не взял медальон.
— Почему не сказал, когда я приходил?
— Потому что идиот, — ответил я, и это была чистая правда, без попытки разжалобить или оправдаться. — Мне не хотелось быть тем, кто сдаёт человека, с которым спал. Даже если этот человек меня подставил. Глупая причина, я знаю.
— Не глупая, — сказал Жэнь Кэ, и это было, пожалуй, первое, что он сказал за всё время нашего знакомства, чего я от него не ожидал. — Понятная. Но опасная.
Он наконец взял медальон, повертел в пальцах, поднёс к глазам, рассматривая цветок на обратной стороне, и положил себе в карман одним плавным, коротким движением.
— Записку не она писала.
— Что?
— Записку не она писала. — Он сказал это так, будто сообщал, что на улице идёт снег. — Почерк подделан хорошо, духи её, запах, тоже, мастера у нас неплохие. Браслет был её, это правда, мы его изъяли при обыске лавки и отправили тебе через подставного посыльного. Медальон тоже наш.
Я открыл рот, закрыл, снова открыл. Странная идея, про записку оказалась правдой. Бездна!
— Вы проверяли меня.
— Проверяли. И ты провалился.
Это было, наверное, самое обидное из всего, что мне говорили за последний месяц.
— Я мог и дальше молчать, — сказал я, не потому что оправдывался, а потому что это тоже была правда. — Мог выбросить медальон. Мог сбежать из города. Крыло я починил, этера хватит, чтобы добраться до гор.
— Мог, — согласился он. — Но не стал. Это единственная причина, по которой я сейчас разговариваю с тобой здесь, а не в комнате допроса. Я не хотел к тебе приходить, но обстоятельства изменились.
Он помолчал, глядя куда-то поверх крыши храма, на серое небо, затянутое облаками, и я ждал, потому что понимал, что он не закончил.
— Ты прошёл по грани, юный рунмастер, — произнёс он, и голос у него стал другим, жёстче, суше, без той лёгкой насмешливости, которая обычно звучала в каждом его слове. — И это тебя не красит. Люди годами зарабатывают то, что ты получил за несколько месяцев. Доверие мастера Цао. Покровительство мастера Лин. Жетон Гильдии. Лавку на третьем ярусе. Имя, которое начинают узнавать. А ты едва не развалил всё это из-за женщины, которая тебя подставила, которой ты был расходным материалом, наконечником для стрелы, которую пускают и забывают. Она тебя в грош не ставила, Тун Мин. Ты был удобен, и ты кончился бы, как только перестал быть удобным.
Каждое слово попадало точно, потому что он говорил то, что я сам себе говорил ночью, только у него это звучало окончательно, без возможности возразить. Я стоял и слушал, потому что заслужил, а перебивать, оправдываться, объяснять, что я всё понимаю, было бы жалко и глупо.
— И ещё ты подставляешь Цао, — добавил он тише. — Старик за тебя был готов драться, ты это понимаешь?
— Да.
— И Лин, которая ради тебя пришла к дознавателю Канцелярии, хотя она не ходит ни к кому, она ждёт, пока придут к ней. Ты это тоже понимаешь?
— Да, — повторил я.
— Ладно. Проехали. — сказал он. — Всё, что ты накосячил, забудем. Записку, браслет, молчание. Я позабочусь, чтобы в деле это не всплыло. Цао и Лин не узнают.
— Почему? — вырвалось у меня, потому что бесплатных подарков в этом мире не бывает, я это усвоил, кажется, на второй день после появления в Шэньлуне, и Жэнь Кэ точно не относился к тем людям, которые раздают милости просто так.
— Рыбка в прозрачной воде заглотила наживку, да? — произнёс Жэнь Кэ, после недолгого молчания.
Сам виноват, я пожал плечами, признавая это и свою дурость.
— Не дёргайся. Послушай.
Я послушал.
— Капитан Лю Шань набирает группу для нового рейда на Этажи. Выход через три дня. Ты записан носильщиком, как раньше.
— Мастер Цао запретил мне ходить на Этажи, по крайней мере сейчас.
— Ой, как удобно получилось, а твой-то мастер временно улетел из родного города! А значит можно и пошалить, а? — снова улыбнувшись, ответил собеседник. — Никто же не просит тебя искать там приключений на задницу. Шань хороший командир, и у тебя будет обычная работа носильщика, ничего делать не нужно, практически.
— Тогда зачем?
— Я тебе сейчас такие тайны раскрою, по-дружески, но если тебя будут пытать, то ты уж не выдавай их пожалуйста, ладно?
— Спасибо не надо, я понял.
— Ничего ты не понял. Этажи не подчиняются городу, — сказал Жэнь Кэ, и впервые за весь разговор его голос стал по-настоящему серьёзным. — Канцелярия Порядка отвечает за безопасность Шэньлуна на улицах. Всё, что над землёй. Но то, что под землёй, это Гильдия Охотников, и они нам стали не подотчётны, как только закрыли Этажи. У них своя юрисдикция, свои правила, свои тайны. Мы не можем отправить туда своих людей, не вызвав конфликта, а конфликт с Гильдией сейчас никому не нужен.
— А я не ваш человек.
— Именно. Ты носильщик с бронзовым жетоном, который уже не раз ходил с Шанем. Ничего подозрительного.
— И что мне делать внизу? — немного подумав, спросил я. — Шпионить я не умею.
— Слушать. Смотреть. Запоминать.
Я ждал продолжения, но его не было.
— Это всё? Просто слушать?
— После прорыва, который был несколько недель назад, на Четвёртом Этаже что-то изменилось. Группа зачистки, которую убили рунными стрелами, твоими стрелами, между прочим, работала на Гильдию. Но, судя по всему, они были наняты кем-то со стороны и искали что-то конкретное. Что именно, мы не знаем. Гильдия молчит, а наши запросы игнорирует. — Он помолчал. — Я не заставляю тебя шпионить, Тун Мин. Я хочу, чтобы ты был внимательным. Если увидишь что-то необычное, запомни. Вернёшься, расскажешь. Если не увидишь ничего, тоже хорошо. Вернёшься, скажешь, что ничего не было. Всё.
— Одно условие, — сказал я.
— Говори.
— Цао и Лин не будут в это втянуты. Ни сейчас, ни потом. Если что-то пойдёт не так на Этажах, это моя проблема, не их.
Жэнь Кэ посмотрел на меня долгим, оценивающим взглядом, и я выдержал его, потому что в этом конкретном вопросе я был готов упереться.
— Согласен.
— И это один раз. Разовое задание. Я схожу, послушаю, вернусь, расскажу. После этого мы квиты.
Он чуть наклонил голову, и уголок его губ дёрнулся.
— Квиты, — повторил он, и мне показалось, что он находит это слово забавным. — Хорошо, Тун Мин. Квиты. Рыбка в прозрачной воде съела наживку.
— Шел бы ты в Бездну со своей рыбкой. — ответил я на последние слова дознавателя.
— Ну вот, еще и зло, вместо благодарности. — покачал головой. — Увидимся после Этажей, я приду сюда.
— А кто меня записал? — решил я уточнить момент. — так
