас… кровь, конечно, бросилась мне в лицо, но я ответила:
-И я тебя.
И повернулась к нему спиной, делая попытку уплыть, уже зная, что Келлфер не отпустит меня, и не желая больше свободы.
-Ты уверена? - тихо спросил он. И дождавшись моего кивка, рванул меня на себя.
Я попыталась скользнуть под воду, но он не отпустил меня, а лишь притянул ближе.
Влага делала наши тела скользкими.
-Малышка, - выдохнул Келлфер мне в волосы.
Можно сказать, держал он меня… целомудренно. Я чувствовала, как наливается жаром низ живота, когда любимый мягко проводил пальцами по моим обнаженным бокам. Вода съедала его прикосновения, но вместе с тем делала их более горячими и болезненными.
Я попыталась податься назад, еще крепче прижаться к его мощной груди – и поясницей почувствовала, насколько он возбужден. Мне почему-то было немного страшно развернуться и оказаться с ним лицом к лицу.
Горячие ладони прошлись по животу и вверх, между грудей, по ключицам. Я хотела, чтобы он коснулся меня не только так, я жаждала этого как никогда в жизни. Он же погладил мою шею сбоку и сзади, легонько поцеловал, а затем прикусил кожу. Провел руками вдоль моих рук, словно сбрасывая какие-то оковы. Снова бока, спина…
Я хотела его так сильно, что подгибались ноги.
Поэтому когда ладони любимого снова скользнули вперед, я прижалась к ним грудью, пытаясь поймать прикосновение. Келлфер тихо рассмеялся и чувствительно, восхитительно сжал пальцы, даря желанную ласку. Я не ожидала такой силы ощущения, этой пробившей меня насквозь молнии, и выгнулась под его руками, понимая, что не могу совладать с собой. Он сжал пальцы снова, покрывая поцелуями мою шею сзади. Я ощущала, как дрожит его напряженный пресс, как скользко на спине ощущается его возбуждение.
-Келлфер, - прошептала я.
Он продолжал ласкать мою грудь – только грудь! – хотя я так хотела, чтобы любимый притронулся ниже.
-Пожалуйста!
Он снова засмеялся – тепло, хищно, довольно, страстно. Я откинулась назад, позволяя его губам исследовать мое горло и подбородок.
Не понимая, что делаю, я сама скользнула по своим бедрам руками, ниже, надеясь коснуться отяжелевшего лона, в котором горел такой огонь, что мне казалось, я сойду с ума, если не удовлетворю его. Смеясь, Келлфер поймал мои руки и не дал мне сделать этого, а вместо того рывком развернул к себе лицом, и я задохнулась от нежности и страсти, что увидела в глубине зеленых глаз.
И от силы. Он понимал, насколько мне хорошо с ним.
Подняв руки над моей головой, Келлфер поцеловал меня. Этот поцелуй отличался от всех, что были у нас до того. Наконец Келлфер не сдерживался! Только сейчас я осознала, как же хотела, чтобы этот самоконтроль был сломан – и обнажил страсть, горящую и во мне с момента, как я увидела его во дворе Обители.
Уже не помня себя, я попыталась податься к нему бедрами навстречу.
Твердый.
Вода парила, я задыхалась в этом пару. И мне так хотелось, чтобы он продолжал, а любимый лишь смотрел на меня, чуть отодвинувшись, прямо мне в лицо. И улыбался.
-Келлфер…
-Да, малышка, - ответил он.
-Пожалуйста…
Я не успела договорить, как он поймал отзвук моей мольбы своими губами и приподнял меня, насаживая на себя. Медленно, сладко. Кажется, я закричала ему в рот, когда он оказался во мне так глубоко, как никто до него. Поддерживая меня под бедра, Келлфер начал двигаться – не отпуская рук, не прекращая целовать.
И я извивалась на нем.
Я никогда не вела себя так! Мне казалось, он заполняет меня всю, всю целиком, и все равно нужно было больше. Я сцепила лодыжки за его поясом, так не хотела, чтобы он выходил. Словно слыша мое желание, Келлфер оказался еще глубже, еще. Мне казалось, я не могу двинуться, но он скользил – быстро внутрь и медленно, невероятно медленно, текуче, - наружу. Так, что я изнывала и стонала от каждого движения.
Наконец, он отпустил мои губы, и я застонала от удовольствия в голос, выгибаясь, чтобы оказаться ближе. Я умоляла его нарастить темп, но он продолжал дразнить, двигаясь неспешно, беря меня целиком, всю, без остатка.
Передо мной светились силой отяжелевшие от страсти зеленые глаза. Я смотрела в них, сходя с ума от наслаждения.
-Моя, - выдохнул он низко.
-Твоя! – закричала я в ответ, достигая пика.
И тогда Келлфер вошел еще острее, так, что во мне не осталось ничего, кроме
