Читаем без скачивания Сын цирка - Джон Ирвинг

На лице сикха росла черная борода в форме лопаты, в которой мелькали седые волосы, на голове он носил темно-красную чалму. Швейцар положил шест на плечо наподобие ружья и бросил осуждающий взгляд на американку, стоящую на балконе, отчего женщина отступила назад в комнату. Нэнси испугалась, как бы сикх не заглянул ей под халат, поскольку он стоял прямо под балконом. Догадка оказалась неправильной — балкон препятствовал обзору снизу.

Американке пришло на ум, что поведение этих людей подчинялось неписаным правилам: нищие могли попрошайничать, однако они не имели права кричать и плакать. Ранним утром этот звук мог разбудить постояльцев отеля.

На завтрак женщина заказала самое американское блюдо, которое смогла найти в меню, — вареные яйца и запеченный в тостере хлеб. Когда мальчик принес заказ, она увидела на подносе два запечатанных конверта, стоявших между стаканами с апельсиновым соком и чаем. Сердце у нее екнуло от радости, так как она подумала, что внутри находится признание инспектора Патела в вечной любви. Однако одно послание, которое уже успел перехватить инспектор, пришло от Дитера. Он сообщал, что звонил ей, доволен, что она хорошо добралась, и скоро ее увидит. В другой записке, напечатанной на машинке, содержалась просьба администрации отеля воздержаться от выбрасывания вещей из окна.

Нэнси утолила голод и вскоре захотела спать, поэтому задернула занавески на окнах и на полную мощность включила потолочный вентилятор. Лежа в постели, некоторое время она думала об инспекторе Пателе. Она даже позволила своему воображению представить такую картину: Дитера арестовали с деньгами, которые он хотел провезти через таможню. Женщина все еще наивно верила, что немецкие марки прибудут в Индию вместе с Дшером. Ей и в голову не приходило, что она уже доставила деньги через границу.

Нэнси показалось, что она проспала несколько суток. Все вокруг тонуло во мраке и она не знала, была ли это темнота завтрашнего дня или же предрассветные часы послезавтра. Ее разбудил какой-то шум в холле перед номером. Кто-то пытался войти в комнату, однако она закрыла замок на два оборота и еще набросила цепочку. Нэнси встала. В холле стоял Дитер, на которого обиделся носильщик из-за того, что ему не дали чаевые.

После того как Дитер вошел внутрь, запер дверь на два оборота и поставил на место цепочку, он спросил ее, где пластмассовый член. Она подумал, что это не очень галантно с его стороны — так агрессивно проявлять свои любовные чувства. Все еще полусонная, она указала рукой в направлении ванной, расстегнула халат и сбросила его себе под ноги. Стоя в проеме ванной, женщина ждала поцелуя или по крайней мере проявления более нежного внимания.

Дитер держал пластмассовый член над раковиной и нагревал его головку огнем зажигалки. Нэнси окончательно проснулась, подняла с пола халат и снова надела его. Она отошла на шаг от двери ванной комнаты, но все же увидела, что Дитер нагревает устройство осторожно, стараясь не закоптить его. Пламя он направил не на головку пластмассового члена, а на то место, где виднелись складки искусственной кожи. До Нэнси дошло, что торговец наркотиками медленно плавит какое-то вещество, поскольку в раковину падали капли, похожие на парафин. Когда искусственная кожа немного сдвинулась, то обнаружилась тоненькая линия вдоль окружности головки члена. После того как Дитер закончил с огнем, он остудил пластмассу под струей холодной воды и взялся за головку полотенцем. Ему понадобилось значительное усилие, чтобы раскрыть устройство, которое внутри оказалось пустым, как это и предполагал инспектор Пател. Из-за парафиновой печати воздух не мог выйти наружу, поэтому при погружении в воду пузырьки воздуха отсутствовали. Полицейский оказался прав лишь наполовину, он искал в правильном направлении, однако неверным способом. В этом — характерная ошибка молодых полицейских.

Внутри пластмассового члена были плотно свернутые тысячи немецких марок. Изрядное количество первосортного гашиша разместится внутри такого большого члена для обратной поездки в Германию. Там на таможне парафиновая печать не даст собакам-ищейкам почуять, что внутри наркотики.

Пока Дитер вынимал свернутые немецкие марки из пластмассового члена и расправлял их, Нэнси сидела на краешке кровати и наблюдала за ним. Деньги он разместил в поясе на талии под рубашкой. Несколько больших рулонов марок оставил внутри члена, плотно завернул верхушку, однако не стал запечатывать щели парафином. Все равно линия сборки лишь едва просматривалась, поскольку ее частично закрывала искусственная кожа. Закончив это важное для него дело, Дитер разделся и наполнил ванну. Лишь после того, как торговец наркотиками залез в воду, Нэнси подала голос.

— Что бы со мной сделали, если бы поймали? — спросила она Дитера.

— Но они не смогли бы тебя поймать, бэби, — ответил ей Дитер, который взял себе на вооружениеэто слово из американских фильмов.

— Разве ты не мог сказать мне об этом? — спросила женщина.

— Тогда бы ты нервничала, и они обязательно бы тебя поймали, — ответил Дитер.

После ванны он скрутил сигарету с наркотиком, которую они выкурили вместе. Хотя Нэнси предполагала, что ведет себя осторожно, однако она затянулась сильнее, чем хотела, и потеряла всякую ориентировку. Наркотик оказался очень сильным, и Дитер заверил ее, что это — самая лучшая травка, которую он купил по дороге из аэропорта.

— Я немного прогулялся, — сказал торговец наркотиками.

Американка почувствовала тяжесть во всем теле и не могла спросить, где он гулял между 2.00 и 3.00 ночи, а ее партнер не горел желанием рассказать, что посетил публичный дом в Каматипуре. Он купил травку у мадам и, накурившись до одури, совершил половой акт с тринадцатилетней девочкой-проституткой всего за пять рупий. Ему сообщили, что в это время ночи она осталась единственной девочкой без клиента. Дитер обрабатывал ее стоя, поставив раком в каком-то холле, поскольку все койки и номера, по утверждению мадам, оказались занятыми.

После того, как Дитер и Нэнси выкурили наркотик, партнер заставил ее заняться онанизмом. Ей показалось, что мастурбировала она долго. Американка не смогла вспомнить, вставал ли Дитер с кровати, чтобы принести искусственный член. Когда он заснул, Нэнси лежала с открытыми глазами и думала о том, что тысячи немецких марок находились внутри штуковины, которую она засовывала во влагалище. Женщина решила не рассказывать Дитеру о погибшем парне и об инспекторе Пателе. Она встала с кровати и убедилась в том, что визитная карточка полицейского инспектора надежно спрятана среди вещей. Нэнси больше не пошла спать и стояла на балконе, когда на ранней зорьке появились первые беспризорники и нищие. Через некоторое время внизу на том же самом месте собрались те же дети-артисты. Казалось, все они нарисованы первыми лучами восходящего солнца, включая и калеку с костылем, который помахал ей рукой. Из-за того, что было еще слишком рано, он старался говорить тихо, однако Нэнси его услышала.

— Эй, леди! — произнес калека.

От вида мальчика она расплакалась и вернулась в номер. Глядя на спящего Дитера, Нэнси думала о тысячах немецких марок. Как хорошо было бы выбросить их из окна детям-артистам. Однако американка тут же с испугом представила, какие это вызовет ужасные последствия. Зайдя в ванную, она попыталась раскрутить «игрушку», чтобы пересчитать, сколько же денег там осталось. Однако Дитер закрутил ее слишком сильно и попытка не удалась. Зато получилось другое: Нэнси обнаружила, что наконец-то набралась какого-то опыта и поумнела.

Она перебрала все вещи партнера в поисках пояса для денег, чтобы пересчитать их, но ничего не нашла. И только приподняв простыню вверх, обнаружила, что Дитер не расстался с поясом. Женщине стало очень неприятно то, что она не помнила, как засыпала, как торговец наркотиками вставал, чтобы надеть на голое тело пояс с деньгами. Кажется, настала пора быть более осторожной. Нэнси начинала понимать, что должен быть предел тому, до какой степени Дитер может использовать ее в своих целях. Она задала себе прямой вопрос: насколько далеко может зайти ее приключение? Вопрос этот был тревожным.

Совсем по-другому думала она об инспекторе Пателе. Нэнси успокаивала себя тем, что в случае необходимости, сможет обратиться к этому полицейскому, если попадет в серьезную заваруху. Утренний свет ярко освещал комнату, однако Нэнси не стала задергивать шторы. Так ей было легче представлять, что для бегства от Дитера следует лишь выбрать подходящее время. А если дела пойдут слишком плохо, то у нее останется возможность поднять телефонную трубку и позвонить в отделение полиции района Колаба инспектору Вайджею Пателу. Так она себе это представляла. Однако Нэнси никогда не была на Востоке, не знала его особенностей и ничего не понимала в местных условиях.